ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну вот, пожалуйста, — не очень весело произнес Сергей. — Я как в воду смотрел.

— О, простите меня! — смущенно ответил Доброхотов, прижимая руку к груди. — Честное слово, я не хотел… Впрочем, — он дружески подмигнул Сергею, — я все сделаю, чтобы вернуть вам расположение такой красивой девушки.

Сергей огорченно махнул рукой:

— Попробуйте…

Доброхотов и Нина закружились среди танцующих пар. Только теперь Сергей взглянул в сторону Лобанова. Тот с самым безмятежным видом тянул из фужера воду, но в глазах его отражалось изумление. Сергей отвел взгляд и невольно усмехнулся. Да, такого поворота никто ожидать не мог. Что бы это могло означать? Пока ясно одно: Доброхотов действует по какому-то плану, и план этот составлен, вероятно, Плышевским. Теперь остается только ждать, как развернутся события. Обстановка внезапно и резко осложнилась.

Но Нина, какой молодец! Она правильно поняла: чтобы разгадать план противника, надо идти ему навстречу.

Продолжая играть свою роль, Сергей грустно курил, откинувшись на спинку стула и демонстративно не глядя в сторону танцующих. Он лишь украдкой бросил взгляд на столик, где сидел Доброхотов, и с удивлением вдруг обнаружил, что Масленкина там уже не было, девушка сидела одна.

Кончил играть джаз, и через минуту Доброхотов и Нина, оживленно переговариваясь, подошли к столику. Сергей натянуто улыбнулся.

— А мы уже познакомились, — весело объявил Доброхотов. — Только, ради бога, не ревнуйте. Я здесь с девушкой, от которой, честно говоря, без ума. Разрешите и ее с вами познакомить.

— Ну, это — другое дело, — оживился Сергей. — С удовольствием. Но сначала мы сами должны познакомиться. Сергей. — И он протянул руку.

Доброхотов с чувством пожал ее.

— Вадим.

«Вадим Д., надпись на кинжале. Геннадий, пляши!» — ликуя, подумал Сергей и радостно объявил:

— Подсаживайтесь оба к нам. Бал продолжается.

Когда Доброхотов отошел, Сергей наклонился к Нине и возбужденно прошептал:

— Ниночка, ты совершенный молодец! Теперь держись так дальше и смотри в оба: нам готовится какой-то сюрприз.

Он успел заметить, каким откровенным счастьем засветились на миг глаза девушки.

Доброхотов возвратился со своей спутницей.

— Нонна, — церемонно представилась та.

— Прошу, прошу, — Сергей галантно придвинул ей стул.

Завязался непринужденный разговор. Доброхотов и Сергей состязались в остроумии, девушки безудержно хохотали, весело подтрунивая над мужчинами. Те, в свою очередь, дружно оборонялись. Доброхотов провозгласил тост за дружбу, Сергей — за новую встречу.

— Вот кстати! — воскликнул Доброхотов. — Сергей, друг, доставь радость. Ниночка, и вы тоже. Прошу, в смысле — умоляю. Через неделю мой день рождения. Тридцать лет. Знаменательная дата. Приходите. Будут только самые близкие друзья.

Сергей вопросительно поглядел на Нину. «Будут самые близкие друзья. Черт возьми, что это все означает?»

Нина в ответ пожала плечами:

— Вообще я в будущую субботу свободна.

— Так как же, Сергей, а? — Доброхотов смотрел на него с веселой мольбой. — Ну, человек ты или… знаешь, как говорят, или милиционер? Ну, хочешь, я на колени перед тобой встану?

«Каков наглец! — подумал Сергей. — Ведь он наверняка знает, с кем говорит». Злость охватила его, на смуглом лице проступил румянец, голубые глаза блеснули вызовом.

— Ладно! — стукнул он кулаком по столу. — Справим знаменательную дату. Значит, за новую и не последнюю встречу!

Сергей высоко поднял бокал с вином. Все весело чокнулись. Доброхотов не скрывал своей радости.

— Да, раз уж так, то скажи свой адрес, — вспомнил Сергей.

— Недалеко. Всего тридцать минут от Москвы. Станцию Сходню знаешь? — с воодушевлением откликнулся Доброхотов.

— Знаю, конечно.

— А дальше, брат, ты все равно сам не найдешь. Давай лучше так. В восемь часов я вас встречаю на платформе. У первого вагона. Идет?

Доброхотов напряженно ждал ответа. В этот момент впервые, пожалуй, за весь вечер ему вдруг изменила выдержка, в светлых, чуть навыкате глазах мелькнула злая, ироническая усмешка.

«Он там будет, — убежденно подумал Сергей. — Ручаюсь, будет. Ему надо, чтобы я приехал».

— Что ж. Суббота — день короткий. Успеем, — ответил он. — Как, Нина, а?

— Конечно, успеем.

И за столиком снова разгорелось веселье.

Улучив удобный момент, Сергей подал сигнал Лобанову, означавший: «Доброхотова не брать, организовать наблюдение». Потом он небрежно взглянул на часы: было половина одиннадцатого. «Пора, — решил Сергей. — Позже наблюдение будет организовать трудно».

Нина перехватила взгляд Сергея.

— У меня разболелась голова, — томно объявила она, приложив ладони к вискам. — Сережа…

Через минуту все шумно поднялись из-за столика.

— Только не забудь, — настойчиво повторял Доброхотов, обняв Сергея за плечи. — Следующая суббота, станция Сходня, восемь часов вечера, у первого вагона. Будет весело… Ой, как будет весело! Не пожалеете!

— Будь спокоен, — пообещал Сергей. — Раз договорились, то все.

У подъезда ресторана вытянулась вереница такси.

Сергей на прощание приветственно махнул рукой Доброхотову, потом помог Нине сесть в машину, сел рядом и с силой захлопнул дверцу.

Только когда машина тронулась, он облегченно вздохнул и откинулся на мягкую спинку сиденья.

— Уф, ну и вечер!..

— Сережа, неужели мы поедем к нему в ту субботу? — с тревогой шепнула Нина.

Сергей с нежностью похлопал ее по руке.

— Скорей всего да, Ниночка. Так нужно.

Утром в понедельник у комиссара Силантьева состоялось новое совещание.

Сергей подробно доложил об операции в ресторане «Сибирь». Потом раздосадованный Саша Лобанов рассказал, как ушел из-под наблюдения Доброхотов.

— Да, сложное положение, — покачал головой Зотов и укоризненно добавил: — Эх, Лобанов, Лобанов!.. Ну, а девушка та?

— Случайная знакомая, черт бы ее побрал! Ничего не знает.

— Надо обязательно ехать к Доброхотову, — горячо сказал Сергей. — Надо выяснить до конца их план. Может быть, будут предлагать взятку или попросят уничтожить какие-нибудь материалы. Наконец, просто дадут нить, которой еще нет в деле.

— И возьмем уже сразу всю компанию, — добавил Костя. — Вот только…

— Что только? — резко спросил Силантьев.

— Не нравится мне, что он не дал адреса.

— Не нравится! — с усмешкой повторил Силантьев. — В том-то все и дело! Если Коршунова будет сопровождать оперативная группа, то по дороге или на станции ее неминуемо расшифруют. Для этого и придумано.

— Вот именно, — согласился Зотов. — И тогда Доброхотов постарается скрыться. Это будет не так уж трудно. Он там каждую щель знает. К тому же вечером, в темноте.

— Если бы знать адрес, — сжал тяжелые кулаки Костя, — и заранее расположить группу вокруг дома…

— Если бы да кабы, — махнул рукой Силантьев. — План ваш, Коршунов, к сожалению, не годится. Вам с Афанасьевой нельзя идти в этот притон. Ничем не оправданный риск, авантюра. Доброхотова придется брать одного, тут же, на платформе. Операцией будете руководить вы, Гаранин.

Сергей возвратился с совещания злой и огорченный. В душе он понимал, что Силантьев прав, но примириться с тем, что его план отвергнут… Ну, нет. Надо искать выход. Надо во что бы то ни стало установить адрес Доброхотова. Но как, через кого?

Эта мысль весь день преследовала Сергея.

Вечером, перед концом работы, к нему зашел Гаранин.

— Слушай, давай еще раз пересмотрим все дело Климашина, — озабоченно предложил он. — Должна же быть зацепка, черт возьми!

— Давай, — воодушевился Сергей, сразу поняв, что имеет в виду его друг. — Зацепка должна быть.

На столе появилась пухлая папка. Бесчисленные бланки допросов, очных ставок, протоколы, рапорты… Сотни бумаг, исписанные разными почерками.

Около одиннадцати часов вечера вдруг зазвонил телефон. Костя машинально снял трубку.

— Слушаю.

— Товарищ Гаранин? — насмешливо прозвучал чей-то женский голос.

69
{"b":"852","o":1}