ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пропавший без вести
Как искусство может сделать вас счастливее
Запредельный накал страсти
Дожди-пистолеты
Шелковый путь. Дорога тканей, рабов, идей и религий
Закрытая книга
Не дыши!
Четырнадцатая золотая рыбка
Лавка забытых иллюзий (сборник)

Из дверей черного хода, увитых виноградом, вышла мисс Мэтти, чернокожая экономка тети Александры. Увидев пуловер Тима, она занервничала, сморщила нос и быстро отвела их в кухню.

— Сейчас же замолчи, — резко сказала она Тиму, который никак не мог перестать всхлипывать. — А то мама услышит и придет посмотреть, что случилось. — И мисс Мэтти через голову стащила с Тима пуловер, подбежала к металлической раковине в мраморном выступе стены и открыла кран.

Тим поспешно вытер слезы. Джеку было за него стыдно, и он старался не смотреть на розовую грудь и распухшие заплаканные глаза двоюродного брата. Элеонора подошла к нему и отстегнула его дурацкую шляпу.

— Вот, — сказала она, аккуратно кладя шляпу на рабочий столик, где лежало столовое серебро, приготовленное для чистки.

Джек дружески потрепал брата по коротким рыжим волосам.

— Ну, — сказал он. — Ну, ладно. — Именно так мужчины выражают сочувствие.

Услышав громкое цоканье каблуков по мраморному полу, все насторожились. Мисс Мэтти затаила дыхание, и руки ее заработали еще быстрее, отстирывая пуловер Тима.

В дверях кухни показалась тетя Александра. Длинные гладкие светлые волосы, красивое платье — она всегда носила платья, если только не собиралась заниматься верховой ездой. От нее пахло духами, глаза были аккуратно подведены — в уголках глаз она нарисовала тонкие черные стрелочки. Она не очень ловко застегивала сережку в ухе, потому что ей мешало еще одно украшение, зажатое в руке. Положив его на серебряное блюдо, стоявшее на краешке стола, тетя Александра взглянула на Тима и сощурила глаза, как-то особенно неприятно поджав губы.

Джейк смотрел на блюдо. Среди золота и серебра, как застывшая капелька крови, сверкал рубин. «Это не ее рубин, — подумал он мрачно. — Это мамин рубин».

— Что это вы делаете? — спросила Александра очень ровным голосом. Мама говорила, что ее специально учили так говорить в какой-то школе для социально преуспевших.

— Да ничего особенного, миссис Вандервеер, — сказала мисс Мэтти, продолжая возиться в раковине. — Посадил пятно на пуловер.

— Александра? — из переговорника на стене раздался певучий голос дяди Уильяма. — Ты здесь, дорогая? Не знаешь, где мой портфель? Я опаздываю в суд.

Тетя Александра подошла к переговорнику и резко нажала кнопку.

— Ищи сам. Я одеваюсь для ленча в клубе.

С дядей Уильямом она говорила удивительно грубо — Джейк никогда не слышал, чтобы его родители так друг с другом разговаривали. Дядя Уильям был добрый, он был как большой рыжий Санта-Клаус, — но Джейк никогда не слышал его смеха. Мама говорила, что до женитьбы он смеялся часто. От дяди Уильяма всегда особенно пахло, чем-то похожим на зубной эликсир; а когда он обнимал Джейка, тот чувствовал его одиночество и печаль.

Тетя Александра сунула руку в раковину, вытащила пуловер — и поморщилась. «Ох, как он воняет конскими какашками, — подумал Джейк. — Да и вся кухня ими провоняла».

— Так что за несчастный случай с тобой произошел? — спросила она Тима. Тот съежился и молча тряс головой.

Джейк расправил плечи.

— Я швырнул в него конской кака… конским яблоком.

— И я тоже, — сказала Элеонора. Джейк посмотрел на нее. Вот уж кто не похож на неженку и маменькину дочку.

Тетя Александра подозрительно взглянула на них.

— Вот как? А почему же вы перепачканы сами?

— Просто промахнулись, — серьезно ответил Джейк.

— Кто-то здесь лжет — или не говорит всей правды. Мисс Мэтти, позвоните моей невестке и попросите ее забрать детей. Визит закончен. — Мама и тетя Александра не разговаривали уже много лет.

Александра положила руку на плечо сына, и его плечо подпрыгнуло вверх, словно на пружине.

— Сынок, — произнесла она все тем же ровным голосом, — что я говорила, причем много раз, о том, как нужно беречь свое имущество? Ну-ка, повтори. Что?

— Бог помогает тем, кто сам себе помогает, — с надеждой ответил Тим.

— А еще? Подумай.

— Нам воздается по делам нашим, — голос Тима слабел и дрожал.

— Правильно. Ты заслужил наказание?

— Нет, — вмешался Джейк.

— Нет, мэм, — подтвердила Элеонора.

Тетя Александра посмотрела на них и взяла Тима за подбородок, словно он лошадь, которой нужно открыть рот, чтобы вставить удила. В другой руке у нее как-то незаметно оказатся злополучный полувер. Глаза Тима наполнились слезами, он икнул, и лицо его стало совсем бледным.

Джейка охватил ужас. Она засунула навозное пятно Тиму в рот. Джейк чувствовал вкус навоза, словно это ему пихали в рот Тимов пуловер. Элеонора закашлялась, зажимая рот рукой.

— Иди к себе в комнату, — сказала тетя Александра Тиму, ничуть не повышая голос. — Мэтти, пойдите с ним и помогите ему отмыться.

Тим, натыкаясь на мебель, поплелся вслед за экономкой. В руках у него был мокрый пуловер, а по щекам катились крупные слезы.

Ярость Джейка росла, как черное облако. Он не мог делать вид, что ничего не произошло. Кроме того, его как магнитом притягивал лежавший на столе рубин; он не понимал, почему так хочет прикоснуться к камню, но ничего не мог с собой поделать.

Рука его оказалась на серебряном блюде, он крепко обхватил рубин пальцами. Рука дернулась. Однажды он дотронулся до обгорелого места на шнуре маминого утюга, и его дернуло током; сейчас ощущение было сходное. Джейк едва не упал.

Вдруг он застыл, полузакрыв глаза. Перед его мысленным взором вспыхнула сцена. Все было четко и ярко, как в кино, — и тут же погасло.

— Что ты делаешь? — громко сказала тетя Александра.

Джек выпустил рубин, и в голове окончательно прояснилось. Тетя сверху вниз смотрела на него. Он с трудом дышал. «Не позволяй гордыне взять верх над лучшим в тебе, — говорила им бабушка. — Держи при себе то, что узнал. Не позволяй духам заподозрить, что ты знаешь лишнее».

— Ничего, — ответил он почти спокойно.

— Ничего?! А мне показалось, что ты собираешься взять мое ожерелье.

Джейк просто обомлел от такого предположения.

— Я не вор! — крикнул он прямо в лицо ведьме.

— Джейк даже не отщипывает виноградины от гроздьев в магазине, — дрожащим от возмущения голосом сказала Элли. — Хотя это делают все.

Тетя Александра все сверлила его тяжелым взглядом.

— Тогда почему ты взял то, что тебе не принадлежит?

— Я просто хотел посмотреть. — Джек не собирался переходить в наступление.

— Держи свои грязные руки подальше от всех вещей в этом доме, ты понял? Я терпела тебя и твою сестру, потому что Тим ваш двоюродный брат, но теперь я сыта по горло. Я могла бы вообще не пускать вас на порог этого дома после того, что ты сделал с моей племянницей!

У Джейка перехватило дыхание. — С Самантой? А что я с ней сделал?

— Ты ее напугал. Ты сказал ей, что я ведьма. Из-за тебя ее мучили кошмары.

— Это неправда. — Он знал, что спорить со взрослыми не полагается, но столь вопиющая несправедливость не могла остаться без ответа. — Вы хотели оставить ее здесь. И если бы это удалось, вы бы сейчас проделывали с ней страшные вещи — как с Тимом. — Джейк уже не владел собой; иначе он сумел бы остановиться вовремя. — Вы не сможете ее сожрать, потому что она моя, и я о ней позабочусь.

Тетя Александра смотрела на него так, словно он сошел с ума.

— Боже мой, — сквозь зубы процедила она. — Наверняка Сара внушила ему эту чушь. — Она откашлялась. — Ну что ж, позволь тебе кое-что сказать, молодой человек, и обязательно передай это своей матери. Я действительно ведьма. — Она наклонилась ниже и шипела ему прямо в лицо: — Если кто-нибудь из вас впредь будет лезть в дела моей семьи, я всех вас превращу в ящериц!

Это было уже слишком. Джейк не знал, был ли его дар колдовством, но чувствовал себя в силах потягаться с любой ведьмой. За Саманту! Картина, показанная ему рубином, не давала ему покоя. В ящериц, значит?! Ну-ну. И он выпалил:

— Вы целовались с этим адвокатом из Эшвилла. Вы были в комнате со стеной, заставленной книгами, и целовались с мистером Ломаксом, и он задрал вам платье, и вы ему это позволили.

20
{"b":"86","o":1}