ЛитМир - Электронная Библиотека

Но внезапно его окружили ловкие неулыбчивые таможенные чиновники и полицейские, вытряхнули багаж для досмотра и конфисковали кокаин.

При мысли о суровых багамских тюрьмах и законах относительно наркотиков колени его подкосились. Когда ему заломили руки за спину и защелкнули наручники, он упал на асфальт, громко крича, что он невиновен и что наркотики ему подбросили.

А когда его волокли к полицейской машине, он заплакал. Как же так?! Ведь никто не знал об этом. Ни одна живая душа.

* * *

Сэмми подумала, что в их магазине перебывало много разных необычных людей, но вот агент ФБР появился впервые. Он выглядел именно так, как должен выглядеть агент ФБР, — в темном костюме, с небольшой кожаной папкой, которую сразу же открыл и предъявил удостоверение. Мама, посмотрев на него из-за кассового аппарата, чуть не уронила пакет сдобных булочек.

— Мы решили, что вам будет это интересно, миссис Райдер, — сказал агент. — Малькольм Друри задержан на Багамских островах. Хранение наркотиков.

Мама осела и схватилась за сердце. Сэмми, выйдя вперед, закрыла ее спиной и в упор посмотрела на агента.

— Теперь его там посадят в тюрьму, а ключ выбросят подальше? — спросила она.

— Да.

«Это хорошо», — подумала она, но вслух не сказала.

— Сможем ли мы вернуть хотя бы часть наших денег? — вот что она спросила вслух.

— Боюсь, что нет.

— Вы подозреваете нас в том, что мы имеем отношение к этому делу? — напрямик заявила Саманта. — Что он собирался привезти их сюда или что-нибудь в этом духе?

Агент улыбнулся, словно она была самым оригинальным существом на свете.

— Нет, мисс, ваша семья вне подозрений.

— Это все, что я хотела знать, — кивнула Сэмми. — Хотя, постойте — а как его поймали?

— По анонимному телефонному звонку на таможню.

* * *

В светло-серых бриджах для верховой езды и блузе им в тон, неся в руках высокие черные сапоги, Александра сбежала с мраморной лестницы, на мгновение остановившись на площадке, где уже больше десяти лет тому назад Уильям простился с жизнью. Уверенно ступая босыми ногами по прохладным мраморным плитам, она кивнула своей секретарше, стройной молодой чернокожей женщине в очках, которая была исключительно деловита и назначение которой весьма украсило имидж Оррина как показатель того, что он придерживается широких взглядов. Жители Северной Каролины избегали либералов как чумы, сумасшедшие крайне правые были постоянно в центре внимания, но они-то с Оррином знали, что будущее принадлежит умеренным.

Оррин обязательно станет губернатором. Она тщательно разметила ему маршрут вплоть до деталей.

— Доброе утро, Барбара.

Оторвавшись от груды блокнотов и конвертов, Барбара ответила:

— Доброе утро, миссис Ломакс. Я уже все подготовила, так что мы быстро покончим с сегодняшними делами. Я думаю, вам хочется поскорее сесть на лошадь.

— Вы правильно думаете.

Александра кивком поприветствовала Матильду, экономку, выписанную из Англии. Матильда показалась из нижнего кабинета, когда они с Барбарой подошли к широкому старинному столу, и, как обычно, поставила на один конец стола серебряный кофейный сервиз. Барбара разлила кофе в две фарфоровые чашечки, Александра поставила сапоги и уселась в обитое шелком кресло.

Устроившись напротив нее на стуле, Барбара вооружилась большим блокнотом и ручкой. Александра откусила кусочек булочки из муки крупного помола.

— Позвоните Долу Хопкинсу и скажите, чтобы он не соглашался брать с Дю Лейнов за землю у Совиного ручья меньше, чем по двенадцать и пять за акр. Я не для того покупала эту землю, чтобы терять на ней деньги. Я вовсе не собираюсь позволять Дю Лейнам приезжать из Нового Орлеана и ошиваться здесь в ожидании торгов. И если Дол будет и впредь заниматься этой продажей так же вяло, передайте ему, что я возьмусь за дело сама.

— Да, мэм. — Барбара быстро записывала.

— Я написала миссис Дю Лейн ласковую записочку с приглашением погостить у меня осенью. Непременно сегодня же отправьте ее по почте.

— Да, мэм.

— Позвоните в клуб и еще раз проверьте все распоряжения насчет ленча на следующей неделе. На этот раз я не хочу видеть ни единой паршивой гвоздики на столе. Когда я принимаю у себя толпу тупых провинциальных сенаторских жен, они должны уезжать отсюда совершенно потрясенными.

— Никаких гвоздик, поняла.

— У Тима завтра начинается летняя практика в торговой палате. Напомните Матильде, чтобы готовила ему костюм и галстук каждое утро.

— Джейн Тречер оставила сообщение, что достаточно тенниски и слаксов. Просила передать вам, что летом все так ходят.

— Костюм и галстук, — повторила Александра. — Я сама устанавливаю стандарт внешнего вида моего сына.

— Да, мэм.

— Завтра возвращается сенатор. У него опять поднялось давление, и я хочу послать его на консультацию к доктору Крейну, в Эшвилл. Запишите его на понедельник или на вторник.

— А если доктор Крейн окажется занят? Другие кандидатуры?

Александра подумала о растущем числе специалистов, которые завели себе практику среди богачей Пандоры, а заодно и о Хью Рейнкроу, который быстро становился единственным практикующим терапевтом общего профиля во всем городе. Она слышана, что новые врачи относятся к нему с подозрением и считают его индивидуалистом. Ну еще бы — он не играл в гольф, не брал платы за консультацию и все еще выезжал на дом, направляя пациента к ним только в случае серьезной необходимости.

Если Хью хочет остаться в стороне от прогресса, что ж, она очень рада. В самом деле, что может быть приятнее, чем видеть, как он теряет пациентов, уступая их новым специалистам. Но все же врачи — это особый клан, и нельзя быть уверенной, что информация о неустойчивом давлении Оррина не дойдет до Хью. Чем меньше проклятые Рейнкроу знают о ее семье, тем лучше.

В городе все еще перешептывались о сломанном носе Тима. Как она хотела в тот вечер заставить его вести себя по-мужски, как она мечтала, чтобы он дал Джейку сдачи! О, увидеть Джейка униженным, молящим о пощаде — это большая победа! Александра решительно отодвинула кофейную чашечку.

— Доктор Крейн найдет время для сенатора, — резко сказала она. — Скажите, что я на этом настаиваю.

— Да, мэм.

— Теперь займемся почтой, Барбара. Остальное может подождать.

Секретарша положила на стол пачку аккуратно надрезанных конвертов. Александра вытаскивала счета и раскладывала на две кучки.

— Это счета сестры, — показала она на одну. — Счетами я займусь завтра утром.

— Надеюсь, миссис Райдер уже лучше?

— С ней все в порядке. Немножко запуталась из-за того, что совсем не разбирается в мужчинах, но я уверила ее, что о деньгах ей беспокоиться нечего. Ох, чуть не забыла — позвоните ей сегодня и скажите, что я записала девочек на занятия по этикету. Их будет вести замечательная старушка из Эшвилла, которая когда-то была кем-то.

— А если миссис Райдер заинтересуется подробностями?

— Не заинтересуется. Я уже объяснила ей, что она совершенно запустила манеры девочек. Шарлотта капризна и взбалмошна, словно дитя богемы, а Саманта, наоборот, словно специально готовится стать скучной старухой.

— Что вы имеете в виду? — засмеялась Барбара.

— Она замечательно учится, но совершенно не интересуется подростками своего возраста, да и вообще сверх школьной программы не интересуется ничем. Она убегает от жизни в магазин моей сестры, а в свободное время шьет. И совершенно очевидно, что эту замечательную силу характера следует направить в нужную сторону. Обаяние, сила и ум — редкое сочетание. Это воистину счастливый билет.

Остальные конверты Александра раскладывала, как пасьянс.

— Приглашения, приглашения, — бормотала она, сортируя изящные конверты пастельных тонов в соответствии с престижностью обратного адреса. — Похоже, лето будет беспокойным.

— Но зато интересным, мне кажется, — заметила Барбара.

— Да, временами жизнь почти прекрасна. — У нее опять промелькнула черная мысль, что, пока жива Сара Рейнкроу и ее отродье, она, Александра, не может полностью чувствовать себя в безопасности, но она тут же отогнала эту мысль как несущественную. В самом деле, уж она-то хозяйка своей жизни, а также жизней Франни и Шарлотты, и, самое главное, ее любимой, многообещающей Саманты.

38
{"b":"86","o":1}