ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Проклятие Клеопатры
Мужчина – это вообще кто? Прочесть каждой женщине
Я знаю, когда ты лжешь! Методы ЦРУ для выявления лжи
Теория противоположностей
Редизайн лидерства: Руководитель как творец, инженер, ученый и человек
Семена успеха. Как родителям вырастить преуспевающих детей
Станция «Эвердил»
Стражи Армады. Точка опоры
Змей в Эссексе

– Прибыл, – удовлетворенно констатировал он, увидев входящего Сергея. – Видал, что творится, а?

– Сейчас увидим… Ты хоть перекусил чего-нибудь?

Лобанов только махнул рукой. Из комнаты вышел сотрудник и коротко доложил:

– Прибыли двадцать минут назад. Обстановка не нарушена. Проводник с собакой работает вокруг дома. Эксперт и фотограф здесь.

– Кто сегодня из экспертов дежурит? – спросил Лобанов, приглаживая ладонью светлые волосы.

– Соколов.

– А-а… Хорошо. Следователь прокуратуры здесь?

– Сейчас будет.

– Так. Ну пошли.

В просторной, хорошо обставленной комнате было нестерпимо светло и жарко. Горели сильные переносные лампы на раздвижных штативах. Молоденький паренек-фотограф делал снимки. Он то приседал, то вставал на стул, аккуратно постелив на него газету.

Над металлической ручкой двери, ведущей в следующую комнату, склонился толстый пожилой эксперт, лысина его и складки шеи побагровели от напряжения.

У круглого стола посередине комнаты расположился еще один сотрудник и неловко, на самом краю его, что-то писал, стараясь не задеть стоявшие рядом стакан, тарелки и рюмку.

– Викентий Иванович, – окликнул Лобанов эксперта.

Тот с усилием выпрямился и, отдуваясь, поправил сползшие на нос очки с сильными стеклами.

– Что успели установить? – спросил его Саша.

– Да пока немного. Дверной замок, изволите ли видеть, в абсолютном порядке. Ну, пальчики кое-где…

– Не бедно жил гражданин Семенов, – иронически заметил Сергей, оглядывая комнату. – Совсем не бедно. – И, обращаясь к Лобанову, предложил: – Начнем с пистолета?

И все бывшие в комнате удивленно насторожились при этих словах.

– Можно, – согласился Лобанов и спросил у фотографа: – Вы закончили?

– Последний снимочек, – торопливо ответил тот, опускаясь на одно колено. – И перейду в спальню.

– Только сначала, – вмешался Сергей, – снимите отдельно и покрупнее вон те два подоконника.

– Сию минуту…

– А где понятые? – обернулся Лобанов к одному из сотрудников.

– Ребята уже пошли за ними.

– Тогда подождем. И следователя тоже.

Сергей подошел к столу и придирчиво его осмотрел,

– А закусывал и выпивал тут всего один. Очевидно, Семенов.

– На всех предметах пальцы одного человека, – добавил эксперт, близоруко щурясь и протирая платком снятые очки. – Кроме вон того графинчика. На нем, мне кажется, еще какие-то следы. Попробуем идентифицировать.

– Это очень важно, – задумчиво произнес Сергей. – Снотворное было подсыпано, скорей всего, туда. И это сделал, конечно, не Семенов.

Вскоре приехал следователь прокуратуры, пришли понятые – мужчина и женщина из соседнего домика, заспанные, торопливо одетые.

– Господи, да чего же тут случилось? – испуганно проговорила женщина, оглядываясь по сторонам.

В глазах мужчины светилось любопытство.

Начался обыск.

Сергей подошел к одному из подоконников. Он уже давно заметил, что тот явно сдвинут и на полу под ним виднелись следы ссыпавшейся штукатурки.

– Что-то больно уж небрежно обращается гражданин Семенов со своим тайником, – усмехнулся Сергей.

– Гм… Да… – покачал головой Лобанов. – Странно…

Сергей ухватился руками за края подоконника и с силой рванул его на себя. Толстая доска с хрустом вылезла из боковых пазов в стене. Под доской, в кирпичной кладке, оказалось довольно большое неровное углубление. И все увидели на дне его пистолет.

Старик эксперт осторожно, двумя пальцами, взял его, фугой рукой вытаскивая из кармана пиджака большую лупу на тонкой черной ручке. Подойдя поближе к ярко горевшей в углу переносной лампе, он стал внимательно исследовать находку.

Осмотр квартиры тем временем продолжался.

В спальне, под подушкой неразобранной постели, обнаружили коробочку с порошками снотворного, половины порошков там не хватало.

А за широким полированным платяным шкафом, неровно придвинутым к стене, обои оказались разорванными, и за ними виднелось большое пустое пространство.

– Весьма… странно… – пропыхтел старик эксперт, обследуя края обоев около пола. – Они легко и аккуратно… приподнимались… Зачем надо было их рвать?..

– Значит, лазил туда не хозяин, – опускаясь на корточки, заметил Сергей. – Посмотрите, что-то, мне кажется, там просыпано…

Эксперт, держа в руке лупу, кряхтя просунулся за свисавшие края обоев. При этом складки шеи и затылок его снова побагровели. Из столовой на длинном шнуре принесли яркую лампу. Через минуту старик, отдуваясь, поднялся и отряхнул колени.

– Гашиш… – запыхавшись, сообщил он.

Потом так же тщательно и методично были осмотрены кухня, коридор, ванна, все двери и окна, каждая половица на полу, каждый сантиметр стены.

Любой предмет, даже любая соринка, комочек грязи, обрывок бумаги – все могло нести на себе след разыгравшихся тут ночью событий, послужить единственной, может быть, ниточкой, ведущей к разгадке того, что произошло.

Такой осмотр требовал времени и сил, но главное – он требовал нервов, требовал непрерывного напряжения. Только бы ничего не пропустить, даже самого малого и на первый взгляд не стоящего беглого, мимолетного внимания.

Даже Сергей – уж на что он, кажется, привык к такому осмотру! – и тот ловил себя порой на невольном, желании что-то, совсем пустяковое, пропустить.

Ну, подумаешь, в конце концов, край окантовки какой-то фотографии заклеен свежей полоской. Отклей! Ничего? Ну, вот теперь иди дальше. Полка с книгами? Посмотри книги. Нет, каждую в отдельности. Перелистай. И не спеши, не спеши… А вдруг между страницами… Ничего? Вот теперь иди дальше. Строго по часовой стрелке иди. Что там за веником, у стены? Кучка мусору? Нагнись, нагнись…

Вот так каждую минуту командовал себе Сергей и при этом зорко следил за другими.

В конце концов общая картина происшествия стала ясна. Она постепенно проступила, как на переводной картинке, после того как по ней осторожно поводили смоченным в воде пальцем.

Итак, Семенов вечером вернулся домой. Он пришел один. Голодный. На кухне приготовил ужин, расположился за столом в комнате. Сначала, не утерпев, съел немного картошки с салом. Потом из графина налил себе водки, отравленной кем-то водки, выпил и тут же закусил шпротиной прямо из банки. Но больше ничего съесть не успел… Позже появился кто-то еще. Открыл наружную дверь ключом: никаких следов отмычки на вполне исправном замке не обнаружено. Пришедший или пришедшие очень торопились, и они знали, что им нужно. Они ничего не искали, не выдвинули ни одного ящика в серванте или в письменном столе, не притронулись к постели, не открыли шкаф, они сразу отодвинули его и торопливо выволокли что-то тяжелое из тайника в стене. В тайнике был гашиш, скорей всего – чемодан с гашишем. Но самые интересные данные принес осмотр пистолета. На нем были обнаружены отпечатки пальцев, по-видимому, разных людей. Разных! Это было очень важно.

Оперативная группа работала в доме Семенова несколько часов.

* * *

В то воскресное утро Георгий Урманский позволил себе спать сколько душе угодно. Ленивая дрема смыкала веки. Он то просыпался, то снова блаженно засыпал. Неспешно и путано возникали какие-то мысли, текли, обрывались, наплывали другие…

Когда он открывал глаза, то видел стоявший рядом с диваном, на котором спал, низенький столик, лампочку а нем, как изогнутый на стебле цветок, строгий квадратик будильника, а рядом пепельницу и пачку сигарет.

А в другой раз, приоткрыв глаза, он видел стоявший стороне журнальный столик, заваленный пестрыми номерами «Смены», «Науки и жизни», «Юности», «Экрана»… Чего он только не выписывал! А на ковре, под стоиком, высовывались из-за ножек кресла черные шары гантелей… Письменного стола видно не было, роскошного, светлого финского стола с красивыми, разной глубины ящиками, с выдвижной доской для пишущей машинки, который он привез в прошлом году из Москвы. Одно наслаждение работать за таким столом…

37
{"b":"862","o":1}