ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Здравствуйте, товарищи, — сказал Коршунов, опускаясь на скамейку, где сидела девушка. — Извините за беспокойство. Я из милиции. Тут случилась неприятность с пассажиром, который ехал до Борска вон на том месте. — Он указал на пустую полку. — Поэтому попрошу вас нам помочь кое в чем.

— Я сел позже, — сдержанно заметил моряк.

— Господи, да что с ним случилось? — встревожилась пожилая женщина, откладывая вязанье. — Тихий, скромный такой.

— Это он с вами был тихий да скромный, — засмеялась девушка. — А так парень, как все. Очень даже нормальный.

— С вами, значит, он скромным не был? — улыбнулся Коршунов.

— Почему? Я только со скромными парнями и хожу.

Теперь Сергей рассмотрел ее лучше: ярко накрашенные губы, неестественный, бордовый румянец на щеках, черная краска на веках и ресницах была нанесена неровно и так щедро, что местами собралась в комочки. Крупные голубые серьги не шли к ее пуловеру и бронзовым волосам. «Смыть бы все, — подумал он. — Ведь симпатичная девушка. И научить бы краситься, как надо».

— Куда же вы с ним ходили? — снова улыбнулся Сергей, тоном давая понять, что ничего тут плохого не видит.

Впрочем, девушка вовсе не нуждалась в его поддержке.

— А, — беззаботно махнула она рукой. — В вагон-ресторан пригласил. Только ничего у него не вышло. — И; звонко рассмеявшись, стрельнула глазами в сторону моряка.

— Да что же с ним самим-то случилось, вы скажите? — вмешалась пожилая женщина.

— Ничего особенного, — успокоил ее Коршунов. — Чемодан ему обменяли.

— Батюшки! — всплеснула руками та.

— Но теперь я думаю, что он и сам мог обменять, — весело продолжал Коршунов. — В ресторане, наверное, выпил. А рядом такая девушка. Вот голова и закружилась. Вас ведь Люба зовут?

— Ага. А вы почем знаете?

— Он говорил, что познакомился с вами.

— А чего в ресторане было, он вам не говорил? — лукаво спросила девушка.

— Нет. А что?

— Ой, умрешь! — Она снова рассмеялась, прикрыв ладошкой рот. Он только заказ стал делать, подходит какой-то парень. Ну, взрослый уже. А длинный такой, кошмар! И говорит: «Давай иди, смотри за багажом, а то жуликов тут в поезде поймали». А мне говорит: «Вы извините, девушка. Я его старший брат, в разных вагонах только едем, билеты поздно брали». Ну, мой Боря, как водой облитый, встал, покраснел, глазами — у него, между прочим, ничего глазки — как зыркнет на братика-и ушел. А я, значит, за ним. Думала, старший хочет меня пригласить, хотела поворот ему дать. А он ноль внимания. К какому-то мужчине обратно сел. Ну я и пошла.

Рассказывала она все это весело и беззаботно, ничуть не стесняясь, и видно, было, что ничего не привирает, что просто очень насмешила ее эта нелепая история.

— А Боренька бедный залез на свою полку, отвернулся и так до самого Борска и пролежал. Стыдно, наверное, было, — заключила Люба.

— Ясное дело, сконфузили парня, — укоризненно за метила пожилая женщина, — Нешто можно так.

— Вот еще! — снова не выдержала Люба. — Просто он лопух. Мне бы кто-нибудь так сказал, хоть брат, хоть сват. Он бы у меня утерся!

Она достала из сумочки сигареты и возбужденно чиркнула спичкой. Закурив, она успокоилась и с прежней насмешливостью сказала Коршунову:

— Так что ни пьян, ни влюблен он не был. Чемоданчик у него просто свистнули — вот и все.

— Да-нет, — возразил Коршунов. — Точно такой у него и остался. Только, когда открыл, увидел, что не его.

— Все равно лопух, — решительно произнесла Люба, стряхивая пепел, и неожиданно заключила: — Слава богу, у меня ни братьев, ни сестер. Айнкиндерсистем. Никому теперь больше рожать неохота.

Сергей рассмеялся. А пожилая женщина, сердито посмотрев поверх очков на Любу, сказала:

— Глупости говоришь. Вот у меня…

— Вы, бабушка, другое поколение, — бесцеремонно перебила ее та. — А вот скажите, — она повернулась к Сергею, — у вас сколько детей?

— Один.

— Видали? А у вас? — Теперь она обратилась к моряку.

Тот, слушавший весь разговор очень внимательно и серьезно, неожиданно смутился.

— У меня двое. — Но тут же с гордостью уточнил: — Два сына.

— Ну, значит, жена дома сидит, — заключила Люба.

«Эге, — подумал Сергей, — эта энергичная девица сейчас уведет разговор совсем в другую сторону» — и в свою очередь спросил:

— А что, тот брат к нему сюда заходил?

— Не, — охотно отозвалась Люба. — Чудики какие-то, а не братья.

— Где же он ехал?

— Кто его знает? — Люба пожала плечами и, приподнявшись, загасила испачканную помадой сигарету.

В это время в купе заглянул Светлов и поманил Коршунова.

— Извините, — сказал Сергей, вставая. — Товарищ зовет. Я только хотел спросить: в вашем купе еще кто-нибудь ехал вот на месте этого товарища? — Он указал и моряка.

— Ехал, ехал, — ворчливо отозвалась пожилая женщина, не отрываясь от вязанья. — Все в карты ходил играть куда-то.

— Хмырь какой-то, — презрительно пожала плечами Люба. — Вертлявый, глазки бегают, ножкой шаркает. На прощание даже руку мне поцеловал. А сам во какой, представляете? — Она протянула руку над полом. — Фельетон один.

— А где он сошел?

— Да тоже в Борске.

— Не помните, какой у него был багаж?

— Чемодан, портфель, кажется.

— А какой из себя чемодан?

— Ну, знаете. — Люба пожала плечами. — Я всегда на личность человека смотрю. А на чемоданы только жулики смотрят и еще, — она лукаво стрельнула глазами, — милиция, конечно.

— Мы тоже на личность смотрим, — засмеялся Коршунов. — Девушек особенно. Спасибо вам, Люба. До свидания, товарищи.

Уже выходя из купе и задвигая за собой дверь, он услышал, как Люба сказала:

— Все-таки в милиции симпатичные мужчины попадаются. Можно даже запросто влюбиться. Моя подружка…

Светлов притянул Сергея к окну и тихо сказал:

— Вторая проводница, Таня, говорит, что в Борске вместе с Трофимовым, сошел еще один пассажир из их купе. Чемодан у него был точно такой же, она обратила внимание. Так что все ясно.

— М-да, — задумчиво согласился Сергей. — Ясно. Но далеко еще не все. Пойдем в вагон-ресторан.

Официантка сразу вспомнила вчерашний инцидент.

— Нахально так прогнал, знаете. А паренек с девушкой пришел. Ну каково ему? И вовсе они не братья. Что я, братьев не узнаю? А сам с Товарищем остался. Выпивали. И с собой еще взяли.

— В каком вагоне они ехали, не знаете?

— Кто их знает? Вон стой стороны пришли. — Она махнула рукой в противоположный конец вагона.

Коршунов вместе со Светловым двинулась туда. Переходя из вагона в вагон, они беседовали с проводниками. Приметы обоих посетителей ресторана всем оказались знакомы, особенно второго, длинного, очень характерные приметы. Проводники заметили обоих. «Проходили», — уверенно сказала проводница соседнего вагона. — «Проходили», — подтвердила вторая, третья… И наконец, Коршунов и Светлов услышали; «Тут ехали, тут, в шестом купе». Это сказала проводница предпоследнего, четырнадцатого, вагона.

В указанном ею купе сейчас ехало всего двое пассажиров. Когда Сергей зашел туда, один, из пассажиров, устроившись возле столика, читал какой-то журнал. Это был элегантно одетый седовласый человек в очках с золотой оправой. Второй пассажир спал на верхней полке, отвернувшись к стене. Оттуда доносилось тяжелое похрапывание.

Сергей представился.

Человек отложил журнал — Сергей заметил, что это был какой-то научный ежемесячник, — и вежливо спросил;

— Чем могу быть полезен?

— Видите ли, в этом купе ехал один человек, — начал Сергей. — Такой худой, высокий, чернобровый…

— Да, да, — поморщился пассажир. — Прекрасно помню. Он, слава богу, вышел в Борске. Они, — он с не приязнью покосился на спавшего, — тут просто кабак устроили. Вот, видите, отсыпается теперь.

— Тот человек рассказывал, откуда он едет, куда?

— А! — пассажир досадливо махнул рукой. — Вели какой-то пьяный, глупый разговор. Я, признаться, не прислушивался. Помню только, что этот, — он снова кивнул на спящего, — называл его Иваном.

67
{"b":"863","o":1}