ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Библиотека на Обугленной горе
Последнее дело молодого киллера
Встреча Вселенных, или Слепоглухие пришельцы в мире зрячеслышащих
Assassin's Creed. Единство
HR как он есть
Странник
Леонхард фон Линдендорф. Барон
Алекс Верус. Участь
Тень

Аркадий Николаевич бросился к книжным полкам и открыл энциклопедический словарь. Кнут Гамсун... Лауреат Нобелевской премии по литературе. Мастер психологической прозы. Последователь Достоевского... Айрис Мёрдок... Закончила Оксфорд, там же преподавала. Философ, автор ряда работ об экзистенциализме Жана-Поля Сартра. Романы... тонкая психологическая проза... игра с философскими доктринами... Основная тема - экзистенциальная свобода выбора.

- Какой же я болван! - простонал Барзов.

Ну почему он не залез сюда вчера? Почему решил, что "Плоды земли" типичное произведение Гамсуна? Почему не прочел статью о Мёрдок, раз уж не читал ее романов?

Интерес к психологии и философии, отказ от научной карьеры и переход в школу определенно указывают на шизоидный тип характера.

В принципе, ошибиться не так уж сложно. Во многих внешних проявлениях психастеники и шизоиды очень похожи. Для шизоидов тоже характерно лептосомное телосложение; как и психастеники, они нередко неуклюжи в движениях, коммуникативно неловки, порой нелюдимы, замкнуты в себе, неумелы в проявлениях сопереживания. Часто и тех и других ошибочно считают людьми душевно черствыми. Впрочем, некоторые шизоиды, в отличие от психастеников, действительно бессердечны.

Но при внешнем сходстве люди этих двух типов по сути своей принципиально различны, более того - антагонистичны. Психастеники - реалисты и стихийные материалисты, вопрос о первичности бытия или сознания интуитивно решают в пользу бытия. Шизоиды - махровые идеалисты, мир для них бесконечное царство Духа, а сами они - наделенные самосознанием частицы этого Духа. Психастеники живут и мыслят в тесной связи с реальностью. Смысл жизни шизоидов - в поиске высшей гармонии, найти которую можно, лишь оторвашись от реальности. Психастеники подвержены страхам, в первую очередь - страху смерти. Для шизоида смерть - возвращение к Источнику, слияние с океаном Духа, каплей которого они себя ощущают, то есть явление естественное, едва ли не желанное.

В общем, принять шизоида за психастеника - позор для психолога. Тем более для такого искушенного и проницательного, как Змей. Можно, конечно, оправдываться краткостью контакта и тем обстоятельством, что информацию об Архиповой собирали дилетанты, действующие по собственному разумению и не знающие, на что нужно обратить внимание в первую очередь. Но к чему обманывать себя? Данные, необходимые для определения типа личности, в досье имелись, просто он не пожелал их заметить. Ну не любил Аркадий Николаевич работать с шизоидами. Прекрасно зная теоретически, что собой представляет их внутренний мир, он не понимал и не принимал его. Сверхзначимые для шизоидов идеи казались ему эксцентричной чепухой, а сами шизоиды - никчемными фантазерами, склонными к психопатии. Их логика, подчиненная некой высшей Идее, недоступна здравомыслящему человеку.

Кроме того, шизоиды плохо поддаются обработке. Чтобы хоть как-то воздействовать на них, нужно иметь точное представление либо об их философской концепции, либо о том идеальном образе возлюбленного, который они носят в душе едва не с рождения. А учитывая их замкнутость, получить такое представление весьма и весьма непросто. Эта работа отнимает уйму времени и требует недюжинного терпения. Оттого-то, имея возможность выбирать инструмент для решения той или иной задачи, Барзов отдавал предпочтение женщинам других типов.

Но в данном случае выбора ему не оставили. Времени, впрочем, тоже. Придется работать с тем, что есть.

Внимательно перечитав сведения, касающиеся единственной любовной связи Архиповой, Аркадий Николавич понял, что идея добиться влияния на Веру Кирилловну, покорив ее сердце, для него неосуществима. Ее бывший избранник был эксцентричным молодым человеком со своебразным чувством юмора и непредсказуемым поведением. Если именно такая личность отвечает ее представлениям об идеальном возлюбленном, нет ничего странного в том, что других романов у нее не было. Настоящие чудаки, да еще определенного сорта попадаются не так уж часто. Выдавать себя за такого чудака, почти не имея информации - дело безнадежное. Придется ставить на духовное родство. Знать бы еще, чем живет "духовная родственница". "Ничего, - мысленно подбодрил себя Змей, - сыграем, что называется, на слух. Не впервой".

* * *

Он навестил знакомых, сын которых недавно поступил в "Менделавку", и выпросил его тетради по химии за десятый класс. А на следующий день позвонил Архиповой.

- Извините за назойливость, Вера Кирилловна, но у меня к вам еще одна нижайшая просьба. Я вчера разговаривал по телефону с сестрой, и она вдруг забеспокоилась, хватит ли Ване времени на подготовку, если окажется, что школьные требования слишком низки для поступления в университет. Настолько забеспокоилась, что отправила сюда его тетради. Со знакомым, который вылетел в Москву по делам. Вы не откажетесь на них взглянуть? Я подвезу их куда прикажете в любое удобное для вас время.

- Ну хорошо, - согласилась Вера, помедлив с ответом. - Тетради у вас?

- Нет, но я уже еду за ними в Домодедово. Самолет приземлится через сорок минут.

- Тогда давайте встретимся в пять на "Маяковской" в тупиковом конце зала.

При встрече Архипова держалась подчеркнуто сухо, всем своим видом показывая, что не расположена к светской болтовне. Но отступать Барзову было некуда, и он решительно повел свою партию:

- Вера Кирилловна, боюсь, моя вчерашняя попытка назначить вам неделовое свидание произвела на вас неприятное впечатление. Я искренне прошу прощения и обещаю, что впредь не...

- Владимир Алексеевич, давайте оставим эту тему. Я...

- Нет-нет, пожалуйста, позвольте мне объясниться. Мне не хотелось бы, чтобы у вас обо мне сложилось неверное представление. Честное слово, я не ловелас, не искатель приключений. Желание сойтись с вами накоротке возникло у меня еще тогда, когда я любил Ларису. Она часто вспоминала вас, и однажды я вдруг понял, что именно такого человека, как вы, мне всегда недоставало для полнокровного общения. Нет, вы не подумайте, у меня нет недостатка в друзьях и приятелях! Мы довольно часто видимся, болтаем, валяем дурака, обсуждаем дела, жалуемся на жизнь или, наоборот, хвастаемся успехами. Но есть такие вещи, которыми я не могу поделиться ни с кем. Меня просто не поймут - сочтут психом или решат, что я красуюсь. Как можно объяснить людям, все чувства и мысли которых застряли в реалиях этой жизни, что их мир бледное, искаженное отражение настоящей Реальности? Что все, представляющееся им важным и значимым, на самом деле не имеет никакой ценности? Как растолковать, что болезни и смерть, которых все боятся, как черт ладана, - это освобождение от тяжелого и ненужного груза, затрудняющего путь Домой?

Во взгляде Веры, прежде выражавшем лишь досаду и желание поскорее отделаться от докучливого субъекта, появилась заинтересованность. Воодушевленный этой благоприятной переменой, он заговорил проникновенно, с чувством, от души стараясь, чтобы слова его звучали искренне. Он говорил о мистическом ощущении своей принадлежности к другому миру, о тоске, которая временами накатывает на него от сознания своей чужеродности и одиночества, о том, как нужен ему иногда собеседник, которому он мог бы открыться без опаски прослыть безумцем, о своей надежде обрести такого собеседника в лице Веры Кирилловны, о самой Вере, какой он ее себе представляет...

- Вы ошибаетесь, Владимир Алексеевич, - перебила его Архипова. - Я вполне земная женщина без всяких космических примесей. И мечты у меня земные, и в иноплатнетян я не верю. Вы уж простите, что не оправдала ваших ожиданий.

Барзов увидел в ее глазах насмешливые искорки и почувствовал, как его захлестывает волна гнева. Даже не гнева - ярости. Ярость затопила его мозг, скрутила мышцы, ослепила, оглушила, сдавила глотку. На одну бесконечную секунду ему показалось, что он не удержит ее в себе, взорвется, накинется на мерзкую бабу с кулаками и вышибет из нее дух. Слава богу, обошлось. Огромным усилием воли ему удалось взять себя в руки.

4
{"b":"87","o":1}