ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Билл наверху все еще не подавал признаков жизни. Ни Элвиса Костелло. Ни прачечной. Ни оброненных носков. Пусть себе страдает.

Я поймала себя на том, что обвожу ручкой самые дурацкие варианты. Однокомнатная квартира с маленькой кухней: душ — кафельная конурка. В таких местах нужно кресло-кровать. Ну, знаете — поворачиваешься с кастрюлей, полной картошки, и врезаешься в шкаф. Я серьезно раздумывала минут пять и все-таки вычеркнула этот вариант.

Бонди-Бич. А смогла бы я там жить? Особенно если мужчины там носят такие очки, что становятся похожими на мух? И помимо того, было у меня нехорошее подозрение, что именно в таких местах татуированные адвокатихи устраивают роскошное логово с черными занавесками в ванной. Не по мне.

Вот квартира в Уэйвертоне, за много миль отсюда, недорого, потому что сдается только на три месяца. Туда я и позвонила. Целую вечность было занято, и наконец автоответчик женским голосом произнес: «Спасибо за ваш звонок. К сожалению…»

Если я рассчитываю хоть когда-нибудь найти себе квартиру, мне явно надо попросить у Бобби повышения зарплаты. И она наверняка этого повышения мне не даст. Итак, остается только один выход — тот, от которого бросает в дрожь. Вот он.

Совместное проживание

НЬЮТАУН. Служащий, требуются два жильца. Некурящие, предпочтительно вегетарианцы.

НЬЮТАУН. Мужчина, желат. непривередливый.

НЬЮТАУН. Не вегет. Без дом. животных. Семейная пара.

И еще вот такое:

РЭНДУИК. Приходите и поселитесь в нашем уютном гнездышке! Рэнди, Белла и Мо разделят с классным парнем (или девчонкой) свой домик на три спальни.

Это, видимо, означает, что Рэнди делит спальню с Беллой, или она делит ее с Мо, или они все вместе и спят, и трахаются на какой-нибудь кошмарной вонючей койке и при этом ищут еще парочку компаньонов. Компаньонов с причудами. В общем, если им нужна классная девчонка, то это явно не мой случай. И я спрашивала себя: почему же никто не ищет несчастную одинокую старушенцию с кошкой?

В конце концов я обвела кружочками пять наименее устрашающих объявлений, почистила зубы, прополоскала горло, оделась во что-то нейтральное и отправилась в путь. К счастью, у меня был при себе служебный мобильник («ни в коем случае не выносить из конторы», да-да, тот самый).

Сначала — дом в Паддингтоне. Я позвонила туда, и мужчина, снявший трубку, был вроде бы ничего. Не что надо, а ничего. По телефону все равно толком не поймешь.

Когда я приехала, входная дверь была широко открыта и оттуда как раз выходил какой-то парень. Он посмотрел на меня бессмысленным взглядом.

Паркет в доме был натерт; каждый шаг отдавался эхом. И я в своих черных ботинках ввалилась туда, как чудище Франкенштейна вломилось бы в замок. Бум, бум, бум.

Из кухни выскочил мужчина в очках и в сером тренировочном костюме. В руках у него была стеклянная посудина с какой-то серой жижей.

— Паштет?

Тут я заметила на кухонном столе вазочку с печеньем. Он уже подготовился. Показал мне пюпитр с листком бумаги, на листке напечатано: «Потенциальные жильцы: анкета». Ничего себе.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Вы, должно быть, стюардесса?

— Нет, я занимаюсь рекламой.

— Вот оно что. Вы не знакомы с Саймоном Рейнольдсом?

— Нет.

Его это, кажется, изумило.

— Я предложил вам паштет? Угощайтесь. Куриная печень.

Да, и в миксере он ее молол не особо долго. Но я съела. Чтобы добавить себе очков, как кандидату в сожители. Вдруг этот тест такой. Станете ли вы есть мой дурацкий паштет?

— Ну что ж, — Тренировочный Костюм закинул ногу на ногу. — Вы не могли бы указать в этой графе свое имя и возраст? Точный возраст называть не обязательно, так, примерно. Вам ведь около тридцати?

— Да.

Вот вам и ночной восстановительный комплекс от Эсте Лаудер.

— А вот здесь, видите, я написал: «Общение»? Отметьте, пожалуйста, общительны вы или нет, или это зависит от ситуации.

— Пожалуй, зависит от ситуации.

В дверь робко постучали.

— Ну, продолжайте.

Он поднялся.

Тут до меня дошло, что квартиру я так и не посмотрела. То есть я видела самого этого типа, как его там зовут, имени его я не помнила, как, впрочем, и он моего. Видела мерзкий паштет. И анкету. Но вот комнату?

Вновь прибывший, должно быть, все-таки решил на комнату посмотреть. Его проводили наверх. Там слышался топот. И я наскоро заполнила все графы в компьютерной распечатке. В разделе «имя» написала: «Эвита Перон». И сбежала. Лишь пройдя половину улицы, я вспомнила, что оставила свой мобильник, вот только на самом деле это совсем не мой мобильник, верно? Черт!

Когда я вернулась, тип в тренировочном костюме торчал на кухне; он бурно размахивал руками и с головы до ног заплевывал крекерами очередного кандидата в жильцы, а тот таращился на него с нервной улыбочкой.

Я ворвалась туда, впившись ногтем в палец, — годами испытанное средство при любой неприятной ситуации (зубной врач, уколы, смущение). Серый костюм почти не обратил на меня внимания.

— А, приветствую.

— Извините, я телефон забыла.

— Мне понравилось, что вы написали, — крикнул он мне вслед, когда я припустила по коридору. — На комнату посмотреть не хотите?

Да, как же. Я запрыгнула в автобус.

Следующим значилось объявление:

САММЕРХИЛЛ. Женщ., курящая, с котом. Спутниковое телевидение.

Спутниковое телевидение я услышала, как только туда добралась. Здесь тоже была настежь распахнута входная дверь. Из-за дыма, как я понимаю. Шагая к дому по дорожке, я заметила кота. Сиамец с подстриженными когтями, в красном ошейнике с заклепками, глаза дикие, вытаращенные. Роджеру не понравится.

К двери подошла женщина. Она была намного старше меня. На пальце у нее блестело сапфировое обручальное кольцо — такие дарят в юмористических сериалах. На подбородке еще остались следы персиковой маски. Не хватало только папиросы для полного соответствия объявлению.

— Вы ведь одна? — спросила женщина, жестом приглашая меня пройти мимо гигантского телевизора, где как раз шла очередная серия старого «Доктора Кто».

Я заверила, что одна.

— Я тоже одна, — отозвалась женщина.

На этом наше общение и закончилось. Моя комната, как я поняла из жестов спутницы, находилась по соседству с ванной, пропахшей масками для лица и теми липкими желтыми штуковинами, которые вешают над писсуарами в общественных туалетах.

Потолок в комнате украшали наклейки с желтыми улыбающимися рожицами, еще одна наклейка с дельфином и радугой была налеплена на окне. На стене виднелись четыре синих пятна от клея — там, должно быть, висел постер с единорогом. Доктор Кто орал внизу: «Это зло!» — и я была с ним согласна.

Когда мы спустились вниз, дама не выдержала, уселась и зажгла сигарету. Оставалось только восхититься тем, как она терпела все то время, пока мы осматривали дом. Доктора Кто вырубили, и женщина уставилась на меня. И смотрела минут пять. По крайней мере, мне так показалось.

— Я была замужем, он съехал, — сказала она наконец. — Вы были замужем?

— Нет.

Тот факт, что некоторые бедные коровы не удостоились такого счастья ни разу в жизни, ее, кажется, взбодрил, так что я оставила номер своего телефона — вообще-то это был номер рабочего телефона, и сменился он полгода тому назад. Дама не сказала ни слова на прощанье, но помахала рукой с верхней ступеньки крыльца. Лысый сиамец в ошейнике с заклепками злобно смотрел мне вслед. Нелегко было вышагивать танцующей походкой по дорожке, когда на самом деле хотелось побить рекорд по бегу на короткую дистанцию.

Ну и пусть, сказала я себе, очутившись на автобусной остановке. Роджеру бы там не понравилось.

Оставалось еще три места, которые я наметила. Время перевалило за полдень, и я так еще ничего и не ела, кроме куриного паштета. Хотя если ищешь квартиру для совместного проживания, тут уже не до еды. До следующего дома предстояло долго ехать на автобусе.

БИЛГОЛА. Просторная комната, особняк в испанском стиле на берегу. Великолепные виды. Зона для отдыха.

46
{"b":"883","o":1}