ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дэн, Лайм и Билл — три плохих симптома подряд — это напоминание: со мной что-то не так. Вот с этого и надо начинать. Не с Армии сорокалетних разведенцев. С себя.

* * *

Спустя несколько дней вернулись Хилари с Полом; Джоди с Диди все еще наслаждались свежеобретенной славой радикальных режиссеров.

— Полу надо готовиться к поездке, — объяснила Хилари по телефону. — Их группа по рафтингу собирается в Тасманию.

— Чем он, ты говорила, занимается? — спросила я.

— Государственный служащий. Тут тебе крыть нечем, — ответила она. — Ну а у тебя как с работой?

— Не так чтобы завались. Из отдела здравоохранения прислали ответ.

— Здорово.

— Ага, квартирная плата за месяц.

— Ух.

— Хотела я отсюда съехать и опять передумала. — Я вздохнула. — Так и не решилась.

— Ну, она действительно воняет. Ее комната.

— Бедная женщина.

— Бедная женщина.

Это я про ту даму, а не про себя. Я, Виктория Благополучно Одинокая, так закончить не намерена.

— Заехать к тебе? — спросила Хилари.

— Давай.

— К тому же у меня тут Роджер.

— Ой, — вырвалось у меня.

— Ладно, до скорого.

Когда они появились, и у Роджера, и у Хилари на физиономиях было одинаковое выражение — спокойное и удовлетворенное. У Роджера, видимо, благодаря Борису, а у Хилари — благодаря Полу.

Мы уселись на диван, который я больше не считаю одержимым духами, и поболтали о фестивале.

— Они там, наверное, в перерывах совершали жертвоприношения, — заметила я.

— Вообще-то нет.

На лице Хилари промелькнуло недовольное выражение.

— Там были совершенно нормальные люди. Ну, как ты или я.

Я задумчиво смотрела на нее.

— Тебе пора избавляться от стереотипов, Вик.

— Джоди с Диди.

— У Джоди с Диди есть отклонения, ладно. Но это не означает, что отклонения есть и у всех вокруг.

— А этот бред насчет полнолуния на автоответчике? — настаивала я. — На каком еще фестивале такой бред услышишь?

— У тебя свои странности, у меня свои, они у всего мира есть. Даже у Пола.

— Даже у него?

— Он хочет стать первым в истории мужчиной, который вступит в «Женский кружок».

Мне понадобилось время, чтобы в это вникнуть.

— Зачем?

— За тем, что он столько от меня о нем слышал, что захотел и сам попробовать.

— А его примут?

Хилари вздохнула.

— Вопреки распространенному мнению, «Женский кружок» — это не три ведьмы, скачущие у котла в «Макбете».

— Извини.

Я вышла на кухню за чаем, и Хилари крикнула с дивана:

— А ты бы тоже заглянула!

Я просунула голову в дверь.

— Нет уж, спасибо.

— А стоило бы. Тебе бы это многое дало.

— Это не мое. Договорились? Ты, Натали, Джоди, Диди — но это не для меня.

Я умышленно назвала Натали, и Хилари это поняла.

— Ну а что ты будешь делать?

— В каком смысле?

— Вечером по вторникам.

Не буду размешивать сахар в ее чашке.

— Вот, пожалуйста. — Я осторожно поставила чашку на пол. — Что ж, вторник, вечер, дай подумать. Кажется, я занимаюсь медитацией.

— Ты!

— Да, и через вторник буду сидеть дома: врублю телевизор, выключу свет, расслаблюсь и отдохну. Неплохо, да?

— Ну, тогда ладно.

Вид у нее был смущенный. Хорошо. Хотя вообще-то я не могу играть в такие игры.

— Вру. — Я вздохнула. — Нечего мне делать вечером по вторникам. Даже телевизор смотреть не собиралась. Ясно? Но это все пустяки.

— Это не из-за того, что у меня есть парень, а у тебя нет?

— Нет. Не из-за этого.

— Ну, тогда приходи в «Женский кружок».

— Ох… — Я сама почувствовала, что вот-вот сдамся. В смысле — вреда не будет, верно? Даже Пол туда идет. И вдруг там окажется кто-нибудь с анорексией. Мне же понадобятся цитаты для брошюры? А этот кружок наверняка кишит людьми, у которых проблемы с питанием. Или это у меня опять стереотипы?

— Ты за мной не заедешь? — умоляюще произнесла я.

Глава сорок первая

Две недели спустя, когда Пол вернулся со своего рафтинга, а Джоди с Диди — из Байрон-Бэй, я готовилась к своему первому визиту в «Женский кружок».

Прежде чем выйти из квартиры, я включила автоответчик и сделала то, о чем давно мечтала.

Я оставила всему миру сообщение, что этим вечером буду в «Женском кружке» в Паддингтоне, а вечером в среду — на занятиях по карате в Ньютауне. Между прочим, действительно так — когда заплачу деньги.

— Захвати одеяло и оденься во что-нибудь удобное, — посоветовала Хилари по телефону. Я застонала.

— Так и знала! Мы все уляжемся на пол, и это будет так непринужденно и мило. И какая-нибудь стодвадцатикилограммовая корова усядется на меня и раздавит в лепешку.

— Прекрати. Заедем за тобой в семь. Поведет Диди.

Было слишком темно, чтобы как следует разглядеть фургон, но Джоди заверила меня, что после аварии его покрасили заново. Очутившись на заднем сиденье, я опять вспомнила те злополучные выходные. Открыв окно, смотрела, как мимо мелькают огни Ньютауна.

— Спасибо, что присоединилась, — крикнул Пол.

Я удивленно посмотрела на него.

— Думал, что буду единственным новеньким, — добавил он.

Я улыбнулась в ответ. Он действительно один из нас, этот Пол. И наверное, во многих отношениях — если собирается в «Женский кружок».

Народу стягивалось изрядно. Я с тревогой высматривала еще какой-нибудь фургон, с личностями вроде Джоди и Диди. Но здешняя стоянка мало чем отличалась от парковки возле супермаркета. И женщины были такие же, какие ходят в супермаркеты. Нормальные. Болтают друг с другом. И никаких марлевых штанов.

Мы вошли в здание — это была одна из тех старых школ, которые оборудовали под культурно-спортивный центр. Когда мы проходили по коридору, Пол как бы в знак приветствия побарабанил костяшками пальцев по одной из дверей.

— Здесь собиралась их группа по рафтингу, — пояснила Хилари.

Мы занимались в просторной комнате с жутким оранжево-бурым ковром годов семидесятых. На стене висела белая доска с нарисованным на ней синим кругом: внизу красовалась надпись «ЖЕНСКИЙ КРУЖОК». Из-за ламп дневного света лица казались слегка землистыми.

Все расположились кругом, и мы тоже заняли свои места. Джоди — с Диди, Хилари — с Полом, а я — рядом с невероятно красивой женщиной.

— Меня зовут Джорджия. — И она улыбнулась.

Занятия начались. К моему немалому изумлению, руководителем оказалась Джорджия.

— Руководители меняются каждую неделю, по очереди, — шепотом объяснила Хилари Полу. Тот посмотрел на меня — все ли я слышала.

Первым делом Джорджия притащила из коридора большую зеленую корзину для мусора и поставила ее под доской. Кудрявая девчушка в рабочих штанах из саржи послушно поднялась со своего места, подошла и, вытащив изо рта резинку, выбросила ее в корзину.

Комната взорвалась смехом.

Мы с Полом переглянулись. Это что?

— Корзина здесь, — пояснила Джорджия, все еще посмеиваясь, — и для резинок, и вообще для всего, что вы принесли сюда. Я хотела бы поприветствовать новых людей в «Женском кружке»… — Пол просиял, а я уставилась себе под ноги… как, разумеется, и всех остальных. В общем… — Она перестала улыбаться. — Эта корзина — часть нашего сегодняшнего занятия.

О нет, подумала я, если с тобой дело плохо, они и тебя туда засунут.

— Как руководитель этого занятия предлагаю каждому выбросить свой хлам.

Диди издала одобрительный возглас.

— Под хламом я подразумеваю, — продолжала Джорджия, ответив на этот возглас легкой улыбкой, — все, что мешает вам жить. Всех людей, которые вам в этом препятствуют. Все предрассудки. Все обстоятельства. Словом, все, что осточертело.

Становилось холоднее. Хорошо, что Хилари сказала мне насчет одеяла — пусть даже это старое одеяло Роджера, в которое я к тому же заворачивала еще и Билла.

Джорджия пустила по кругу пачку бумаги и ручки.

Я взяла листок и ручку и передала все Полу. Он сразу же начал что-то писать. Умный, гад. Но я заметила, что в его листок заглядывает Хилари.

64
{"b":"883","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Ветер на пороге
НЛП. Техники, меняющие жизнь
Любить Пабло, ненавидеть Эскобара
Реальность под вопросом. Почему игры делают нас лучше и как они могут изменить мир
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Рестарт. Как вырваться из «дня сурка» и начать жить
Ремесленники душ. Исповедники
Счастье