ЛитМир - Электронная Библиотека

Легко быть достаточно умной для «Лиги плюща».[2] Но вот быть достаточно богатой — это совсем другое дело. Ее родители не были ни известными хирургами, ни сенаторами, ни кинозвездами. Они были разведены, не слишком ладили друг с другом и застряли на должностях менеджеров среднего звена. Два жалких невротика зарабатывали достаточно, чтобы избавить ее от поисков финансовой поддержки на стороне, но этого не хватало на достойное образование. Все, что она получила к окончанию школы, — это груз бестолкового загубленного детства.

К моменту окончания колледжа на ней висело уже восемь тысяч долларов кредита на образование. Но именно Университет Брауна стал ее первой целью. Она мечтала о свободной атмосфере, и концепция школы с Новой Моделью Расписания была ей крайне симпатична. Здесь не было нудных обязательных курсов, которые вы обречены преодолевать. Можно было составить свою собственную междисциплинарную программу. Бейб разрывалась между историей искусства и занятиями по фотографии в Дизайнерской школе Род-Айленда.

Те вольности и свободы, которые привлекали Бейб в Брауне, одновременно как магнит притягивали туда и тех, кто вызывал у нее неприязнь. Сопляки из старых богатых семейств, избалованные отпрыски нуворишей, якобы талантливые дети знаменитостей, потомки в шестом колене европейских знатных фамилий — все они стекались в университет в надежде наконец оторваться после многолетнего заточения в суровых частных школах.

С первого дня Бейб вела борьбу за свое место в этом мире. Она никогда не смогла бы стать равной в толпе толстосумов. Их мотовство раздражало ее. В то время как она вынуждена была считать каждый пенни, ужасаясь своему растущему долгу, они арендовали целые особняки в Ньюпорте или Блок-Айленде для своих воскресных вечеринок.

Не лучше обстояли дела и с установлением контактов с остальными студентами. Бейб была слишком скованна и закомплексованна, чтобы скакать в спортзале, и недостаточно образованна для интеллектуалов-семиотиков, обсуждавших проблемы античной философии на газоне перед главным корпусом. А что до поисков приятелей среди актерских сынков или качков из частных колледжей, то Бейб скорее бросилась бы под автобус.

Так что сначала все развивалось точно по тому же сценарию, что и в школе. С Бейб Манчини в душераздирающей роли циничной одиночки. Но на этот раз ситуация изменилась. Многообещающий талант фотографа постепенно вовлек ее в университетское общество. В основном благодаря тому, что она не проявляла интереса к съемкам пейзажей, натюрмортов или архитектуры. Наиболее привлекательным объектом для ее пытливого изучающего глаза были люди. Так что в скором времени она стала неотъемлемой частью бурлящей жизни университетских вечеринок.

Бейб стала своей в «Андеграунде», студенческом баре. Каждый четверг здесь устраивали «вечера Фанка», которые она никогда не пропускала. Так же как и тусовки в «Вива», ночном клубе в Провиденсе, любимом местечке студентов из Европы. А кроме того, существовали и беспутные «тематические» вечеринки, вроде ежегодной «Голой тусовки» или «Студенческого танца».

Ее документальный, репортажный стиль всегда вызывал переполох и возбуждение. Фотографии всегда бурно обсуждались. Она создавала коллажи из снимков для занятий по искусству, вызывая раздражение и возмущение преподавателей и сдержанное одобрение соучеников. Бейб не делала банальных портретов «улыбнитесь — я снимаю». Персонажи на ее снимках — растерянные, пьяные в стельку, всегда на грани дозволенного — выглядели точно как в жизни. Откровенное декольте. Алые губы, достойные порнозвезды, на горлышке пивной бутылки. Мужская рука с маникюром, скользящая по обнаженному женскому бедру. Ее склонность к необычным ракурсам и изображению одних лишь тел, без голов, быстро стала университетской легендой. И довольно скоро попадание в обезглавленные объекты Бейб Манчини стало признаком определенного социального статуса.

Но она не ограничивалась авангардом. Приумножая ценность своего портфолио, Бейб решила создать серию более традиционных модельных снимков. Так она познакомилась с Ларой. Высокая ослепительная блондинка с изумительно красивыми плечами, одетая в изысканном стиле. Несколько надменная и отчужденная вначале, она со временем потеплела к Бсйб и согласилась позировать на ступенях университетской библиотеки. К концу фотосессии они стали настоящими подругами — случай крайне редкий для Бейб, которая всегда с трудом завязывала отношения с другими девушками.

Обретя в лице Лары одну подругу, Бейб в действительности получила и вторую — Габриэль, сногсшибательную темнокожую красотку, одну из подружек Лары по «пещере» и звезду эфира, университетской коммерческой радиостанции, где работали сами студенты. Почти мгновенно они образовали впечатляющий триумвират. И это было одним из счастливейших периодов в жизни Бейб. С последних классов школы она избегала женских группировок, ненавидела социальные условности и женское стремление одеваться, думать и говорить «как все». Но для Бейб, Лары и Габриэль все это не имело никакого значения… пока не появился он.

Как прочие особи женского пола в университете, Бейб в один прекрасный миг поняла, что Дин Пол Локхарт ее заворожил. Возможно, все дело было в абсолютном несоответствии его крайней самовлюбленности, самопоглощенности и одновременно абсолютного безразличия к собственной красоте. Страстный эксгибиционист, он всегда с готовностью сбрасывал рубашку, с гордостью демонстрируя рельефную спину и длинный мускулистый торс. И в то же время он мог быть равнодушен к своей прическе или одежде, появляясь на занятиях и разного рода тусовках непричесанный, в мятой, порой даже несвежей одежде, со вчерашними пятнами на брюках и сорочке. Но поистине непостижимыми были волшебная сила его харизмы и то, как изменялось все вокруг, стоило ему войти в помещение или покинуть его.

То, что он был бойфрендом Лары, нимало не смущало Бейб. Новая дружба лишь позволяла быть ближе к Дину Полу, чаще встречаться с ним. Она интуитивно чувствовала, что членство в этом «женском клубе» предполагает лояльность, но ей недоставало опыта, чтобы осознать это до конца. Бейб оставалась девственницей во всем — в том числе и в вопросах женской солидарности. Так что она с легкостью влюбилась, с легкостью оказалась в постели и столь же легко оказалась брошенной.

Она помнила все так, словно это произошло только вчера. Жизнь в Брауне была гораздо более свободной и бурной, чем в большинстве других университетов. Выходные начинались даже не в четверг, а в среду. Финн арендовал заброшенный пакгауз в Провиденсе и превратил его во временную дискотеку с настоящим ди-джеем и полноценным баром. Он пригласил туда человек четыреста, не меньше. Лара приболела, Габриэль должна была заменять кого-то на радио, так что Дин Пол и Бейб отправились на вечеринку вдвоем. И праздник удался. Он длился почти до четырех утра. Слишком измотанные, чтобы возвращаться в город, они завалились в отель «Балтимор»… и задержались там на два дня.

К моменту их возвращения новость уже потрясла университет. Расстановка сил изменилась, и, как ни странно, Бейб оказалась в положении изгоя. Троица Бейб — Лара — Габриэль прекратила свое существование; она вновь осталась одна. Даже совершенно незнакомые девицы шипели ей вслед.

Интересно, почему? Потому, что она предала подругу, или потому, что ей достался парень, о котором они сами мечтали?

В силу всех этих разрушительных причин роман Бейб с Дином Полом не продлился долго. Это оказалось скорее вспышкой страсти, которая напоминала полет метеорита по темному ночному небу и заняла приблизительно столько же времени. Он устремился дальше по жизни, а ей хотелось большего — типичная арифметика Дина Пола в том, что касалось отношений с женщинами. Следующей была Габриэль. А затем и еще несколько девиц получили свой шанс.

Окончание Брауна стало своего рода освобождением. Бейб с нетерпением ждала начала новой жизни. Она переехала в Нью-Йорк с намерением зарабатывать на жизнь художественной фотографией. На поверку это оказалось чертовски сложно. Одна галерея за другой пренебрежительно отказали ей. Она с досадой и отвращением наблюдала, как выскочки с гораздо менее интересными работами и с худшими техническими навыками одерживали верх в этой игре. Они исполняли соло, продавая свои снимки за кучу долларов, привлекая внимание художественных критиков. Она же тем временем никуда не продвигалась. Должность ассистента легендарного фотографа позволяла лишь сводить концы с концами. А сама знаменитость — лесбиянка-кокаинистка — страдала маниакальной депрессией. В течение шести месяцев Бейб исполняла роль жертвы перепадов ее настроения и одалживала кока-колу у ее директора.

вернуться

2

«Лига плюща» — группа самых престижных частных колледжей и университетов северо-востока США.

5
{"b":"884","o":1}