ЛитМир - Электронная Библиотека

— Нет.

— На территории криков, там, где разветвляется Канадская река. Один день пути верхом. Есть там некий Отто Майер, нефтяной разведчик. Два месяца назад Эйб Миллер работал с ним на земле чероки.

Конкэннон задумался. Полтора месяца назад, когда ограбили поезд, Миллер отклонил предложение Сэма Спира. Возможно, этот Отто Майер был последним, кто нанимал Миллера до преступления…

— А кто вас навел на этого Майера?

Боун пожал плечами.

— Оклахома-Сити — столица геологов… В полиции ходят всякие разговоры…

— Почему бы вам самому не съездить в Дип-Форк, если это так просто?

Вопрос прозвучал глуповато. Боун улыбнулся.

— Сами знаете, что такое муниципальная полиция. Дип-Форк — не моя территория. Но вы — железнодорожный детектив. Это другое дело: вам ничто не мешает туда отправиться.

Конкэннон понял, что речь идет не о пустячном предложении, а о приказе. Боун был простым сержантом муниципальной полиции, но при желании мог сильнее испортить ему жизнь.

— Завтра выехать не слишком поздно? — сухо спросил Конкэннон.

— Нет, в самый раз.

И лицо сержанта просияло от удовольствия.

Глава четвертая

Конкэннон появился в «Фаин и Денди» в семь часов вечера. За столиком у окна ужинали два ковбоя; других посетителей не было. Пат Дункан — шеф-повар и хозяин кафе — увидев детектива, недружелюбно нахмурился.

— Атена собирается уходить. Она в кухне.

Конкэннон сел у стойки. Когда в зале показалась Атена Аллард, он тут же встал и снял шляпу, словно привык жить среди джентльменов, а не в обществе проституток, сутенеров и полицейских сержантов…

— Я пришел раньше времени, — сказал он, — но могу подождать.

— Нет. — Она покачала головой. — Пат уже разрешил мне уйти.

Она показалась Конкэннону бледнее, чем в первую встречу. В ее взгляде сквозило беспокойство, даже страх.

— Насколько я понял, вы хотели со мной поговорить. Я нанял экипаж. Может быть, поужинаем где-нибудь?

Поначалу она словно не понимала, о чем он ведет речь.

— Нет, я уже поужинала, — сказала она наконец.

— А я — еще нет. У вас здесь хорошо готовят?

— Так себе, — сказала она без тени улыбки.

Она закрыла на секунду глаза, видимо, собираясь с мыслями.

— Да, я хотела поговорить с вами наедине. Но только не здесь. Из-за Пата. Он вообще-то хороший человек, но не любит…

— Железнодорожных детективов, — подхватил Конкэннон. — И в этом он не одинок.

Он открыл дверь, пропустил ее вперед, и они вышли, сопровождаемые ревнивым взглядом повара.

Сойдя на дощатый тротуар, они вдохнули холодного осеннего воздуха, пропитанного дымом вечерних костров. Миссис Аллард посмотрела на Конкэннона и выдавила из себя улыбку.

— Прошу прощения, мистер Конкэннон. Но я совсем растерялась: столько всего произошло… — Она вяло махнула рукой. — Вы действительно хотите есть?

— Я был сегодня очень занят и забыл пообедать.

— На Гранд-Авеню, — медленно сказала она, — есть кафе-мороженое; туда ходит приличная публика.

«Кафе-мороженое… Приличная публика». Идеальное место для Маркуса Конкэннона…

«Файн и Денди» располагалось не так уж далеко от Гранд-Авеню. Но Конкэннону жаль было отпускать фиакр. Пока они ехали, он грустно размышлял о контрастах большого города: на Второй улице проститутки поили клиентов опиумной настойкой, чтобы потом ограбить; на Банко-Эллей человека могли запросто отправить на тот свет; но на Гранд-Авеню ничего подобного не случалось… Фиакр остановился напротив «Королевских сладостей», — и Конкэннон помог Атене сойти на тротуар.

Оказалось, что в Оклахома-Сити мороженое любили очень многие. Зал был набит посетителями, в нем звучали оживленные разговоры и смех. На многих мужчинах были синие саржевые костюмы; Конкэннон заметил также высокие стоячие воротнички и агатовые заколки на галстуках. Женщины демонстрировали кружевные жабо, высокие прически и источали запах тонких духов.

Детектив будто оказался в другом мире. Здесь были мраморные столики и стулья с позолоченными спинками; здесь витал аромат ванили, лимонов и душистых трав. В определенном смысле «Королевские сладости» были не менее экзотичным местом, чем опиумная курильня Хоп-бульвара.

Конкэннон на мгновение попытался представить себе Лили Ольсен посреди этого зала и фыркнул от смеха. Атена Аллард строго посмотрела на него.

К ним подошла высокая официантка в белом передничке.

— Закажите лучше вы, — сказал Конкэннон Атене. — Я не привык…

Она рассеянно посмотрела на него.

— Понимаю. Рэю тоже всегда было неловко в таких заведениях.

Атена попросила принести ванильное мороженое, пирог с орехами для Конкэннона и содовую с вишнями для себя.

Ванильное мороженое и пирог с орехами! Конкэннон подумал о том, что сказал бы Марвин Боун, если бы видел его сейчас. Он откинулся на спинку стула и стал с довольным видом рассматривать миссис Аллард, ожидая, когда она расскажет, зачем прислала записку в отель. Ее щеки слегка зарумянились.

— Вы, наверное, сочтете меня глупой, мистер Конкэннон. Если не хуже…

Он жестом опроверг это предположение.

— Можете рассказывать спокойно. Здесь на нас никто не обращает внимания.

Она посмотрела ему в глаза.

— Вчера вечером ко мне приходили двое мужчин.

Конкэннон напрягся. В памяти его возникли мертвые глаза сутенера, накрытый простыней труп убитой проститутки. Они с Атеной Аллард вдруг оказались будто посреди пустыни и перестали слышать веселый гомон «Королевских сладостей», замечать кипевшую рядом жизнь.

— Куда именно? — спросил он, помолчав.

— В частный пансион на Бродвее, где я живу. Они, видно, ждали когда я вернусь из кафе. Уже стемнело, было около восьми. Они стояли недалеко от дома, за кустами…

— Кто-нибудь еще их видел?

Она покачала головой.

— Что им было нужно?

Она посмотрела ему в глаза.

— Не знаю, правильно ли я сделала, что позвала вас. Боюсь, что от этого у вас могут быть неприятности. Но я не знала, к кому обратиться… И потом вы говорили, что были другом Рэя…

— Вы хорошо сделали, — сказал Конкэннон. — Чего они хотели?

— Они… Они хотели, чтобы я с вами больше не разговаривала. Запретили мне встречаться с вами. Пригрозили, что иначе мне придется плохо. Но я все же их не послушалась…

— Вы поступили совершенно правильно, — быстро ответил Конкэннон. — Они с вами грубо обращались?

— Один из них держал меня и зажимал мне рот рукой. Но больше они мне ничего плохого не сделали.

— Вы могли бы их описать?

Она с минуту подумала.

— Было темно, я их не разглядела. Они сказали… — Она закрыла глаза. — Они сказали, что были друзьями Рэя. Но я их ни разу раньше не видела. Они утверждали, что Рэй помог им ограбить поезд. Мол, если я вам о них расскажу — будет скандал, а он никому не нужен. Доброе имя Рэя будет запятнано грязью… Мне следует подумать о том времени, когда он считался хорошим честным полицейским. Они спросили, понравится ли мне, если меня до конца дней будут называть вдовой преступника. А потом они дали мне вот это…

Она достала из сумки пакет, вид которого показался Конкэнному знакомым. Он осторожно приподнял уголок коричневой оберточной бумаги. Там была пачка совершенно новых денег, как две капли воды похожая на ту, что была обнаружена у Мэгги Слаттер.

— Вы их пересчитали?

Атена Аллард кивнула.

— Здесь ровно две тысячи долларов.

— Что они при этом сказали?

— Чтобы я взяла деньги и уезжала в другое место. Дескать, они не желают мне зла, потому что Рэй был их другом…

Официантка принесла пирог и мороженое, но Конкэннон вдруг обнаружил, что аппетит его пропал. В желудке словно образовался твердый ком.

— А еще что они говорили?

— Да все то же: чтобы я уезжала из Оклахома-Сити. Ведь Рэя уже не вернешь… А если стану болтать — только хуже будет. А что мне делать с этими деньгами?

— Можете передать их в полицию.

9
{"b":"887","o":1}