ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Опыт «социального экстремиста»
Павел Кашин. По волшебной реке
Путь журналиста
Витающие в облаках
Метро 2035: Питер. Война
Гортензия
Клинки кардинала
Долгое падение
Женщина справа
A
A

Через несколько минут семейство уже снова уплетало остатки жеребенка зебры Греви. Жеребенку было никак не больше месяца, но все же интересно то, что гепарды рискнули охотиться на детеныша такого крупного животного и не побоялись сокрушительных ударов копыт его матери. От добычи почти ничего не осталось, и беречь на следующий день было нечего, поэтому мужчины просто пошли домой, предоставив гепардам спокойно поспать после сытного обеда.

Но несмотря на такое пиршество — а за неделю это была уже третья добыча, — на следующее утро мужчины застали гепардов за охотой. Пиппа залезла на дерево и обнаружила стадо газелей Гранта. Чтобы получше их разглядеть, она вскарабкалась на другое дерево и долго смотрела оттуда на газелей. Потом она спрыгнула вниз, позвала молодых и все вместе — Сомба рядом с Пиппой, Тайни в пятидесяти ярдах позади, а еще дальше за ним Биг-Бой — стали ползком пробираться в траве, стараясь укрыться за каждой былинкой. Вот наконец они подкрались совсем близко. Но тут, как назло, Сомба не вовремя высунулась, и охоте пришел конец. Чтобы утешить голодное семейство, Бен отдал им принесенное мясо, а потом Пиппа ушла в тень под дерево. Молодые немного поиграли и подошли к ней, но она немедленно встала и легла в другом месте. Немного погодя Сомба и Тайни снова попытались к ней присоседиться — и снова не успели они сесть рядом, как Пиппа тут же ушла. Тем временем Биг-Бой, оставленный в одиночестве, стал звать остальных. Голос у него все еще ломался, и казалось, что он совсем охрип. Тайни со всех ног бросился к нему, а Сомба все же ухитрилась прилечь рядом с Пиппой.

Через два дня гепардам повезло больше — они затравили молодого водяного козла. Когда я узнала, что Пиппа с детьми стала так часто убивать добычу, я почувствовала облегчение и гордость за них, но в какой ужас привело меня известие, что в заповеднике объявилась банда браконьеров и они уже убили носорога, леопарда и трех гепардов! Мы давно потеряли след Уайти, Мбили и Тату, и меня преследовал мучительный страх — а вдруг кто-нибудь из них пал жертвой браконьеров?

Тут мог очень пригодиться мой метод определения детей Пиппы по пятнышкам у основания хвоста, и я попросила Бена достать, если это окажется возможным, шкуры убитых гепардов. Но вскоре я узнала, что перед самым арестом браконьеры изрезали шкуры.

А о Пиппе и ее теперешних детях приходили, как и прежде, только утешительные сообщения. Братья души не чаяли друг в друге, казалось, их водой не разольешь; Тайни был теперь на равных с Биг-Боем и почти все время лазил по деревьям — в этом он превзошел даже Сомбу: она забиралась на деревья не так уж часто, а Биг-Бой вообще недолюбливал это развлечение. Биг-Бой стал уже выше Пиппы в холке, Тайни немного до нее не дорос, а Сомба по-прежнему была меньше всех.

Семейство проходило в среднем по две мили в день и ни разу не оставалось ночевать на одном и том же месте. Несмотря на то что Пиппа почти все время отдыхала в стороне от молодых, она никогда не бросала их на целый день, насколько можно было судить по следам.

Двадцать четвертого августа мужчины нашли молодых гепардов возле дороги, на полпути между нашим лагерем и Пятой милей. Через несколько минут показалась Пиппа, а следом за ней шла самка конгони. Порой антилопа подходила к Пиппе на пять ярдов, тогда Пиппа ложилась на землю, а конгони останавливалась. Но стоило Пиппе встать и двинуться навстречу антилопе, как та сразу же отступала на несколько шагов. Это странное церемониальное шествие продолжалось до тех пор, пока вдруг в траве ярдах в тридцати от Пиппы не показался маленький теленок конгони. Пиппа мгновенно бросилась за ним и шагов через шестьдесят свалила его ударом лапы по спине. Потом она схватила его за горло и стала душить. На помощь своему малышу пришла мать, и на минуту Бену показалось, что Пиппа вот-вот выпустит теленка, но Сомбе удалось отогнать конгони. Она еще гналась за антилопой ярдов триста, а с теленком за это время было покончено. Вернувшись, мать поняла, что случилось непоправимое, и не стала вступать в бой, а когда Сомба прогнала ее второй раз, она больше не вернулась. Пиппа задушила теленка всего за две минуты, вместе с Тайни и Биг-Боем она начала пожирать еще трепещущую добычу.

Впервые за все время кому-то из нас довелось увидеть, как Пиппа убивает добычу, а молодые помогают ей добиться успеха. Бен потом измерил расстояние, на котором происходила охота. Оказалось, что Пиппа, догоняя теленка, сделала со своего места шестьдесят прыжков, теленок сделал тридцать. Эта добыча была шестой по счету за двадцать четыре дня. Прошло еще девять дней, и за это время гепарды четыре раза добывали пищу; это были два молодых водяных козла и антилопа геренук, о четвертой же добыче говорили только окровавленные морды гепардов да их набитые до отказа животы.

Но несмотря на все эти чудесные новости, я чувствовала себя в Англии все хуже и хуже. Я готова была вынести что угодно, но только не лондонскую суету, да еще в летние месяцы. Я ведь привыкла к безграничному простору, к жизни на свежем воздухе… К счастью, потом я поехала в гости к своим близким друзьям в Серрей. Они приняли меня с чудесным гостеприимством, и сад у них оказался великолепный, так что самое тяжкое время они помогли мне перенести спокойно. Мне приходилось каждый день целый час добираться набитым пригородным поездом до Лондона, а там в еще более душном метро до Кенсингтона — где я принимала физиотерапевтические процедуры. Последнюю часть пути до больницы я шла пешком через Гайд-парк, нередко напевая свою маленькую песенку — я всегда так манила за собой гепардов: «Пиппа-Пиппа-Пиппаланка и смешные малыши, идем, идем, идем, идем, идем…» — и мне казалось, что под звуки этой песенки гибкие, стройные животные бегут за мной по пятам. Часто, цепляясь за что попало в набитом до отказа автобусе, я уносилась в мечтах туда, где были мои гепарды, и мне казалось, что я снова чувствую, как их тела дрожат от довольного мурлыканья.

Мне было очень интересно узнать, как удалось добиться размножения гепардов в Уипснейдском зоопарке, в Бедфордшире, и я поехала туда в первый же свободный день. Животные там содержатся без клеток. Директор зоопарка любезно познакомил меня с записями истории гепарда Хуаниты — она принесла уже два помета. Из этих записей я узнала, что в первом помете, появившемся в 1967 году, два малыша вскоре погибли от рахита, а оставшийся в живых до сих пор тяжело болен.

Второй помет появился на свет в июле 1968 года, теперь им как раз исполнился год, и все они были в прекрасном состоянии. Я видела этих гепардов — они сбились в кучку посередине довольно тесного загончика, где росло развесистое дерево, только сучки у него были слишком хлипкие и не могли выдержать вес гепарда. В дальнем углу был деревянный навес и маленький вольер, в котором лежал больной гепард из предыдущего помета. И кроме этой загородки, здесь нельзя было найти ни единого местечка, где удалось бы затаиться или полазить вволю. В этот загон их перевели из более просторного вольера для того, чтобы посетители могли в любое время увидеть гепардов. Я хорошо знала, как много значила для детей Пиппы возможность играть, спокойно отдыхать, укрывшись от чужих глаз, и поэтому задала себе вопрос: будут ли эти маленькие гепарды впоследствии способны к нормальному размножению?

Но тройке гепардов в зоопарке Риджент-парк, в самом центре Лондона, пришлось гораздо хуже. Каждый из них сидел в крохотном вольере с деревянной конурой в углу, а земля была засыпана гравием, — конечно, так легче поддерживать чистоту, но ведь для гепарда это совершенно неестественная обстановка. Они могли разве что потереться носами через проволочную сетку или им оставалось разглядывать леопардов, львов и тигров, рассаженных по клеткам напротив, — их разделяла только узкая дорожка, с которой посетителям были видны сразу несколько видов кошачьих. Я заметила, что гепарды с полным равнодушием смотрят на львов и леопардов, и еще раз подумала, какие страдания приходится претерпевать диким животным, чтобы хоть как-то приспособиться к этой неестественной жизни, которая заставила их потерять страх даже перед своими природными врагами.

23
{"b":"893","o":1}