ЛитМир - Электронная Библиотека

Дабы избежать долгих споров всяких ученых фанатиков о природе нашего мира, однажды в одном из храмов Темного было сделано короткое и ясное пророчество о том, что мир станет целым, огромным шаром в тот самый день, когда грянет последняя битва Тьмы и Света. Из чего был сделан вывод, что сейчас мир – это круг, а всех, кто все-таки осмеливался утверждать обратное даже вопреки божественной воле, без лишних разговоров оставляли в Степи в то время, когда весь остальной род откочевывал дальше. Честное слово, мне даже иногда было жаль несчастных зверушек, которые находили свою трапезу в лице этих изможденных бесплодными умственными усилиями богохульников.

Все те знания, которые мне пришлось бы накапливать годами, я получал от своего Учителя, который подкреплял все рассказы красочными иллюзиями. Он рассказывал мне о Границе [10] с ее неразведанными глубинами (через нее проходило всего около десятка обычных путей, на которых частенько сталкивались наши со Светлыми; вглубь от путей почему-то никто не совался). О городах и городках, построенных орками и людьми по обе стороны Границы как раз у этих путей, чтобы знать о перемещениях врага. О Лесе эльфов, столь же необъятном, как и наша Степь, и тоже населенном постоянно кочующими племенами. Ведь если орки, люди и гоблины с гномами могли спокойно сидеть на месте, то ни одна из Старших рас такого себе не позволяла. В свое время в Айсграде божественной волей появилось что-то вроде магической карты всего обитаемого мира, на которой стали появляться стоянки эльфов, слишком долго засидевшихся на одном месте. Поэтому в скитаниях по Лесу постоянно находятся не меньше двух родов Лу и орков, которых регулярно потчуют сообщениями о местонахождении ушастых. Когда же некоторые наши попытались сидеть на месте, их очень быстро нашли и… ну, в общем, из этого был сделан вывод, что у эльфов тоже есть что-то подобное. Поэтому теперь наш удел – постоянное движение с небольшими задержками не более чем на полмесяца.

Я сидел и слушал Зарана, а его рассказы постепенно уводили меня все дальше и дальше. Я узнавал о гоблинах, которые живут в горах, являющихся одновременно их домом и проклятием. Они добывали руды и камни, но в любой мало-мальски глубокий ход рано или поздно прорывалась лава, и мелкие зеленокожие были вынуждены спасаться оттуда. Колдовать они не умели почти вовсе, воевали тоже слабо, но все время клепали великое множество разных хитрых махин, которые не раз выручали нас на полях сражений. Рассказы Учителя касались и медлительных орков, крупных, больше среднего Лу на две головы, но с очень слабой реакцией. Правда, если уж они успевали ударить, то взмах их грубых тесаков располосовывал надвое любого даже в прочном доспехе. Под конец обучения Заран начал вести разговоры и о Горных Цепях [11], которые никто еще не сумел пройти насквозь. Да, те края были холодны и бесплодны, но жизнь там водилась. Единственная проблема с тамошними обитателями заключалась в том, что у них, когда они находились в приличном обществе более разумных тварей, немедленно возникало желание всех вокруг себя сожрать. При их размерах (самые мелкие были с хороший походный храм, то есть трех саженей в холке) общение с этими зверушками было чрезвычайно затруднительным.

Едва ли не самой последней темой этого любимого предмета Зарана были сведения об островах гремлинов, из-за которых, собственно, и невозможно было добраться до эльфов морем. Лу не раз пытались их исследовать или хотя бы там высадиться, но каждый раз экспедиции оканчивались провалом, поэтому лично я узнал о них только под конец обучения. Всего я знаю о трех высадках на этот архипелаг. Первая была чисто разведывательной, когда воины, открывшие новые земли, решили их исследовать. Они выбрали ближайший островок, оказавшийся небольшим, и высадились на пляж, покрытый вроде бы крупной галькой. Но внезапно эта галька отрастила лапки, и слишком далеко ушедших в глубь острова постигла судьба мелких зверей, попавших в термитник. Корабль ушел, но место запомнили, и вскорости туда пришла куда лучше оснащенная экспедиция.

Памятуя о судьбе своих предшественников, они высадились на песчаный берег и быстро выяснили на собственном опыте, как чувствует себя муравей, попавший в воронку к муравьиному льву. Когда уцелевшие вернулись на корабли, маги сорвали песок с пляжа, под которым обнаружилась орава отдыхающих после недавнего угощения монстров. Выяснилось также, что магия на них не действовала совершенно, поэтому их всех перебили из арбалетов. Отряды высадились снова, соблюдая осторожность, и все шло нормально до наступления темноты. Когда разгорелись первые костры, остров внезапно пошевелился, вздохнул и нырнул.

Знакомство третьей экспедиции с островами продолжалось в том же духе. С ней пришли тяжелые платформы с камнеметами, с помощью которых решено было проверять острова на предмет живости. Не успели эти махины сделать и пятка выстрелов, как команды остальных судов выяснили, что некоторые гремлины умеют еще и плавать, но все они невосприимчивы к магии (остальных судов, потому что с платформ не спасся никто). После этой неудачи на исследования этих островов махнули рукой, справедливо рассудив, что уж если мы не смогли там ничего добиться, то куда уж Светлым-то.

Ну и, конечно, Заран учил меня тому, за чем я к нему явился – бою оружному и магическому. К концу обучения я мог выйти один против пятерых опытных бойцов из числа Старших рас и почти на равных сражаться с самим Учителем. Правда, именно это «почти» и составляло разницу между умением отразить удары, а затем быстро удрать и возможностью снести ему голову. Но утешало меня то, что найти мастера, равного Зарану, даже среди паладинов было нелегко. Именно благодаря такому учительству я и не проиграл ни одной схватки, будучи учеником. Из всех моих боев того времени мне особенно памятен один, да и было бы неудивительно, если бы я его не помнил, ведь это был бой Чести Наставника.

Вышло так, что почти одновременно с началом моей учебы семеро Лу, довольно умелых, но очень самоуверенных, решили объединить усилия и тоже взять себе ученика, которого потом планировалось выставить против ученика Зарана, то есть меня. В свое время мой Учитель победил их всех, но, увы, оставил жить, и посему они решили отомстить. Они и впрямь нашли какого-то талантливого парня, которого пестовали в течение десяти лет, а затем явились требовать боя. Разумеется, я вызов принял. Их ученик, как и я, был главным образом воином и только самую малость – магом. Он действительно был хорош, и для многих исход боя был неясен. Но я точно знал, что выиграю. И дело было даже не в том, что я не мог подвести своего Учителя или боялся за свою жизнь. Просто этот парень, которого тогда выставили против меня, был уже научен всему, что могли дать ему его наставники. Мне же оставалось пройти еще половину курса, а на деле – меньшую часть, так как у Зарана были свои представления о методах и скорости обучения. Мой противник эту ситуацию видел по-другому, усматривая во мне лишь недоучку, и мне тогда пришлось его разубеждать. Его поджидал действительно неприятный сюрприз. Правда, до его смерти оставалось совсем немного, и он не успел расстроиться.

Мы сошлись ним в середине круга – я в черно-синем одеянии ученика, он – в одежде, более похожей на разноцветные перья некоторых эльфийских птичек. Что ж, он не был в этом виноват – каждый его наставник хотел сунуть ему на плащ свою эмблему. У нас у обоих тускло отсвечивали в руках парные вороненые ятаганы (классическое оружие поединка) одинаково дрянной ковки, выданные по такому случаю из арсенала рода.

После первых трех минут боя он удивился – ведь его противник даже не запыхался, не говоря уж о ранах. Еще через полчаса он начал озлобляться, чему в немалой степени способствовала неглубокая, но болезненная царапина, уязвлявшая, правда, не столько его тело, сколько гордость. Он понял, что одним нахрапом этого наглого недоучку не взять, и стал присовокуплять к каждому удару магию, все сильнее раз от раза. Сражаться с ним на равных в таком состоянии я не мог точно, но моя цель была в другом. Я точно понимал, что он горит [12], становясь вдвое опаснее. Но такой боевой транс он не мог продолжать бесконечно, и мне надо было просто продержаться, по возможности не получив ран. И у меня это почти получилось, если не считать одного раза, когда он поймал меня на выходе из прыжка и щедро одарил пинком в затылок. Меня сильно отбросило, и разноцветный бросился добивать, как ему казалось, уже обреченного противника. Нет, он понял свою ошибку, но понял, увы, слишком рано, и отделался лишь отсеченным ухом. Мои надежды на то, что он спокойно истечет кровью, однако, не оправдались. Его действительно хорошо учили, и он сумел, не снижая темпа боя, зарубцевать рану заклятием.

вернуться

10

Пожалуй, одна из главных тайн мира. Широкая (примерно двадцать лиг) полоса выжженной земли, на локоть покрытая слоем жирного пепла. Никакой жизни, кроме очень специфичных форм. Точная причина образования неизвестна.

вернуться

11

Существуют две Горные Цепи – Большая, отгораживающая обитаемый мир от неизведанного, и Малая, делящая этот обитаемый мир на две части, верхнюю и нижнюю. Сверху живут Светлые, снизу – Темные.

вернуться

12

Особое боевое состояние, нечто вроде транса. Почти полностью истощает резервы воина, но результат обычно того стоит.

4
{"b":"89372","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Думай медленно… Решай быстро
Обычный ребёнок
Русские не сдаются!
Жизнь по своим правилам
Becoming. Моя история
Восхождение на гору Невероятности
Восстань и убей первым. Тайная история израильских точечных ликвидаций
Еда, меняющая жизнь. Откройте тайную силу овощей, фруктов, трав и специй
По законам чужого жанра