ЛитМир - Электронная Библиотека

Неожиданно стрекоза взмыла вверх, и Тимка перевел дыхание. Но в следующий момент стрекоза как-то боком нырнула вниз, и тотчас же Тимка почувствовал сильные струи воздуха от напряженно работающих крыльев. Он прижался было к стволу дерева, пытаясь обхватить и удержать гладкий зеленый ствол. Напрасно. Сильные лапы с острыми шипами, как тисками, сдавили его с боков, схватили за ноги и с силой оторвали от дерева. Еще секунда – и он почувствовал, что теряет почву под ногами.

Натуженно треща крыльями, стрекоза медленно поднимала Тимку над землей. Вот уже лес, через который пробирался Тимка недавно, стал похож на зеленую равнину, заросшую хвощом.

У Тимки оставались свободными только руки. Но что он мог сделать своими мягкими и нежными руками? Тело стрекозы было заключено в прочный хитиновый панцирь. Три пары ног крепко вцепились в Тимку: передняя, самая маленькая обхватила голову, вторая пара, покрупнее, держала Тимку за бока, а последняя, самая мощная пара ног, прочно держала его согнутые в коленках и поджатые к телу ноги.

Волшебный браслет - i_032.png

Охваченный ужасом, Тимка понял, что у него нет никакого выхода: даже если он сейчас попытается вырваться из лап стрекозы, он упадет и разобьется, а если же он останется в этих лапах, то, наверное, будет пережеван страшными челюстями.

«Так вот каким образом Хранитель Вит решил со мной разделаться! – подумал с тоской он. – Так мне и надо, незачем было разорять муравейник…»

И тут же ему стало так жалко себя, что две большие слезы покатились по щекам и повисли на коготках передних стрекозиных лап.

Тррр-ррр! Пр-ррр! – трещали крылья стрекозы, и вдруг Тимка среди этого шелеста разобрал:

– Прр-рросто порразительно! На щ-щеках-х мокр-р-ро! Рразве ты плачешь-шь? Прр-ррр, тр-ррр!

«Может, мне это почудилось?»

Но нет, вот снова среди треска крыльев он разобрал слова:

– Сстр-рраннно! Мокр-рр-ро!

– Ур-рра! Заговорр-ррила! – невольно подражая стрекозе, радостно завопил Тимка. – Я так и знал! Говорр-ри сссскорр-ее, – Тимка никак не мог теперь говорить иначе, как на стрекозином языке, – этот лес – доис-ссс-торичччес-ссский?

– Для тебя – конешш-но! А для меня – рродной! Трр-пррр! Трр-пррр!

– Куда ты меня несешь?

– Пос-ссмотриш-шш-шь! Увидиш-ш-шь! Увидеть важ-жжнее, чем услыш-шшать!

– А ты на самом деле такая большая? Или только для того, чтобы меня утащить?

– Не пп-понимаю! Шшшто ты, шшто ты! Я вс-ссегда такая. В наш-шшем роду были еще больш-шше меня!

– А куда же вы все улетели и почему в моем времени нет таких больших сс-стрекоз?

– Уз-зз-наеш-шшь! Увв-видиш-шш-шь!

Тимка тем временем несколько освоился в цепких объятиях стрекозы и наконец-то стал внимательно осматривать окрестности. Местность, над которой они пролетали сейчас, изменилась: бескрайние леса из гигантских хвощей и папоротников то расступались, обнажая вздымающиеся вверх крутые склоны красновато-коричневых гор, то широко расходились вокруг больших водоемов. Несмотря на то, что солнце чаще было где-то за непроницаемыми облаками и редко выглядывало, воздух был жарким и пекло нещадно. Вдали громыхали удары грома, и небо бороздили молнии.

Когда край грозы совсем близко подобрался к ним, стрекоза плавно опустилась на одну из красноватых скал, высоко поднимающихся над окружающей местностью. Скала была вся покрыта множеством трещин и щелей, а кое-где были хорошо заметны небольшие углубления вроде пещер. В одно из таких углублений и опустились наши путешественники.

Тимка с огромным облегчением разогнул ноги, совсем затекшие за время полета, и потянулся до хруста в косточках. Только хотел было присесть на бугорок, чтобы отдохнуть, в пещеру проскользнула еще одна такая стрекоза, вот и еще одна, еще… Скоро вся пещерка была буквально битком набита стрекозами. Некоторые были побольше, другие поменьше, чем стрекоза, притащившая Тимку. Многие из них дожевывали своими мощными челюстями какие-то кусочки.

Приглядевшись внимательнее, Тимка обнаружил, что они жуют и грызут остатки больших жуков, вроде тех, которых он видел в лесу, на слизистом шаре.

– Теперь понятно, почему у них такие крепкие челюсти и мощные лапы! – обрадовался Тимка. – Без них останешься голодным в этом периоде!

Словно угадав его мысли, «Тимкина» стрекоза затрещала:

– Мы стр-трр-рекозы сс-самые лучшшие летуны и сс-самые главные в воз-зздухе! У нас нет вр-врагов! Трр-прр! – и гордо взмахнула крыльями.

Хлынул ливень. Такого ливня Тимка никогда еще не видал в своей жизни. Пока потоки воды закрывали выход из пещеры, стрекозы, тихо потрескивая, сидели на полу и стенах. Но как только ливень поутих и проглянуло солнце, все они, как по команде, ринулись к выходу и исчезли во влажном воздухе.

– Сейчасс-сс жж-жуки особенно бес-сс-печны, – объяснила стрекоза, – и летают над верш-шш-инами деревьев. Сейчасс-сс луч-ч-шш-ее время для охх-оты! Есссли бы не Повелитель Вит, я тож-жже полетела бы с-сс ними!

– И так всю жизнь? – недоуменно спросил Тимка.

– Что «всею жизззнь»? Ловим жж-жуков? Конеш-шш-но! Они такие вкус-сс-ные! Они такие больпьшш-ие!

– А где жж-же совсем маленькие стрекозы? Поч-ччему их нет? – не унимался Тимка, которому даже понравилось трещать на стрекозином языке.

– Вс-се наш-ши сс-стрекозы вылез-ззают из шш-шкурки личинки уже больш-шшими! Маленьким нет мес-сста сс-среди нассс: они не сс-могут поймать больш-ших жж-жуков. Маленькие теперь-ррь жж-живут только около сс-самых озер! Там они охотятся на мелких жж-жуков. – Стрекоза хищно повела челюстями и продолжала трещать: – Мы этих маленьких стрекоз иногда с-схватываем и жж-ж-жуем, ж-жуем! Конеш-шшно, они не такие вкус-ссные, как жж-жуки, но есть их мож-жж-жно! Наши личинки сс-хватывают все дрр-ругие личинки. Видиш-шшь, сколько кр-рругом воды? Чувствуеш-шь, какой теплый и влаж-жж-жный воз-зз-дух? Нам хорош-шш-о жж-жи-вется здесь! – И стрекоза высоко приподнялась на всех своих шести лапах: гордость и важность прямо распирали ее.

– А куда мы летим? – наконец-то смог задать главный вопрос Тимка. – Куда ты меня ташиш-шшь?

– Куда велел Повелитель Вит!

– А куда? Куда он велел?

– Ссс-сама не зз-знаю! Увидим! Сказ-зз-зано – лететь только вперед! – И цепкие лапы снова обхватили Тимку со всех сторон.

Теперь он успел устроиться поудобнее и улегся так, что мог хорошо видеть все происходящее не только внизу, но и впереди и сбоку – его голова свободно поворачивалась из стороны в сторону.

Трр-прр-трр-ррр – натужно запели-зазвенели крылья, поднимая Тимку вверх. Вот и скала осталась где-то позади, вот пропали озера.

Чем дальше они летели, тем резче изменялась местность внизу. Бескрайние леса уступили место широким сухим полянам, да и сами-то леса изменились, в них появились другие, ветвистые деревья. Папоротники и хвощи остались только вблизи водоемов. Изменился даже воздух: стал более сухим и прозрачным. Исчезли постоянно висевшие облака, и солнце пекло беспощадно.

– Что-то сс-стр-трр-анное! Необычч-ччное! Трр-пррр! – прошелестела стрекоза. – Я очч-чень много летала рр-раныпе, но не видала этих мес-сст! Мне трр-трудно зз-здесь летать: оч-чень сссухо! Сс-скорее вниззз! Трр-прр-ззрр!

Они приземлились на влажном берегу водоема на большой поваленный ствол толстого дерева.

– Я не зз-знаю, где мы, – тревожно прошелестела стрекоза, – мне нез-ззнакомы эти рас-сс-тения, эта вода… В ней я не виж-жжу наших личинок, плавает какая-то мелоч-ч-чь… Трр-прр!

– Берегись! – закричал Тимка стрекозе, с ужасом заметив, как с ближайшего высокого дерева на них метнулась огромная тень.

Предупреждение успело как раз вовремя. Не повернись стрекоза в тот же момент назад – погибнуть бы ей в огромных челюстях птеродактиля – крупного летающего ящера.

– Птерр-птеродактиль! Птерр-птеро-дактиль! – радостно затрещал Тимка, ничуть не испугавшись этого создания. – Я так мечтал когда-нибудь увидеть живых ископаемых ящер-рров! Ур-рра!

15
{"b":"89459","o":1}