ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Так в криминальной субкультуре несовершеннолетние и молодежь объединяются в группы, где начинает проявляться взаимная поддержка и психологическая защита, приводятся в действие другие социально-психологические механизмы.

Следует отметить, что рассмотренные процессы происходят не только в среде подростков и молодежи, находящихся в закрытых воспитательных и исправительных учреждениях, но и в казанских "моталках", алмаатинских "бандах" и "конторах" в других городах. "Улица" становится все более враждебной для подростка и юноши, везде его ожидают опасности в виде агрессии "контор" и "банд" из соседних микрорайонов или "залетных" (приезжих из других населенных пунктов).

Объединившись, подростки и юноши чувствуют свою силу и превосходство. Если попытаться разобщить такую группу, она будет сопротивляться путем усиления внутригрупповой солидарности, постановки общей задачи, объединяющей всех ее членов, переноса агрессии на одного из них, создания собственных, основанных на неформальных связях норм, ценностей, условностей, особо регулирующих отношения в группе.

Разрешить свою агрессию, выступив против администрации закрытого воспитательно-исправительного учреждения (представителей правоохранительных органов и общественности на свободе) рискованно. Остается один объект — свой же товарищ (осужденный в ВТК, учащийся в спецшколе или спецПТУ, а на свободе подросток из соседнего квартала или дома).

Однако взаимная агрессия в среде себе подобных ведет к хаосу, который долго продолжаться не может.

Поэтому несовершеннолетние и молодежь стараются так организовать межличностные отношения, что сама агрессия становится зарегулированной определенными неписанными правилами и нормами. В молодежной среде такая кодификация проходит значительно быстрее. Установленных групповых правил подростки и молодежь придерживаются охотнее. То же самое можно сказать и о взаимной поддержке, получившей наименование "нашизма": если "наших бьют", в этом случае группа становится на их защиту, не задумываясь о причинах конфликта и о виновности сторон.

"Вариантом "нашизма" является "дедовщина". Идеальная структура иерархии: во главе профессионал (ком. роты, старшина); за ним настоящие наши — дембели. Дальше — наши второго и третьего ранга (деды, годки и пр.). А в основании иерархии — бесправные салаги, над которыми может издеваться самый никчемный дед. Но при столкновении с посторонними, особенно штатскими, звучит призывное "наших бьют", и даже дембели встают за честь мундира, а пахан их прикрывает".

Таковы некоторые истоки и механизмы возникновения криминальной субкультуры, ее норм и правил, определяющие поведение иерархических групп, отдельных подростков и молодежи. Все они действуют на основе возрастной эмансипации, стремления к возрастной самостоятельности. Таким образом, в криминальной субкультуре взаимные наказания (агрессия) и взаимная поддержка преобразуются в строго упорядоченную систему наказаний и удовольствия. Эта система позволяет стоящим на верхней ступени групповой иерархии, получать определенные неофициальные преимущества, ослабляющие давление факта изоляции и отрыва от дома, родных и друзей при нахождении в закрытом учреждении. На свободе эта система обеспечивает такому подростку определенные гарантии личной защиты в ближайшем окружении.

Следовательно, на образование криминальной субкультуры действуют два прямо противоположных механизма:

1. Механизм поиска личностью психологической и физической защиты в новой среде, в том числе защиты от администрации закрытого учреждения (на свободе — от правоохранительных органов) и враждебных молодежных группировок;

2. Механизм взаимной агрессии членов сообщества, взаимного наказания и притеснения слабых ради собственного удовлетворения и возвышения.

Из сказанного можно сделать вывод о том, что основными социально-психологическими мерами профилактики криминальной субкультуры являются:

создание надежной психологической защиты для каждого подростка и молодого человека (как в закрытом исправительном и воспитательном учреждениях, так и по месту жительства);

формирование во всех заведениях для несовершеннолетних (школах и ПТУ, спецшколах и спецПТУ) а также в ВТК социально ценных традиций, которые могли бы конкурировать с асоциальными и тюремными традициями и вытеснять их;

максимальная гуманизация подростково-юношеской популяции на основе общечеловеческих идеалов доброжелательности, сострадания, милосердия, справедливости;

стимулирование официальной самостоятельной нормотворческой деятельности несовершеннолетних и молодежи, которая регулировала бы их межличностные отношения и поведение, жизнь в учебных, воспитательных и исправительных учреждениях.

В ранее опубликованной работе, исходя из насаждавшегося в то время партийно-классового подхода, автор вынужден был писать, что "другая жизнь" получила широкое распространение в исправительных учреждениях для несовершеннолетних и молодых правонарушителей лишь в капиталистических странах, нередко беря перевес над официальной жизнью, чему будто бы способствовала эксплуататорская система классовых отношений, проникающая в эти учреждения. Деление на "страты" там происходит из-за классового неравенства несовершеннолетних правонарушителей. "Находясь в тисках классовых противоречий, — писал автор, — буржуазное общество не может ликвидировать "другую жизнь" какие бы меры оно не принимало, поскольку такое общество не может ликвидировать эксплуататорские классовые отношения".

Далее автор вынужден был писать, что якобы в учреждениях для несовершеннолетних правонарушителей социалистических стран "другая жизнь" не имеет под собой классово-экономической основы, также как преступность не имеет классово-экономических корней".

В выпущенной в то время работе автор говорил о том, что труд несовершеннолетних в наших учреждениях регулируется трудовым законодательством. Не допускает привлечения подростков к труду, вредному для здоровья. Но на самом деле существующее законодательство, касающееся несовершеннолетних и молодежи безнадежно устарело. Кроме того, в спецшколах, спецПТУ и ВТК оно постоянно нарушается "из-за производственной необходимости".

На практике, подростки привлекаются к работам, вредным для здоровья или таким работам, которые вызывают у них стойкую негативную реакцию, например, к изготовлению тары, ручек к молоткам, черенков к лопатам и т.п. Нередко им приходится перемещать грузы, массой выше установленной для них нормы. К труду привлекаются не все. Не всегда этот труд оплачивается соответственно его количеству и качеству. Поэтому выходящие из спецшкол и спецПТУ, освобождаемые из ВТК несовершеннолетние часто не могут заработать себе хотя бы на первое время жизни на свободе и вынуждены снова становиться на путь преступлений.

Неравны несовершеннолетние и перед законом. Влияют и материальное положение семьи, уровень образования, национальность и вероисповедание. В качестве примера мы рассказывали о взрыве националистических страстей и страданиях подростков некоренной национальности, подвергаемых притеснениям в разных регионах страны. Все это требует разработки научного подхода к исследованию причин возникновения криминальной субкультуры в среде несовершеннолетних и молодежи и путей ее преодоления, отхода от партийно-классового принципа.

Как видим, партийно-классовый подход к проблеме заводит исследователя в тупик, игнорируя объективную реальность. Криминальная субкультура широко распространена и в нашей стране, не только в закрытых воспитательно-исправительных учреждениях, но и за ее пределами в криминализирующейся подростково-молодежной среде и в армейских условиях. Ею пронизаны все сферы жизни общества, ставшего по своей сути криминальным обществом. В закрытых учреждениях криминальная субкультура лишь более рельефно выражена и более четко оформлена в организационном отношении.

Долгие годы мы переоценивали роль ученического коллектива, ссылаясь на опыт А.С.Макаренко, забывая о том, что то было иное время и иная обстановка. Создавая в школе октябрятские звездочки, пионерские дружины, комсомольские группы мы сами культивировали вождизм, культ личности, от которого один шаг до "дедовщины" и «бугризма». Верна в этом отношении мысль о том, что "коллектив, если он достаточно долго существует, с необходимостью будет стремиться к корпорации. Генератор идей или координатор рано или поздно станут вождями. Появится культ личности. Коллектив обретет жесткую структуру, появятся только подчиненные и исполнители. Создавая детский коллектив, мы вносим ген корпоративных объединений, ген дедовщины. Дедовщина насаждается нами, взрослыми, с первого класса.

16
{"b":"89475","o":1}