ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Реплика пропала даром – передатчик я оставил в рубке. А если бы и взял – его бы тоже отключили. Ванда зашлась кашлем. Ей пришлось хуже, чем мне, – я был в полуметре от пола и почти не почувствовал, как приземлился, а они со скуфом висели под самым потолком. Ванда упала на руку, чтобы уберечь зверька, и теперь растирала правое плечо.

– Ты в порядке?

Вот же прицепилась фразочка!

Ванда не прореагировала, но я и так чувствовал, что у нее всего лишь незначительный ушиб. Скуф, к слову, даже не проснулся – Ванда опустила его на теплый белый пол, и он свернулся в клубок.

– Плохие новости. Я разбила очки.

– Я справлюсь.

– Будь осторожен.

Еще одно дежа ли… Неужели эти идиотские фразы и впрямь взяты из реальной жизни?

Я подвел корабль к точке, которую Ванда наметила для прохода, и начал медленно проламывать пол. Я вдруг осознал, что понятия не имею, за счет чего движется мои астероид – ни движков, ни парусов… Нужно будет спросить Эммади.

– Не поддается. Придется с разгона.

Ванда взвыла.

– Здесь не за что держаться – нас расшвыряет по кабине, да еще придавит твоим чертовым генератором. Тим… Я все понимаю, ты – капитан, ты почувствовал себя ответственным и так далее… Может, хватит? Давай выкинем генератор, включим «просветку» и уйдем. А потом нажмем на кольцо. Ты же видишь – ни черта не выходит. Пираты вернули контроль. Что, если они реанимируют корабль и снова ударят по лайнеру?

Я сжал зубы и упрямо продолжал искать другие точки прохода. Но силовые линии располагались слишком близко друг к другу.

– Не ударят, Ванда. Им нужен я, и они знают, что я все еще здесь.

– Откуда такая уверенность?

– Они уже проиграли – крейсер будет здесь через полчаса. Никто не будет вешать на себя дополнительную статью прямо перед арестом.

– Правда? Что ты вообще знаешь о пиратах?

– Йо-хо-хо и бутылка рому…

– Тим, брось. Ты рискуешь не только своей жизнью. Кто для тебя важнее – пираты или… пассажиры лайнера.

– Почему ты не сказала «или я»?

– Включай. Чертов. Режим.

Я замотал головой.

– Я ничего о тебе не знаю, Ванда, – ты выпадешь из корабля вместе с генератором.

– Ты знаешь обо мне больше, чем я хотела бы рассказать…

– Это плохо?

– Плохо то, что ты не сможешь оказать мне ответную любезность… Ты знаешь достаточно.

– Если нет?

Она осклабилась.

– Мы рискнем.

– Йо-хо-хо…

Я, наконец, нашел выход. Правда, не такой простой, как хотелось бы. Прогнав тонари по коридору, я затормозил у двери, отделявшей нас от более обширных тоннелей. Потом развернул корабль и посадил его у самой двери.

– Что ты делаешь?

Мысленно пожелав себе удачи, я включил «просветку». Ванда вскрикнула и свалилась на пол коридора. Она снова упала на ту же руку.

– Ты специально.

– Вряд ли я могу этим управлять.

– Иди к черту.

Она медленно поднялась и обнаружила прозрачного спящего скуфа прямо перед своим носом. Она ухмыльнулась и попыталась его погладить – ладонь прошла насквозь, зверь даже ухом не повел.

Ванда поднырнула под мое полупрозрачное тело.

– Если ты хотела меня побить – сделай это сейчас.

Она фыркнула, потом улыбнулось своей хищной улыбкой – так улыбаются акулы в счастливом послеобеденном сне – и чмокнула меня в прозрачный нос. Тонари каким-то образом передал мне ощущения от касания ее мокрых губ, и я не выдержал – дернул корабль вниз, утопив в полу, и выключил «просветку». Это было безопасно – кабели пролегали глубже. Ванда же от неожиданности потеряла равновесие и свалилась мне в руки. Я прижался к ее губам.

Она врезала мне в висок, датчики слетели, и я чуть не потерял сознание от резкого перехода. К сожалению, тонари усилил впечатления не только от поцелуя, но и от удара. Я потер висок и, не открывая глаз, надел датчики обратно. «Просветка» включилась, генератор снова упал на раскуроченный пол, Ванда – нет. Похоже, поцелуй и удар в висок сыграли решающую роль в моем «понимании» этой девушки. А может, я и впрямь нарочно выбросил ее из корабля в тот раз.

– Ты все-таки подонок.

– Заигрывать со мной, чтобы выудить из меня информацию, было более благородно.

– Я не…

– Танцевать, пить коктейли…

Она замолчала, и я сосредоточился на управлении. Оставив генератор на полу, я прошел сквозь стену.

– Ты все-таки решил улететь, Тим?

Гонора в ее голосе поубавилось. Так он звучал гораздо красивее.

– Нет.

Я выключил «просветку» и посадил корабль максимально близко к двери. Потом снял датчики и вышел из корабля. Генератор и впрямь был неподъемным. Я дотащил его до люка и попытался затащить внутрь кораблика. Кто вообще придумал эту искусственную гравитацию? Я вспомнил наше долгое путешествие через рекреационные зоны в невесомости и снял обвинение. Замечательный был человек. Не то что подонок, который изобрел этот проклятый темпоральный гроб.

– Ванда, помоги.

Она нехотя высунулась из люка и помогла втащить генератор внутрь. Драгоценное время таяло на глазах, пираты могли решиться еще на одну атаку. Я нацепил датчики и двинул корабль вперед. В широких коридорах можно было чувствовать себя посвободнее.

Вскоре мы вылетели в ангар. Теперь от космоса нас отделял только один слой обшивки. В ней никаких проводов не было, но таранить ее я не решился: если тонари и пробьет ее, Ванда права – мы все кости себе переломаем. Пришлось возиться со шлюзовой камерой. Ванда вышла и открыла внутреннюю переборку, а вот передатчика, чтобы дать сигнал на выход, у нас не было. Я подвел корабль к внешнему люку и надавил, постепенно наращивая напор. Люк прогнулся, но не поддавался. Тонари просто сдвинул линкор с места! Умопомрачительный камешек.

Пришлось таранить люк. Ванда и скуф перебрались ко мне за шторку, и она затвердела – по крайней мере, это не даст генератору нас придавить. Я взял разгон, а Ванда уперлась ногой мне в спину и прижала скуфа к груди. Удар…

Люк поддался только с третьего раза, когда у нас уже звенело в ушах. Но мы все-таки вырвались!

Я повел корабль к лайнеру. Когда мы пролетали мимо пробоины, я снизил скорость и посмотрел на руины. Ощущения были настолько реальными, словно я касался пальцами рваных острых краев обшивки, неестественно вытянутых стальных креплений, сжатых в единое целое пластиковой мебели, переборок, техники… человеческих тел… Я вздрогнул и увеличил скорость.

В ангаре нас встретил один из незнакомых мне техноидов. Мы выволокли генератор из корабля, и пиратский линкор укрыло темпоральное поле. Патрульный крейсер сообщал о двадцатиминутной готовности. Все почти кончилось.

Я смотрел в одну точку и теребил в руках кольцо Ванды. Смерть тиха и неприступна… Смерть устала, дам ей отдых, на сегодня точно хватит… Стоит нажать на этот зеленый камешек, и, когда поле снимут, линкор разлетится на куски. Не бегите, не спешите, доберитесь до рассвета. Там, возможно, но не раньше. Смерть устала. Отдых дайте…

Я бросил кольцо Ванде и покачал головой на ее вопросительный взгляд.

– К бою, милорд.

Моего спарринг-партнера звали Лесс. Он зачем-то представился. Как будто мне было интересно имя груши, на которой я собирался срывать накопившуюся злость. На пиратов, на Ванду, на себя… Какая к черту разница, на кого? Злость она и есть… Ее не нужно объяснять, не нужно понимать, ее можно просто вложить в один удар…

– 34 килограмма. Плохо, милорд Тим. Локоть выше, замах короче.

Ах да, еще эта груша разговаривает, оценивает, учит… Как они все мне надоели! Любующиеся звездами базис-компьютеры, ранимые смесители коктейлей, заигрывающие борткомпьютеры, теперь еще груша-наставник… Держи…

– Хорошо. 59 килограммов. Не фатально.

У этой груши мое собственное лицо. Мимикрия, сказал он. Удобная штука для тех, кто хочет отлупить собственного босса, жену или какую-нибудь дерьмовую поп-звезду. Он спросил, с кем желает драться милорд. И я ответил: «Зеркальное отражение».

26
{"b":"89484","o":1}