ЛитМир - Электронная Библиотека

Я покинул ее во вторник, нарочно задержав в «кабинете», пока шли сборы. Но как только заработал мотор, она поняла, что я уезжаю, замкнулась и даже не хотела глядеть на меня. Собираюсь снова навестить ее 14-го.

Исиоло, 19 марта 1959 года

Я проведал Эльсу 14 марта. Выехал в четверть одиннадцатого, добрался в половине седьмого. Никаких следов Эльсы. Ночью я выпустил несколько сигнальных ракет, а на рассвете отправился искать ее и дошел до большой лужи возле дороги, где она подкрадывалась к слону. Лужа высохла, следов Эльсы нигде не было. Я снова выпустил ракету, прошел по гряде до автомобильной колеи и направился в лагерь вдоль лаги.[16] И здесь ничего. Вернулся к палатке примерно в четверть десятого. А через пятнадцать минут из-за реки неожиданно появилась Эльса. Выглядела она неплохо. За одиннадцать дней, которые прошли после нашей предыдущей встречи, она по крайней мере один раз удачно поохотилась. Я обнаружил несколько царапин, полученных, должно быть, во время схватки со своей жертвой, но царапины легкие, поверхностные. Эльса сразу вспомнила старые привычки, стала озорничать, дважды сбила меня с ног, причем один раз повалила прямо на колючий куст! Потом милостиво согласилась прогуляться вдоль реки, но вообще-то предпочитала сидеть со мной в «кабинете».

По-прежнему незаметно, чтобы она встречалась с дикими львами. Я не слышал никакого рычания. Сейчас очень сухо, это, должно быть, облегчает Эльсе охоту: все кругом видно, и все животные ходят к реке на водопой. Я захватил только маленькую палатку, ночью нам с Эльсой было довольно тесно, но львица вела себя образцово, ни разу не намочила на пол! Как обычно, за ночь она несколько раз будила меня — то носом потрется, то усядется верхом. Расстались мы в среду, причем без всяких затруднений. Мне кажется, Эльса становится все более независимой и охотно остается одна. Не понимаю людей, которые утверждают, будто жизнь и поступки животных всецело управляются инстинктом и условными рефлексами. Только разум мог создать ту хитроумную стратегию, которую применяют львы во время охоты на животных. А все известные нам примеры осмысленного, продуманного поведения Эльсы?..

Исиоло, 4 апреля 1959 года

Я приехал на место нашего лагеря около восьми часов вечера. Выпустил, как обычно, сигнальные ракеты. Эльса не появилась, не пришла она и ночью. Рано утром я отправился по тропе, на которой мы подстрелили цесарку, и нашел там следы недавней стоянки. Надеясь разыскать Эльсу за рекой, я сделал широкий полукруг, но и там не увидел ее следов. Возвратился я встревоженный. Уж не убили ли ее?

До этого условился встретиться с Кеном Смитом, которому очень хотелось снова увидеть Эльсу. Теперь я застал его в лагере, и он рассказал мне, что видел Эльсу на скалах. Он позвал ее, но она держалась настороженно и не спустилась. Мы пошли туда вместе, и, как только Эльса услышала мой голос, она сбежала вниз и бурно приветствовала меня, да и Кена тоже. Выглядела она великолепно, желудок ее был полон. Видимо, охотилась ночью. Кен занял твою бому, и Эльса его не тронула. На следующий день мы гуляли все вместе, потом отправились в «кабинет». Эльса спала на моей кровати, Кен — на твоей. Один раз она уселась на него, чтобы показать ему свое расположение.

В среду Кен уехал, а в четверг я пошел под вечер с Эльсой на гряду. Только я хотел возвращаться, как слышу: внизу заворчал леопард. Эльса попробовала подкрасться к нему, но он, должно быть, услышал и мигом исчез. В пятницу утром мы расстались. Эльса получила от меня напоследок жирного бородавочника, которого поволокла в реку, где затеяла с ним бурную игру. Она сейчас совершенно здорова и хорошо упитанна.

Исиоло, 14 апреля 1959 года

Хотел поехать к Эльсе вчера, однако вместо этого пришлось гонять забравшихся в огороды слонов. Но завтра поеду непременно. У меня не хватает слов, чтобы описать, как я радуюсь встречам с Эльсой, как мне приятна ее неизменная радость при виде меня. Если бы только она нашла себе супруга, у меня было бы совсем спокойно на душе. Ей, должно быть, очень одиноко. Она, наверное, тоскует порой, но это как будто не отражается на ее добром нраве и дружелюбном поведении. Эльса всегда чувствует, когда я собираюсь уезжать, но примиряется с этим и не пытается ни удерживать меня, ни следовать за мной. Понимает, что это неизбежно, и держится с большим достоинством.

Исиоло, 27 апреля 1959 года

Я отправился к Эльсе днем 15-го. Добрался около восьми вечера, на повороте чуть не столкнулся с двумя носорогами. Проскочил мимо них всего в двух-трех метрах. Как всегда, выпустил ракеты, но Эльса ночью не пришла. Утром я пошел на гряду. И там никаких следов. Ни днем, ни вечером она не появилась. Ночью бушевала гроза, все небо полыхало, и река сразу разлилась. С утра отправился на «буйволову гряду», оттуда спустился в песчаную лаггу, по ней тоже во время дождя пронесся поток. Но оттуда пришлось скоро уходить: очень глубокий песок. В одном месте я провалился по пояс и еле выкарабкался, дальше по звериной тропе дошел примерно до того места, где лагга соединяется с речкой. Так далеко мы еще никогда не забирались. Перекусив на берегу, я перешел через речку. Вода была мутно-красная от ила, глубина по пояс. Разумеется, дождь смыл все следы, но все-таки я прошел вдоль реки до самого лагеря.

В одном месте мне почудилось мертвое животное. Я подошел ближе, хотел бросить камень, но вдруг из реки высунулась голова. Это был бегемот. А вскоре я услышал в кустах у тропы визг, хрюканье, сопенье. Это бегемот ухаживал за бегемотихой. Возвратился я в лагерь около пяти. Эльсы все нет! Я встревожился, так долго мне еще не приходилось ее ожидать. Через сорок восемь часов после моего приезда, около половины девятого вечера, я услышал за рекой ее голос. Она примчалась в лагерь, пышущая здоровьем, и, радостно бросилась ко мне. Все еще не заметно, чтобы она встречалась с львами. Эльса была голодна. Она съела почти целиком заднюю часть газели Гранта, которую я подстрелил по пути, и даже не посмотрела на то, что мясо уже попахивает. Утром я убил для нее бородавочника, Эльса была в восторге. Она так наелась, что никуда не хотела уходить из лагеря.

В воскресенье утром мы спустились в «кабинет». Эльса улеглась там спать. Вдруг я приметил крокодила метров двух или трех длиной, который выбирался из реки на камни на противоположной стороне. Я тихонько спустился к воде, снял его кинокамерой, потом так же тихо сходил в лагерь за винтовкой и пустил ему пулю в шею. Крокодил не успел даже двинуться с места. Македде переправился через реку, накинул ему аркан на голову, и мы потащили добычу на нашу сторону. Эльса внимательно следила за нами, но крокодила разглядела лишь около самого берега. Она осторожно подошла к нему, как подходила в первый раз к буйволу, вытянула лапу и потрогала нос. Убедившись, что крокодил мертв, Эльса вцепилась в него зубами и стала тащить из воды, всем своим видом показывая отвращение. Крокодилье мясо ее ничуть не привлекало, она предпочитала бородавочника, хотя он был уже далеко не свежим.

Я покинул ее в понедельник утром. Потом встретил на водопое крупного буйвола, а на следующий день отправился на охоту за большим львом, который ушел в тот раз, когда мы застрелили мать Эльсы. Он за последнее время натворил много бед, утащил двенадцать коз. Четыре ночи подряд я дежурил у приманки, а днем искал следы на холмах. Но мне попались только следы львицы с двумя львятами трех-четырех месяцев. Видимо, родичи Эльсы! Я не очень огорчился, что не нашел старика. Вряд ли было бы прилично поймать его и отвезти к Эльсе.

Исиоло, 12 мая 1959 года

Я выехал в воскресенье 3 мая. Перед тем всю неделю шел дождь, поэтому я взял только лендровер, захватив с собой Асмана и Македде. Машина застряла в том самом месте, где мы тогда буксовали. Провозившись час в грязи, мы наконец тронулись и в следующей же лагге засели окончательно. Промучались дотемна и все-таки не выбрались. Пришлось заночевать. Ночью прошел ливень, все затопило, и наутро мы поднимали домкратом каждое колесо по очереди. Продвинулись на несколько десятков сантиметров и опять завязли в грязи. Лишь к двум часам дня мы сумели одолеть эту лаггу. А следующая оказалась совсем затопленной. Ночью неподалеку от нас рычала большая львиная семья. Видимо, львы что-то добыли. Дождь прекратился, мы переправились и доехали до следующей реки. Кое-как нам удалось перебраться и через нее. Теперь уровень воды заметно понизился, а накануне ночью мы тут застряли бы.

вернуться

16

Лагга — сухое русло. — Примеч. авт.

23
{"b":"895","o":1}