ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Так, это уже интересно. Тут мне вспомнился старый анекдот. Одну супружескую пару, вместе прожившую в браке шестьдесят лет, спросили, как им удалось так долго оставаться вместе. Супруги ответили, что они придерживались двух золотых правил: не реже двух раз в неделю – поход в ресторан, романтический ужин, свечи, шампанское, музыка. Супруга ходит по вторникам, а супруг – по пятницам. И второе – после командировок или длительного отсутствия никогда не заявляться домой без предварительного звонка. Очевидно, Ангелина не знала второго золотого правила супружеской жизни.

– Я прошла в дом, поднялась в свою комнату, разложила покупки. Потом вышла на балкон – он выходит как раз на ту сторону дома, где у нас бассейн. Я как раз собиралась окунуться, сняла с веревки купальник. И тут… увидела ее.

– Кого?

– Да чертову Жу-Жу, кого же еще! Нахалка лежала у бассейна в моем купальном халатике так, словно она – хозяйка дома. И это после того, как Алекс пытался убедить меня в том, что мы одни в доме! Я действовала как в полусне. Вернулась в комнату, взяла фотоаппарат – он лежал на прикроватной тумбочке, оставалось доснять несколько кадров на пленке – и принялась снимать. Мне нужны были реальные доказательства! И вдруг эта гадина поднялась и увидела меня. Я почувствовала себя полной дурой с фотоаппаратом в руке. А тут еще кончились кадры, и я побежала в комнату, хотела вставить новую пленку. Но когда вернулась на балкон, ее уже у бассейна не было.

– А где был Алекс? – поинтересовалась я, пытаясь разобраться в этой темной истории.

– Он приехал через полчаса. Немного удивился моему появлению и тут же объяснил, где был: видите ли, задержался в городе, решил купить к ужину чего-нибудь вкусненького. Я заглянула в коробку – там было все самое лучшее из самого дорогого ресторана в городе. И он хотел меня уверить, что это для обыкновенного ужина!

– Так куда делась Жу-Жу с фотографий? – прервала я ее.

– Не знаю, я убрала фотоаппарат в ящик, ключ от которого был только у меня. На следующее утро я не смогла поехать проявить пленку – машина не завелась, а своим ходом до города добираться довольно трудно. К тому же к нам нагрянула какая-то родственница Алекса, не то тетя, не то троюродная бабушка, и на выяснение отношений у нас не было времени. Напечатать фотографии мне удалось только через день, и они поставили меня в тупик: там действительно оказались кадры из нашего путешествия. Понимаешь, та самая пленка, но на последних кадрах – никакой женщины. Вот. Тот же самый бассейн, шезлонг, даже мой халат, только нет этой заразы.

– Геля, может, тебе все показалось? – проговорила я, рассматривая фотографии. – Солнечные блики, резкие тени, халат лежит «как живой»… Показалось, и все. Может, ты задремала? – я пыталась подобрать наиболее разумные доводы.

– Да, тогда объясни, зачем Алекс хотел сбросить меня в пропасть? – с отчаянной решимостью спросила Геля. – Я не стала говорить ему о фотографиях, а он делал вид, что ничего не произошло. Я начала сомневаться в своей нормальности… Алекс был, как и раньше, милым и предупредительным, пришел мириться, включил все свое обаяние. А потом предложил поехать в горы на прогулку, обещал, что это будет незабываемо. И мы в компании наших друзей отправились на пикник…

Так, стоп, сейчас она скажет, чего доброго, что он специально подрезал страховочный канат, что она чуть не погибла, и это было хладнокровно подготовленное покушение. Я не ошиблась: Геля поведала душещипательную историю о якобы несчастном случае. Алекс прав, Гельку нужно срочно вести к психиатру. Да как можно скорее. Хотя… во всей этой истории есть что-то странное.

– Ладно, давай мне фотографии, – пробормотала я. – Напиши точный адрес домика Алекса и координаты вашего проводника-альпиниста. Только давай договоримся: если я выясню, что все это чистый бред, ты обязательно пойдешь к врачу и попробуешь решить свои проблемы цивилизованно. Договорились?

Ангелина кивнула головой, улыбнувшись мне какой-то жалкой, растерянной улыбкой. Звуки оркестрика смолкли, и гости потянулись к столам. Я разыскала Ленку, мы попрощались с Гелей и поехали домой. Оставаться дольше на вечеринке мне не хотелось – после разговоров с Алексом и Ангелиной веселиться я была не расположена. Ленка, конечно, немного поныла, но… у кого колеса, тот и прав.

* * *

Честно говоря, после празднования юбилея я слегка закружилась: подвернулось сложное дело, с которым попросил разобраться клиент, известный бизнесмен. Поговорить с Гелей по душам еще раз не довелось. Я, правда, связалась с одним своим знакомым с южного побережья и поручила ему разузнать про тот несчастный случай, про который упоминала Геля. И мой человек переговорил с проводником, тогда сопровождавшим компанию в горы. Как я и думала, он уверял, что произошел самый банальный несчастный случай, к счастью, закончившийся благополучно. На этом я и успокоилась.

Глава 2

На сообщение о Гелиной смерти я наткнулась почти случайно. Нет, позже-то мне пришло приглашение посетить печальную церемонию. На фирменной бумаге, с золочеными буквами и в траурной рамке. А в тот день я все же решила заняться своими зубами, отправилась к стоматологу. Перед экзекуцией я скупила все развлекательное чтиво у старушки, торгующей перед дверями стоматологической клиники, и в ожидании своей очереди наткнулась на сообщение в бульварной газетенке, славившейся своей оперативностью. На десяти страницах с цветными иллюстрациями она давала читателям представление о всех знаменитых или светских людях, имеющих хоть какое-то отношение к Тарасову.

Сообщение было коротеньким, с парой фотографий. «Вчера покончила с собой, бросившись с балкона собственного трехэтажного особняка, дочь известного бизнесмена, владелица сети ресторанов „Звездное небо“ Ангелина Пашкова. Ее муж, бизнесмен Алекс Пашков, рассказал нашему корреспонденту о том, что в последние несколько месяцев Ангелина находилась в тяжелой депрессии, принимала какие-то транквилизаторы и даже посещала психолога».

Я не поверила своим глазам, когда прочитала всю эту галиматью. Не мог Алекс ничего такого рассказывать корреспонденту подобного издания. Он не из тех, кто выносит сор из избы. Но Ангелина-то, наша Гелька, как она могла совершить такое? Трагедия не укладывалась у меня в голове. Я чувствовала свою вину, и это угнетало меня. Нужно было настоять на посещении ею специалиста, окружить ее заботой…

Приглашение на похороны я получила на следующее утро. Ангелину решили хоронить в Тарасове, где были похоронены все Пашковы. Я слышала, что отец Гели построил на кладбище нечто вроде семейного склепа. Хотя мне казалось, что Геле не понравилась бы вся эта пышность и помпезность. Похороны удались, насколько возможно употребление такого термина. Вернее, они прошли в лучших традициях, присущих мероприятиям высшего света, – дорого, стильно, немного чопорно, с пением «Аве Мария» все тем же вездесущим Касковым, как и положено. Среди понаехавших на траурную церемонию с трудом можно было насчитать пять-шесть настоящих друзей Ангелины, за исключением, конечно, родственников, искренне скорбящих о потере. Все остальные прибыли себя показать, с деловыми людьми переговорить.

Алекс выглядел потрясающе красивым в траурном одеянии. Бледное лицо, плотно сжатые губы. Ему, как мужчине, плакать не полагалось, но было видно, что он переживает. Я подошла выразить соболезнование к родителям Ангелины, затем к Алексу. Он узнал меня:

– Здравствуйте, Таня. Вот видите, как все сложилось, мы с вами тут разговариваем, а она… – Алексей мотнул головой, словно хотел смахнуть непрошеную слезу. – Никогда не прощу себе, что задержался в тот день у друзей. Нас обоих приглашали, но Геля сослалась на головную боль и осталась дома. А я, как дурак, поехал… Неудобно было отказаться, будущий партнер, выгодный контракт. Оттуда я звонил жене, хотел попросить зачитать один документ, который я дома оставил. Никто к телефону не подходил, и я почему-то сразу испугался. Приехал, а Геля мертвая, под балконом… Для храбрости выпила и прыгнула… Я виноват в ее смерти, нужно было уделять ей больше времени. Все эти дурацкие рестораны…

6
{"b":"89513","o":1}