ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А вот этого не надо. Пойми, люди редко выказывают ум и проницательность. Даже если они не совсем в данном отношении обездолены. Ведь каждый из нас бросает все ресурсы на собственные нужды, не перетруждаясь, когда другой (пусть и очень милый-дорогой-любимый-единственный) человек что-то там себе обдумывает, рефлексирует, ищет и намекает. Может быть, после того, как ты каждому прямо в лоб изъяснишь свои намерения, получишь сколько-нибудь отчетливую реакцию. Кто-то вовсю за тебя порадуется, кто-то усмехнется саркастически, кто-то растеряется до онемения — о разнообразии мнений насчет твоих «жизненных планов» мы еще поговорим. Но в целом можно сделать заключение: это неважно, поскольку конечный выбор тебе придется сделать самой. А пока смирись с тем, что все ведут себя отвратительно — бесчувственно и равнодушно. Ведь они уверены в твоем довольстве и «оседлости». Им и в голову не приходит, насколько ты близка к Великой Миграции — перемещению от болотистых низин Экрана и Дивана в неизведанные Рабочие места. Ты и сама не слишком уверена в неизбежности такого катаклизма.

Но рано или поздно наступает черед третьей стадии — этапа решительных действий. Первой назревает необходимость в… информации. Если же бытие (главным образом, в области быта) абсолютно не располагает к отращиванию выдающейся харизмы — домашнее хозяйство налажено, средств хватает, все вожжи-рули-ветрила у тебя в руках — ну, в таком случае шевелиться тем более неохота. Я в доме своем хозяйка. Слава Богу, не бедствую. Зачем же мне идти «в люди»? Начинать с нуля, зарабатывать доверие и уважение, доказывать, что я не верблюд, что претендую на большее. Подобное «испытание на прочность» равносильно разводу с благоверным: снова ищи подходящего мужика, снова его охаживай и завоевывай, демонстрируй ему, дубине непонятливой, что лучше тебя никого нет и быть не может, потом веди его, осла упрямого, под венец, приноравливайся к новым требованиям в совместной жизни. Есть от чего пасть духом и впасть в ничтожество.

Вот только впадать туда не надо. Прежде всего, работа — не семья. И не смешивай их друг с другом! Хотя многие работодатели будут настаивать именно на этом. Такой фальшиво-сентиментальный подход еще с советских времен питает (причем досыта) родимую идеологию: коллектив нам семья любимая, завод — дом родной. Почему, ты думаешь, столько народу до сих пор вкалывает на неприбыльных и бесперспективных поприщах? И не грозит ли тебе подобная участь?

Что ж, стопроцентной гарантии дать не можем. Потому что человек, даже довольно неглупый, способен на самые смешные и странные поступки — чаще всего потому, что он «психологически вложился» в некое предприятие, задом отполировал некое кресло, полжизни потратил на высиживание некого чиновника с целью занять его место. Вот сколько пережито, сколько отдано. Разве можно сейчас уйти, все бросить, от всего отказаться? Ничего не напоминает? Например, вопли супружницы со стажем: «Да, как же я его, козла противного, брошу, когда я столько с ним намучилась?» Нет ли определенного сходства между неудачником, окостенело вцепившимся в свой ободранный канцелярский комплект — стол-стул-прибор, и теткой, намертво прилипшей к среднепьющему и среднегулящему павиану, ошибке эволюции?

Как и почему люди оказываются в ситуации «пчела в сиропе», или, вернее, «муха в…», в общем, «муха в чем-то особо привлекательном для мух»? Ведь не взял же, действительно, директор той заштатной конторы у каждого из своих сотрудников подписку о невыезде или любимую болонку в заложницы? А «козел противный» не держит свою козу брянскую на прицеле день-деньской: «Шевельнешься — пристрелю!»? Хотя в некотором роде так оно и есть. В качестве залога выступает чертова пропасть сил, потраченных впустую. А в качестве гаранта — нежелание признать, что вложения сгорели без остатка и давно пора делать ноги. Множество заведений держит своих работников пустыми обещаниями — повысить зарплату, погасить задолженность, найти перспективу для развития, ля-ля, ля-ля… О стратегиях «конторского» обмана, обсчета и обвеса ты сможешь прочесть в следующих разделах этой книги. А пока поговорим о начальных этапах большого пути. Тех самых, которые следуют за преодолением «диванного притяжения» и сил инерции.

— Не ставь самоотречение себе в заслугу. Важно то, что ты смогла сделать, а не то, от чего отказалась, эх, раз, еще раз, еще много-много раз.

— Установка «Жизнь — театр, а я в ней актриса» неизменно приведет к кризису личности независимо от выбранного амплуа. Потом долго и бесплодно будешь искать себя настоящую.

— Прикипай сердцем к делу, а не к фирме или учреждению.

Глава 2. Курс — на terra incognita

Итак, ты ищешь сферу применения для своей бурной активности и недюжинной индивидуальности. Главное — правильно определить направление. Бернар Арно, гигант международного fashion-бизнеса, глава LVMH: «Для того, кто не знает, куда идет, не бывает попутного ветра». Но как это узнать?

Ведь сила инерции действует не только на движущееся тело, но и на работающие мозги. Мы существуем не в пустоте, а в плотной среде предрассудков, предписаний и предчувствий. Заметила? Все слова начинаются на «пред». Значит, информация еще не получена, или ее недостаточно, или в нее не верят — и вывод делается интуитивно, а точнее, стандартно. Типа «так всегда бывает». Стереотипы — инерция мышления. Избавиться от них невозможно. Но их действие можно ослабить. Можно и нужно, потому что жизнь сегодня меняется с феерической скоростью, а мы пытаемся «заморозить» привычное условия существования, добавив предсказуемости тому, что нельзя предсказать.

Для этой цели чаще всего используются два основополагающих метода: «держись за то, что есть» и «беги впереди паровоза».

Метод первый: мое образование, полученное в отличном вузе, конечно, весьма специфическое, но оно мое — вот диплом, в котором синим по сиреневому написано «философ», вот пара моих статей про развитие идеи общечеловеческого счастья. Значит, необходимо найти такого работодателя, который мечтает о работнике, грезящем — да что там! Мыслящем категориями утопий, вполне применимых на практике. Он проникнется и оплатит. «Не стоит прогибаться под изменчивый мир — пусть лучше он прогнется под вас!» А всякие коммерческие, массовые и кассовые проекты — они для пустышек-фитюлек, для людей ветреных и неосновательных. Надо признать: стереотипы, сформированные лет тридцать-сорок назад, отталкивают «творческих людей» от всех разновидностей торговли. Неприличное, дескать, занятие. И опасное. «Консерватория, институт торговли, икра, крабы, суд, Сибирь». Но времена меняются. Сегодня все сущее — торговля. А информация — такой же товар, как икра и крабы. И тоже, кстати, скоропортящийся. Если ты рождаешь новые идеи, тебе нужен посредник, который их продает. И потребитель, который их покупает. Если ты производишь штучный товар, тебе понадобится уникальный посредник и феноменальный потребитель. Пока вы все, чудные и необыкновенные, разыщете друг друга и наладите связь, построите механизм купли-продажи и получите прибыль — наступит очередной ледниковый период. Твоя кредитоспособность, во всяком случае, замерзнет до полной непригодности.

Так что поищи в своей специальности нечто, открывающее выход в реальный сегодняшний мир: востребованное, интересующее, популярное. В каждом конкретном случае можно найти конкретные достоинства, выгоды, перспективы и креативы. Если искать как следует. Главное — не пренебрегать современностью, не пытаться жить прошлым, презирая настоящее за легковесность и суету сует.

Давайте вглядимся в причины, благодаря которым человек старается обойтись без подобных усилий и удовольствуется малым, а заодно разберемся, чем еще нам грозят эти, научно выражаясь «инверсии восприятия». Они, кстати, в социологии объединяются длинным словом «дезадаптация»: не понимая, что собой представляет «бравый новый мир», мы теряем ориентиры и просто-напросто стараемся держаться знакомых и полузнакомых «отметин». Тебе не доводилось в походы ходить? Если доводилось, то ощущения незабываемы. Чапаешь по болоту, проваливаясь в грязь по шею и уже не реагируя на зудяще-кровососущее облако вокруг. Куда идти, непонятно — да что там, непонятно даже, есть ли где в мире другая жизнь, кроме комаров и лишайников. Вместо болота кто-то представляет себе синее море, которое «раскинулось широко, и волны бушуют вдали». Неважно. Все равно какой-нибудь «впередсмотрящий» периодически тычет пальцами в неприметные камешки или торчащие там и сям коряги с криком: «А вот и наши вешки (фарватер, маршрут, тропа)! Идем по ним!» И приходится ему доверять — ведь истинное положение спасительных ориентиров тебе неведомо (как кажется). Легко разувериться в себе: дескать, если брести, куда ноги несут, как раз окажешься у Бабы-Яги на обеде в качестве второго блюда. Или на скалистом утесе вместе с Робинзоном Крузо в качестве второй Пятницы.

3
{"b":"89516","o":1}