ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Поторопитесь!.. – быстро затолкал его телохранитель на сосед­ний эскалатор, поднимавших посетителей «Trocadero» наверх.

Далее без задержек последовал подъем на третий, четвертый этажи…

– Оторвались? – взволнованно, с интервалом в несколько секунд спрашивал тучный мужчина.

– Не знаю. Не хочется об этом думать, но, кажется, они намыли­лись нас брать.

– Это плохо. Совсем плохо!.. Немедленно сделайте что-ни­будь, Сергей! Прошу вас – мне никак нельзя попасть к ним в руки!..

– Перестаньте ныть! – не выдержав, поморщился парень, отчего темные усы съехали вбок. – У меня тоже нет желания сидеть в какой-нибудь анг­лий­ской тюряге. И не отставайте!..

Все так же оглядываясь, они подошли к крайней галерее послед­него – четвертого этажа. Отыскав промежуток меж сплошных стек­лянных витрин, осторожно протиснулись к окну.

– Ну, что там? – терял терпение мужчина.

– Похоже, эту улицу они уже взяли под контроль – несколько по­дозрительных машин, люди с рациями, нервозность… Тут не проско­чить – пойдемте, посмотрим в другое окно на соседнюю Haymarket.

Агент послушно следовал за молодым человеком, доверчиво вве­ряя свою судьбу в чужие руки; а тот, соблюдая внешнее спокойствие, метался от одного окна к другому, смотрел вниз и… безнадежно мо­тал головой. С минуты на минуту на четвертый этаж огромного тор­гового комплекса должны были пожаловать сотрудники Управления специальных операций, замыслившие перехват двух подданных Рос­сии. И тогда шансов уйти не оста­нется совсем!

Наконец, осторожно выглянув через приоткрытый проем на по­следнюю – четвертую улицу, парень просиял:

– Отлично! Выходы на Lisle Street остались свободны. Взгля­ните – по-мо­ему, ничего подозрительного.

Яков Николаевич сделал шаг к открытому окну, перегнулся через узкий переплет…

Но успел заметить, как из двух лихо подруливших к тротуару ав­томобилей выскакивали мужчины в штатской одежде. И едва грудь наполнилась воздухом для сообщения неприятной новости телохра­нителю, как сзади кто-то крепко схватил за ноги, приподнял и… с си­лой вытолкнул из окна.

Спустя мгновение он летел вниз – на тротуар Lisle Street, а из груди вместо обращения к Сергею вы­рывался отчаянный вопль…

– Ай лайк ит, – показал спецназовец на бритвенный станок и по­лез за деньгами. – Хау мач даз э… кост?..

Небольшой прилавок, торговавший мужскими туалетными при­надлежностями, находился в полусотне шагов от открытого окна, в которое минуту назад пришлось выкинуть агента. Пришлось… дабы избежать полного провала. Таковы были жест­кие инструкции тех, кто готовил операцию и отправлял сюда. «Или пан, или пропал», – как говаривал смахивающий повадками на генерала пожилой разведчик, отправлявший выпускника Центра в Лондон.

Да и не особо-то Серега жалел о гибели шефа. Лишать жизни своих до сего часа не доводилось, но в бытность службы в спецназе никогда не церемонился с сослуживцами. В особенности – с подчи­ненными: с солдатами и сержантами срочной службы. Частенько применял самые жесткие воспитательные меры вкупе с рукоприклад­ством, за что однажды и поплатился: из­рядно «потрудившись» над нерадивым пареньком-первогодком, за­гремел под следствие. Однако расстраивался по данному поводу не­долго – сотрудник военной про­куратуры подсунул на допросе какие-то бумаги, расписавшись в ко­торых, уда­лось избежать больших неприятностей. Ничего он, по сути, не поте­рял: пятимесячное обучение в засекречен­ном Центре; смена профес­сии на столь же опасную, зато напрямую не связанную с вой­ной. Все это по­казалось азартным развлечением в сравнении со све­тившим сроком в ко­лонии общего режима…

«Так, теперь бы самому не угодить в лапы английских спец­служб, – рассуждал он, пока продавец с бесстрастным выражением лица считал мелкие купюры. – Толку они с меня не поимеют – я ни черта не знаю! Ни о запла­нированной встрече; ни о людях, с кото­рыми должны были уви­деться; ни о теме переговоров… Да вот беда – си­деть по их идиот­ским законам придется долго. Накрутят по полной программе: и за убийство человека, и за спецзадание на их террито­рии, и… и еще бог знает за что!..»

Потому действовать требовалось без промедления. Действовать изобретательно, на­хально и быстро. Других вариантов не предполага­лось…

И, сунув покупку в карман, Сергей размашистым шагом напра­вился в отдел мужской одежды.

– Айл тэйк зис, – проходя мимо скучающего продавца-консуль­танта, ткнул он пальцем в какой-то серый в крапинку костюм.

Очнувшись, тот подхватил плечики с одежкой и поспешил за по­купателем в примерочную кабину. Пластиковая гармошка ширмы ос­талась неприкрытой, покупатель повесил на крючок возле большого зеркала ветровку и, забирая костюм, снова заговорил с продавцом:

– Хелп ми, плиз, приятель – нужен твой совет. А заодно одол­жишь мне пиджачок с бирюлькой. Давай-давай, иди-ка сюда…

Поняв только первую фразу, сотрудник торгового отдела с го­товностью вошел в ка­бинку и… получил ужасающий удар снизу тя­желым кулаком в че­люсть. Придерживая обмякшее тело одной рукой, клиент загородил проход ширмой, усадил бедолагу на пол и принялся поспешно сни­мать с него верхнюю одежду, дабы та не ус­пела запач­каться капавшей с подбородка кровью…

Спустя короткое время бывший спецназовец осторожно выгля­нул из кабинки и, улучив момент, проскользнул к вы­ходу. Черных усов на лице уже не было; на пиджаке красовался служебный бейдж с именем ни за что пострадавшего англичанина.

Проходя по второму этажу, он нашел наполненную легким мусо­ром пла­стиковую корзину, на первом этаже узрел и прихватил с собой совок с корот­кой метелкой…

У раздвижных стеклянных дверей торгового комплекса уже тор­чало несколько мужчин с подозрительным вниманием осматривав­ших каждого выходившего на Lisle Street человека. Их цепкие взгляды не заинтере­сова­лись шустрым «уборщиком», с галантной улыбкой пропустившим вперед даму. Стараясь не задеть мусорными принадлежностями по­путчиков, он с деловитой решительностью прошел вдоль стенки, скользнув равнодушно-усталым взглядом по одному из странных субъектов…

Слева, у середины огромного здания с включенными мигалками стояло с пяток полицейских машин; охранники правопорядка в лег­ких куртках с надписями «Police» на спинах и какие-то суетливые люди в штатских одеждах перекрывали пестрой пласти­ковой лен­той участок тротуара, на котором лежал труп лысого полно­ватого муж­чины. Покидав­шие «Trocadero» посетители косили на тело, раски­давшее руки в огромной луже крови. Тихо переговарива­ясь и качая головами, вы­нужденно сворачивали вправо – к подземному пе­реходу.

Скоро исчез в чреве подземелья и расторопный «уборщик»…

Глава первая

Париж. 30–31 августа

В Париже было еще теплее, чем в Москве – тетенька лилейным голоском рассказала пассажирам о температуре в районе аэропорта аж на трех языках: на русском, французском и английском. Артур в это время рассматривал «ми­лые» безделушки из «приколь­ного» мага­зинчика. Особенный восторг вы­звала упаковка жвачки – та­щишь двумя пальчиками верх­нюю пластинку, а тебе бац по ногтю подпру­жинен­ным капканом! Не сильно так – искры из глаз сыплются не дольше пяти секунд.

Предположив Оськину реакцию на сей «добрый» сюрприз, он сначала расплылся в улыбке, потом стер радость с лица, вздохнул и спрятал пакетик с по­купками в карман. Теперь и пошутить-то стало не над кем… Сашку он искренне любил как единственного друга и капкан, скорее всего, под­совывать не стал бы, а вот одной из занят­ных конфеток непременно бы угостил. Жуешь такую, жуешь, ничего не подозревая, глотаешь и… рот ста­новится фиолетово-черным, точно вылакал целый пузырек чернил.

Самолет грохнул колесами по бетону, прокатился по полосе, раз­вернулся, долго рулил по до­рожкам и, наконец, остановился возле длинной галереи. Засидев­шийся в креслах народ в наступившей ти­шине зашур­шал ручной кладью, завозился, потянулся к выходу…

После паспортного контроля Артур собирался получить багаж и отправиться, в соответствие с инструкциями генерала, в короткое пу­тешествие по кра­сивому аэровокзалу: не спеша выбрать журнальчик с голыми ба­рышнями на блестящих страницах, а заодно удостове­риться в отсут­ствии любопытного внимания к своей персоне.

23
{"b":"89547","o":1}