ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В Ниме Артур воспользовался рейсовым автобусом, курсиро­вавшим по побережью и, через час вышел в Монпелье, находившимся еще на семьдесят километров ближе к заветной цели. В центре го­родка отобедал в скромном и тихом кафе, неторопливо выкурил сига­рету, любуясь видом чудесного залива, а заодно и приглядываясь к праздно шатавшемуся народу. И, вдохнув полной грудью солонова­тый морской воздух, направился на железнодорожный вокзал…

Скоростные поезда, следующие из Марселя в Тулузу, останавли­вались в Монпелье через каждые сорок минут. Купив билет, он дож­дался на перроне ближайший; вошел в комфортабельный вагон и, усевшись в удобное кресло, с наслаждением вытянул ноги.

Ехать с четырьмя короткими остановками предстояло два часа…

«Неужто прибыл?.. Вот она – столица юго-запада Франции! И как все просто: ни тебе ищеек из спецслужб, ни слежки, ни погони, ни пере­стрелок… Даже скучно», – едко ухмылялся Дорохов, бредя в по­токе приехавших в Тулузу пассажиров. Народу вокруг было много – тури­стический сезон во Франции не прерывался ни осенью, ни зимой. В здании вокзала поток разбивался на ручейки: часть людей заворачи­вала к кассам или к стойкам по бронированию гостиниц, многие на­правлялись прямиком на привокзальную площадь – к остановкам го­родского транспорта. Артур же, отыскав нужный указатель, повернул к лестнице, ведущей вниз – в зал автоматических камер хранения…

Однако скоро он вернулся с цокольного этажа на первый, мед­ленно обошел все его залы, постоял у большого стенда с изображе­нием подробного плана вокзала. На лице, сквозь натянутую маску беспечного равнодушия, внимательный человек углядел бы озабочен­ность.

«Автоматических ячеек, кроме нижнего зала, боле нигде нет, – нервно чесал он затылок. – Неужели Ирина ошиблась? Неужели на­звала не тот номер ячейки?.. Или перепутала – здесь следует оставить чип в тридцать третьей, а посылку забрать… Нет, глупости! Как дол­жен выглядеть жилой дом, в котором помещается тысяча квартир?!»

Да, эйфория оттого, что добрался до места без приключений, ис­парилась бесследно. И начался процесс испарения в тот миг, когда капитан остановился у последнего ряда одинаковых шкафчиков из нержавеющей стали. Ряд, словно издеваясь, заканчивался номером «девятьсот девяносто девять». Нарезав два круга по залу и убедив­шись в том, что ящиков именно столько и ни одним больше, Дорохов поплелся наверх…

Не поверив стенду с планом, скрупулезно обшарил первый этаж, второй; не понимая многих надписей, заглядывал в залы и по­меще­ния. Потом вернулся к перронам, прошелся вокруг вокзала, предпо­ложив, что дополнительную камеру хранения могли устроить где-то в отдельном здании…

Тщетно.

И самым отвратительным было отсутствие каких-либо инструк­ций по выходу из подобных идиотских положений.

Что делать? Куда девать долбанный чип?..

Проще всего от него избавиться. Свернуть в туалет, запереться в кабинке, бросить в унитаз и смыть. Как упоминала утром Ирина.

«А если в его памяти содержится информация, за которую потом пятнадцать раз отвернут башку? С меня-то – с телохранителя, спрос невелик, а вот Ирину наши избалованные боссы затрахают! Им же никогда ничего не докажешь – и слышать не захотят о ранении, об исключительных обстоятельствах, – рассуждал Дорохов, возвращаясь внутрь вокзала – на втором этаже находились стойки с симпатичными представитель­ницами авиакомпаний «Austrian» и «Lufthansa»: – Ладно, отложим пока вопрос с чипом. Займемся другими насущными проблемами: возвращением на историческую родину и получением посылки…»

* * *

Да, розовый город был удивительно красив.

Необычная архитектура из красного кирпича напоминала иллю­страции из учебников истории о Средневековье или эпохе Возрожде­ния. Голубое речное русло, делившее город на две части; каменные мосты; ряды одинаковых по высоте домов, как в Петербурге выстро­енных вдоль узких набережных. Безмятежность и приветливость го­рожан; отсутствие надоевшей еще в Париже сутолоки…

Названная Ириной улица находилась неподалеку от площади Ка­питолия – в самом центре города. Подобно настоящему туристу, Ар­тур прогулялся по place du Capitole, поглазел на достопримечательно­сти и нырнул в прилегающую улицу. Отыскав дом №142 – обычный, четырехэтажный и мало чем отличавшийся от соседних, подался к ближайшему телефону-автомату. Вставив в аппарат «telecarte» – куп­ленную на вокзале пластиковую телефонную карту, набрал шести­значный номер…

И, услышав прият­ный женский голос, спросил по-французски про информационную службу для туристов:

– Une information touristique ici?

В ответ нежный голосок проворковал искомый ответ:

– S`il vous plait, parles moins vite.

Еще утром вызубрив ответную фразу, точного ее смысла капитан не за­помнил. Что-то вроде: не могли бы вы повторить вопрос помед­лен­нее…

Повесив трубку, он засек время. Появиться в парадном подъезде надлежало ровно через десять минут – не раньше. Достав сигареты, сызнова наткнулся взглядом на лежащий в пачке чип; вздохнув, щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся. И, упрятав пачку поглубже в карман куртки, стал прогуливаться вдоль нарядных витрин магазин­чиков…

Вот и подъезд дома №142: чистенький, ухоженный, светлый.

Слева от двери – в углу, куда едва добивает свет, должен лежать небольшой ключ…

Сделав шаг в сторону, Дорохов почувствовал, как сердце зачас­тило – обжегшись с ячейкой в камере хранения, он невольно опа­сался подвоха и здесь.

Нет, ключ лежит в условленном месте. И то, слава богу!..

Схватив его, он бросился по короткому лестничному маршу к почтовым ящикам.

«Тридцать третий! Тридцать третий!.. – монотонно звучало в сознании. – Нашел! Вот он, родной – тридцать третий!»

Поворот ключа. Дверца легко поддалась, приоткрылась…

Конверт! Без адреса и без единой строчки.

Пряча его в карман, Артур оглянулся, насторожился…

Никого. Ни гулких шагов по ступеням, ни скрипа дверей, ни шо­рохов…

Скорее на улицу!

Закрыв ящик, он метнулся вниз, бросил ключ в тот же угол и вышел из подъезда. Двумя трясущимися пальцами выудил сигарету; прикуривая, осторожно осмотрелся…

Да, сейчас угодить в лапы спецслужб было смерти подобно – в одном кармане чип, в другом – посылка. Хуже не придумаешь!..

Кажется, все спокойно. Праздно шатающийся народец; ни од­ного припаркованного поблизости автомобиля. Тишина, умиротворе­ние и беззаботность…

Все. Поймать такси и на вокзал! Еще разок прошвырнуться по этажам в поисках этой гадской тысячной ячейки и прямым автобусом в аэропорт. Лежащий рядом с паспортом билет на рейс «Тулуза-Мо­сква» давно согревает душу. Скорей бы наступил вечер!..

Регистрация на рейс «Тулуза-Москва», выполняемый самолетом авиакомпании «Austrian», начиналась через час.

По неписаным правилам заурядный турист должен был иметь при себе вещи: смену белья, предметы личной гигиены, сувениры…

А как же иначе? Приехать на недельку из далекой России и не купить бутылку француз­ского коньяка? Флакон туалетной воды? Или что-то из коллек­ции знаменитых модельеров?.. Бред. Пусть все это будет ненастоящее, не запредель­ное по цене. Пусть дешевое и дос­тупное для такой не шибко важной птицы, как замести­тель службы безопас­ности Остан­кинского мясокомбината. Но быть это в дорожной сумке путешественника при вылете за пределы Фран­ции обязано. Иначе вас могут не понять или, не дай бог, в чем-то за­подозрить.

И, пошерудив пальцами по кротко остриженному затылку, Ана­толий Алексеевич Громов направился к рядам фешенебельных мага­зинов, устроенных прямо в аэровокзале…

Спустя полчаса он спустился в туалетные комнаты, неся на плече небольшую новенькую сумку из черной кожи. Внутри лежало все не­обходимое: бритвенный станок, зубная щетка, одеколон, коньяк… И CD-плеер. Вот только дисков с любимым Кашиным он здесь не оты­скал. Пришлось купить сборник французского шансона.

Стоя перед зеркалом, Дорохов умылся, сбрил со щек двухднев­ную щетину; высушил лицо, освежился одеколоном, причесался… Пройдя в смежное помещение, заперся в свободной кабинке и достал заветную посылку. Сложив конверт пополам, запрятал в задний кар­ман джинсовых брюк.

53
{"b":"89547","o":1}