ЛитМир - Электронная Библиотека

Анг протекал за ангом, и казалось, что так будет длиться целую вечность, как вдруг каменная ладонь шевельнулась. Слабо светящиеся пальцы сошлись вместе, кисть сжалась, наклонилась - и в подставленную ладонь понятливой Линн съехал браслет Морских Ярлов.

- Ну вот, а тут некоторые торопыги уже собирались меры применять… Кстати сказать, неизвестно, барон, чем бы твой удар обернулся…

А Линн, повинуясь некоему неясному чувству, шагнула вперёд. Всмотрелась в застывшее безмятежное лицо. Забралась на постамент, встала на цыпочки, придерживаясь за плечи парня.

И, оставив на гладкой и оказавшейся вовсе не холодной щеке лёгкий поцелуй, шепнула:

- Спасибо.

И пусть она будет проклята, если в ответ не ощутила легчайшее, дружелюбное мысленное послание…

Браслет никак не хотел надеваться на руку. Соскальзывал, увиливал, отлетал в сторону, норовясь вырваться из пальцев девушки. И лишь после того, как тётушка Фло щёлкнула застёжкой и сняла с правой руки своей ученицы магический браслет-заглушку, древняя драгоценность словно сама собой скользнула на левое запястье, обернув Линн мягким теплом и блистая всеми оттенками синего, голубого и зелёного света.

- Вот так-так! - капитан восхищённо закрутил головой.

- Ура! - заключила Шалика, обняв за плечи чуть смущённую Линн и зашипев в ответ на недовольное ворчание дрорды.

Путь обратно и наверх не ознаменовался никакими событиями, равно как и возвращение в шлюпке на застывший с подветренной стороны острова бриг. И лишь собираясь взобраться по трапу на вздымающийся ввысь борт, девушка спохватилась:

- Тётушка! А мой старый браслет где?

Все участвовавшие в экспедиции переглянулись, охлопали карманы и даже Шалика проверила свою заплечную сумочку.

- Вот глупышка! - ругнулась волшебница. - Я же там с тебя его сняла, и наверное, оставила. А сплав, из которого браслет-заглушка сделан, подороже золота будет…

Капитан ван Хален вызвался было вернуться на остров, но барон весьма резонно возразил, что присутствие того на борту нужнее.

- Пора бы и к отходу готовиться… что-то у меня предчувствие нехорошее…

В конце концов он сам решил вернуться в пещеру. За ним по своей неугомонности увязалась и Линн, после временого возбуждения опять впавшая в вялое спокойствие. Шлюпка вновь отвалила от борта, о понеслась к острову. Сидя на банке, девушка равнодушно щурилась от иногда попадавших ей в лицо солёных брызг, отупело глядя вперёд и поглаживая новое украшение, отзывающееся радостным журчанием на каждое касание - пальцами или мысленное.

Вскарабкавшись снова по расщелине следом за чернокнижником, девушка прищурилась на мелькающее в разрывах облаков полуденное солнышко и заметила вслух, что погода портится, а устраивать над ней насилие вновь ей отчего-то не хочется.

- Наверное, что-то я на пути сюда перемудрила…

Спутник её в погодных делах разбирался совсем никак, потому лишь бросил хмурый, встревоженный взгляд вверх и кивнул. Подойдя к спуску в расселину, он привязал за приметный каменный палец давешнюю верёвочную лестницу. Подумал чуть, явно слегка встревоженный своими предчувствиями, и стал спускаться.

Линн демонстративно огляделась по сторонам, погладила тоже встревоженную Синди.

- Я здесь побуду. Что-то и меня трясёт…

Спустившись по перекладинам так, что наверху виднелась лишь голова, барон посмотрел на подрагивающую невесть от чего девушку, подумал, кивнул опять - и стал спускаться дальше.

А юную ведьму трясло так, словно она стояла на ветру в лютый мороз - даже лицо и руки побелели. Несколько раз с усилием заглотив воздуха, ибо от страха даже дыхание отказало, Линн дождалась, пока привязанная лестница прекратит вздрагивать.

Из рукава её в ладонь скользнул до поры закреплённый в наручных ножнах стилет.

Всё?

Или нет?

Есть ещё возможность свернуть!

- Нет… простонала трясущаяся от лихорадочного возбуждения юная ведьма - и одним взмахом отточенной стали отрезала трос, держащий верёвочную лестницу. С тихим шорохом та улетела в бездонную глубину расселины, унося с собой последние сомнения.

Нет назад пути, нет…

А Линн уже неслась обратно к шлюпке, напрасно уговаривая себя не спешить - не споткнуться и не сломать чего-нибудь о скалы. Кубарем, обдирая ладони о шершавый камень, она слетела в шлюпку.

- Уходим! Быстро!

У матросов, завидевших бледное, перекошенное лицо девушки и её ободранные руки, не возникло даже вопросов. Толстая, пузатая крутобортая шлюпка рванула с места, словно завидевший кошку пёс. Гребцы налегали так, что вёсла если и не гнулись, то потрескивали в уключинах точно.

А на расстеленном на дне парусе, скрючившись и подрагивая, лежала Линн и бескровными губами шептала беспокойно мечущейся дрорде:

- Только бы успеть…

Капитан стоял на мостике, и снятая, прижатая к груди шляпа трепетала в его руке. Он смотрел не отрываясь - как гигантская, выросшая, казалось от самого морского дна волна вздыбилась на полнеба - и накрыла кажущийся таким крохотным удаляющийся островок своей широкой, тяжёлой лапой.

"Колесница славы" на всех парусах удирала от канувшего в океанской пучине острова, словно за ней гнались все морские демоны. В шуме ветра ван Хален почти различал их свист и хохот, а потому порадовался своей предусмотрительности, когда наряду с ремонтом провёл и чистку днища своего корабля от водорослей и ракушек, что весьма прибавило бригу скорости.

Едва поднявшись на борт, ведьма приказала немедля уходить от острова. Приказ был выполнен хоть и с колебаниями, но беспрекословно. И всё же, доблестный моряк всё стоял и стоял на корме, глядя вдаль. И прижимая к груди снятую шляпу.

* * *

Как прошла больше похожая на полёт безумная гонка с попутным штормом, Линн не запомнила. В мутной, давящей и раскачивающейся тишине на неё смотрели тёмные глаза. С удивлением, обидой и укоризной. И решётки тюремной кареты всё сильнее и сильнее разделяли их.

Уплывали, уплывали прочь милые, непослушные чёрные локоны. И в глухом мельтешении таял,

таял,

Таял - этот родной и любимый взгляд…

* * *

Яростный, прилетевший вслед за кораблём шторм ударил по острову с неистовством безумца. Он гнал с полночного заката тяжёлые океанские валы, проходившие беспрепятственно в бухту. Раскачивающие тяжело переваливающиеся на волне корабли и заставляющие их с глухим скрипом наваливаться на каменные стенки причалов.

- Линн, ты меня слышишь? - крик колдуна прорвался сквозь завывание ветра. - Помоги, я один не справляюсь! Иначе весь флот разобьёт к чертям морским!

Две ладони взметнулись навстречу тугой порывистости ветра - большая и сильная Эккера, и маленькая, бледная - ведьмы. Властно взметнулся призыв, и привёл разгулявшуюся погоду к повиновению.

Несколько ангов спустя облака развеялись, выглянуло несмелое солнце, и лишь чуть более сильный ветер с моря да выброшенные на мол рыбачьи баркасы напоминали о недавней стихии.

Линн упрямо встряхнула головой.

Унеси мою печаль, солёный ветер!

И иголочка, исподволь точившая душу, улетела вместе с уносимой воздушным потоком чайкой.

Спрячь мою кручину, да на дне морском - под тяжёл камень, под присмотр чудищ неведомых!

Сгинула грусть-тоска, схоронившись в глубинах тёмных.

Не прошу радости, но прошу покоя - и силы сделать всё как надо.

И успокоилось сине море, выдохнуло наверх пару дельфинов. И понеслись те, радостно выпрыгивая из воды, к закатному солнышку.

Спасибо тебе, океан предвечный!

Высокие узорчатые двери дома главы Купеческой Гильдии отворились. Линн вошла в свою комнату, оставленную, казалось, целую вечность назад. Осмотрелась - новым, серьёзным взглядом. Почувствовала присутствие сзади, обернулась. Снаружи, из коридора сюда заглядывали лица.

69
{"b":"89615","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Датские дети. Воспитание в стиле хюгге
Голая. Правда о том, как быть настоящей женщиной
Королева брильянтов
Я, капибара и божественный тотализатор
Академия четырёх стихий. Лишняя
Счастлив по собственному желанию. 12 шагов к душевному здоровью
Академия Стихий. Душа Огня
Цветы для Элджернона
Тиран 2. Коронация