ЛитМир - Электронная Библиотека

Тимофей шел по другой стороне улицы и старался не попадаться бывшей возлюбленной на глаза. Странное дело, в городе княгиню все знали и едва ли не за версту высказывали почтение. У собора Нину Петровну остановил какой-то пожилой мужчина, и долгое время они о чем-то оживленно разговаривали. Внутри у Тимофея Беспалого что-то неприятно шевельнулось, он даже не сразу осознал, что это был укол ревности. Однако! И так, оказывается, бывает. Столько лет не общались, а стоило ее увидеть, как кровушка потекла быстрее.

Видно, почувствовав чье-то внимание, княгиня обернулась и, скользнув по фигуре Беспалого невидящим взглядом, обратилась к собеседнику с каким-то вопросом. Не узнала! Неприятный холодок заморозил печень.

Постояв несколько минут, Беспалый повернул к автобусной остановке. Теперь ему казалось, что за ним кто-то наблюдает. Такие вещи он чувствовал сразу, слишком сильна биоэнергетика человека, сосредоточенного на слежке. Тимофей Егорович попытался уловить источник излучения. Не получилось, слишком велико было расстояние. Обернувшись, он попытался рассмотреть, кто же маячит у него за спиной. Никого, если не считать сгорбленной бабульки с авоськой в руках. Но она уж точно не в счет! А может, все-таки показалось?

Скоро подошел автобус. Позабыв про недавние сомнения, Тимофей Егорович вошел в него и успокоился только тогда, когда занял свободное место у окна. Вокруг не было никого, кто мог бы хотя бы отдаленно напоминать филера. Одни старики, обремененные непосильными сумками. Что-то на старости лет нервишки стали сдавать.

Следовало немного отдохнуть в каком-нибудь тихом кафе и подготовиться к встрече, которая уже была назначена.

* * *

Встреча была назначена в семь часов вечера в небольшом скверике на Таганке. Преимущество выбранного места заключалось в том, что прохожих совершенно не было видно, чему способствовала двухметровая стена густо разросшихся кустов барбариса. Идеальное место для разного рода конспиративных встреч. Интересно, а ФСБ знает об этом заповедном уголке? Приятно думать, что оно пребывает в наивном неведении.

Рядом со сквером располагалась автобусная остановка – небольшой павильончик, в котором можно было обождать свой автобус и спрятаться от ненастья. Осмотревшись, Беспалый направился прямиком под навес и смешался со стоящими там людьми. Даже лицо у него теперь было сосредоточенно выжидательным, именно таким, как у людей, привыкших пользоваться общественным транспортом. Как бы невзначай он раза два посмотрел в сторону сквера. Там прогуливалась молодая пара, обоим лет по двадцать, не больше. Они никак не тянули на корифеев сыска. Немного позади двигалась дама преклонных лет – выгуливала порыжевшую болонку. Худший вариант отпадает – в силу своего немолодого возраста старушку вряд ли можно было бы заподозрить в подвохе, ей пристало уже о душе подумать, так сказать, о вечном.

В общем, ничего настораживающего.

Подошел автобус. Толпа ожидающих возбужденно зашевелилась, напоминая потревоженный муравейник. Двери с громким шипением открылись, и повеселевшие пассажиры, несильно подталкивая друг друга в спины, быстро рассосались по салону. Тимофей остался в одиночестве. Немного подождав, он направился к скверу. Старушка с болонкой отошла уже далеко. Молодые люди, увлеченные друг другом, скрылись в переулке, а немногочисленные прохожие проскакивали мимо сквера, даже не взглянув в сторону старика. Им было не до него.

Никто не хватал Беспалого за руки, не дышал ему в спину. Все было спокойно. Буднично, в общем. Сунув руку в карман, Тимофей Егорович нащупал рукоять «нагана». Так он поступал всегда, когда хотел успокоиться. Былая уверенность возвращалась к нему, сейчас он чувствовал себя защищенным.

На скамейке недалеко от входа он заметил молодого мужчину со стриженым затылком. Весьма приметная цель! Не захочешь – выстрелишь. Прочь искушения! Беспалый направился именно к нему. Он негромко кашлянул, и человек, сидящий на скамейке, слегка вздрогнул.

– Хочу заметить, молодой человек, что никогда не следует садиться спиной к выходу, – произнес Тимофей Егорович, устраиваясь рядом.

На лице сидящего промелькнуло нечто вроде смущения. Но через секунду он уже собрался и уверенно ответил:

– Это едва ли не единственный случай, когда я повернулся спиной. Сегодня была отвратительная ночь, я просто устал и решил немного вздремнуть. Не люблю, когда меня рассматривают спящего.

Беспалый скупо улыбнулся:

– Значит, любите поспать, милейший. Боюсь, что эта привычка может когда-нибудь дорого вам обойтись.

Скверик был приятен своей тишиной и прохладой, но особенно отрадно было то, что был безлюден.

Лицо молодого человека скривилось злой улыбкой:

– Я это учту.

– Так что вы мне можете предложить?

– Мне трудно сказать, где он будет на следующей неделе. Варяг – человек очень закрытый. Насколько мне известно, у него нет слабых мест.

Тимофей Егорович зашелся в беззвучном смехе. Но на веселье это не походило, глаза у него оставались колючими, все подмечающими. Даже сидел он на самом краешке скамейки, чтобы в любой момент можно было подняться, а взгляд по-прежнему оставался блуждающе-изучающим и не переставал наблюдать за входом.

Смех оборвался неожиданно, тонкие морщинистые губы сложились в жесткую усмешку.

– Вы мало еще жили, молодой человек, чтобы так говорить. Хочу сказать вам, что абсолютно сильных людей не бывает. Во всяком случае, я таких не встречал, а я знаю, что говорю… Обязательно у каждого находятся какие-нибудь слабые места. Мне приходилось встречать людей, которые способны были выдерживать любую физическую боль, но они мгновенно ломались, как только узнавали, что может случиться большая неприятность с их близкими. Вы понимаете, о чем я говорю?

– Да. У него есть дочь.

– Это уже кое-что. – В голосе Беспалого послышался интерес. – Где она живет?

– Ее местонахождение Варяг держит в глубокой тайне. Пока ничего сказать не могу.

Тимофей открыл портфель. Он был старомодный, из темно-желтой потертой кожи. Именно такие портфели прежде носили с собой ответственные работники, наверняка его нутро помнило немало важных бумаг.

Удобство портфеля заключалось в том, что он имел огромное количество отсеков, в которых всегда, даже при полнейшей укомплектованности, оставалось место для ствола. «Браунинг» лежал в середине, спрятанный между двумя листами плотной бумаги. Всегда полезно иметь при себе пару стволов. Жизнь так сложна и непредсказуема.

Взглянув на соседа, Беспалый добродушно улыбнулся, сунул руку в портфель. Пальцы уверенно легли на рукоять «браунинга». Отдыхай спокойно, друг, сейчас твоя помощь не нужна. Отыщется еще для тебя работенка.

Рядом с пистолетом лежала пачка долларов. Вытащив ее, он небрежно, держа двумя пальцами за краешек, положил деньги на скамейку.

– Здесь тебе за прошлые труды… И небольшой аванс на будущее. Я должен знать, где находится девочка.

Молодой человек охотно кивнул:

– Договорились.

Но вот деньги брать не спешил. Помедлив, он вяло потянулся за пачкой долларов, как если бы совершал несказанное одолжение, забирая их. А вот глазки-то выдали с головой – блеснули алчным огнем, в котором отчетливо просматривались и развеселые кабаки, и грудастые девки.

Деньги были взяты, и теперь Беспалый с полным правом мог задавать следующий вопрос:

– Когда я получу информацию?

Парень убрал деньги в карман. Лицо умиротворенное, спокойное, как будто бы он выполнил очень важную и нужную работу.

– Обещаю разузнать в течение недели… Сами понимаете, не все зависит от меня. А потом нужно действовать поосторожнее.

Беспалый кивнул:

– Хорошо, я на тебя рассчитываю. – Тимофей Егорович поднялся, заканчивая разговор: – Не попадайся! Ты живешь на старом месте?

Скорее это был не вопрос, а утверждение. Беспалый с удовлетворением отметил про себя, что уголки губ парня слегка опустились. Переваривай, шельмец! Вот так и портится человеку настроение. Еще минуту назад тот видел себя в зале ресторана, ощущая душевный комфорт, и вот сейчас все так неожиданно поменялось.

23
{"b":"89617","o":1}