ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Сударь! – Каспар повысил голос. – Вы что, действительно не понимаете?

– Господин Геллер, я не люблю играть в загадки. Если у вас есть какие-то замечания, какое-то недовольство нашей работой, говорите прямо.

– Хорошо. Вы разве не понимаете, что, если обвинение в резне на Стене и замке будет предъявлено этим двум магам, вы не сможете просить короля о помощи против мутантов?! Понимаете, что ваша речь на совете летит в тартарары?!

– Позвольте, господин Геллер. Что мешает мутантам и этим магам объединиться? Мы же знаем, что в Финмаре скрывается немало ренегатов, между прочим, ускользнувших от вашей службы.

– О ренегатах знают только те, кому положено знать. Простые же люди знают, что Финмар населяют кровожадные звери. Тупые, безмозглые мутанты, которые ненавидят и пожирают людей. С кем, по-вашему, маги заключили союз? Со зверями?

– Предлагаете освободить пойманного мага из-под стражи? И куда девать свидетеля? Он уже разболтал свою историю всему городу.

– Да, господин Брун. Разболтал. По вашей вине, между прочим.

Бургомистр поморщился.

– Господин Геллер, знаете, почему черепахи так долго живут?

– О чем это вы?

– Чем дольше я живу, тем лучше понимаю это древнее и мудрое существо. Приобрети я дворянский титул, знаете, какое животное я поместил бы на свой герб? Именно ее, черепаху.

– И в чем же состоит величайшая мудрость этого существа? – с иронией осведомился Каспар.

– Они никуда не торопятся.

Каспар нахмурился:

– Что вы хотите этим сказать?

– Только одно. Ситуация действительно сложная. И давайте не будем грызть друг другу горло. Давайте сотрудничать. Давайте вместе искать выход.

– Я за этим и пришел. Мне нужно срочно увидеться с пойманным магом.

– Кто же вам не дает? – вскинул брови Риллан. – Кто осмелится не пропустить «тайного»?

– Видите ли, господин бургомистр, ваши люди проявляют потрясающую тупость. Мне нужна бумага с вашей подписью.

4

С такими, как маг со странным именем Берсон, отцу Лансаку еще не приходилось иметь дело. В «желтый дом» попадали разные люди. Еретики, маги, безумцы. Некоторые признавались сразу и во всем, едва переступали порог подземелья. Иные держались вплоть до применения пыток. И только истинно сумасшедшие способны были выдержать пытки. Но причинять боль отец Лансак не любил. Настоящих безумцев он распознавал сразу, однако Регламент Особых Мер все же исполнял в точности.

Берсон оказался крепким орешком. Мало того что он не ответил ни на один вопрос, он сам забрасывал отца Лансака вопросами. Обо всем. О нем самом. О Суде Святой Инквизиции. О королевстве Армания. О вере и церкви. О Спасителе. Иной раз вопросы поражали своей наивностью, а иногда удивляли мудростью и умением видеть суть. Причем маг был настолько искренен, в нем просматривался настолько жадный интерес, что отец Лансак волей-неволей стал ему отвечать. Конечно же не на все вопросы. На иные и сам святой отец не знал ответов, а на некоторые отвечать было просто нельзя, ибо ответы граничили бы с ересью и богохульством. И все же отец Лансак старался удовлетворить любопытство мага. Святой отец надеялся наладить доверительные отношения с этим Берсоном и получить все необходимые показания. Но…

Берсон упорно не отвечал на вопросы. Ни на какие. Вместо этого он вновь и вновь задавал свои. Спустя час после начала допроса отец Лансак, считавший себя весьма терпеливым человеком, ощутил зачатки гнева.

– Сын мой, – сказал он, – вы хоть понимаете, что своим нежеланием отвечать на мои вопросы, вынуждаете меня прибегнуть к особым мерам?

– Искренне жаль вас, – невинно улыбнулся маг, – но служба есть служба. Делай, что должен, говорят у нас, и получи, что заслужил.

Святой отец вздохнул и поднялся на небольшое возвышение, где стояли столы и стулья для инквизиторов и писаря. Там же, возле двери, сидел дюжий монах – опытный мастер заплечных дел.

– Брат Альфид, – сказал отец Лансак, – приступайте с богом.

– Давно бы так, – проворчал тот. – А то говорите и говорите, а разве с этими можно вот так, без железа-то… Они ведь только железо признают.

Подойдя к жаровне, на которой раскалялись инструменты, Альфид надел толстые войлочные перчатки.

– Брат Альфид, может быть, начнем с «сапожек»?

– Как скажете.

Маг изменился в лице, и отец Лансак приободрился. Мало кто дотягивал непосредственно до пыток. Подавляющее большинство подозреваемых сознавались при одном только виде пыточных инструментов.

– Отец Лансак, куда же вы так торопитесь? Мы только что познакомились. Признаюсь, с момента моего появления в этой стране вы первый, с кем было приятно поговорить. Скажу честно, я ничуть не жалею, что попал сюда.

Святой отец вздохнул, жестом остановил брата Альфида. Тот недовольно что-то пробормотал и уселся на скамью для растягивания, прижимая к себе железный «сапог», будто младенца.

– Вы даже не сказали, откуда прибыли, сын мой.

– А зачем вам, святой отец? Ну какая разница, откуда я?

– Большая, сын мой. Разве не понимаете, вы пришли не на философский диспут, вы находитесь под следствием Святой Инквизиции.

– А что мешает проведению, как вы изволили выразиться, диспута именно здесь?

Святой отец снова вздохнул и кивнул Альфиду. Монах с бурчанием двинулся к магу, но, не дойдя до него нескольких шагов, неожиданно споткнулся и упал, ударившись головой о каменную ступень. По плитам медленно расползлось темное пятно.

– Господи, как же это… – Недоумевая, отец Лансак подошел к монаху, проверил пульс.

– Живой? – обеспокоенно спросил маг.

– Потерял сознание… – растерянно пояснил отец Лансак. – Крепко головой прило… – Святой отец запнулся. Резко встал, смерил прикованного к железному креслу мага с головы до ног. – Это невозможно, – прошептал он. – Святое благословение… Мы под защитой Господа и архангела его Уриэля.

– Что вы так на меня смотрите? – изобразил удивление маг. – Это случайность, уверяю вас. Брат Альфид высок и тучен, ему тяжко носить свое тело. Просто споткнулся и упал. Бывает.

– Бывает… Но… – отец Лансак перевел взгляд с мага на монаха, – какова вероятность?..

41
{"b":"89621","o":1}