ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Код благополучия. Как управлять реальностью и жить счастливо здесь и сейчас
В открытом море
Чапаев и пустота
Алмазная колесница
Как лечиться правильно. Книга-перезагрузка
Тобол. Мало избранных
Президент пропал
Сварга. Частицы бога
Никогда не верь пирату
A
A

Мегэн стало интересно, сколько же ей лет. Принцесса ответила на ее невысказанную мысль:

— Я еще детеныш, мне всего сто лет. Я родилась самой последней, и мама говорит, что я должна быть очень осторожна, потому что все остальные самки уже слишком стары, чтобы откладывать яйца.

— А в каком возрасте вы начинаете размножаться? — спросила Мегэн и услышала в ответ:

— Я уже почти созрела, но мне не нравится никто из молодых самцов. Они не принимают меня всерьез.

Когда гибкий золотисто-зеленый дракон вновь поднялся в воздух, Хан’дерин вытащила из кутов длинные изогнутые салазки. Изогнутая доска, расписанная узором из огнедышащих красных драконов, выглядела очень тяжелой, но девушка управлялась с ней привычно и легко. В салазках лежал набитый кожаный мешок. Пошарив внутри, она вытащила оттуда целый арсенал. Мегэн села, прислонившись спиной к огромной арке, и принялась рассматривать затейливую резьбу, украшавшую каменную стену. Между изображениями драконов находилась эмблема, знакомая ей со времени подъема по Лестнице — две розы между волнистыми линиями терновых ветвей. Мегэн задумалась, пытаясь понять, что она значит.

— Ты знаешь, что означают изображения на камне? — спросила она у девушки.

— Немного, — ответила Хан’дерин. — Они, разумеется, были вырезаны Рыжими.

— Почему «разумеется»?

— Ну как же, розы и шипы, — удивленно сказала Хан’дерин, и Мегэн медленно кивнула. Она вспомнила, как в детстве ей рассказывали о древней истории Эйлианана и о том, как были установлены Тринадцать Башен. Среди них была одна, припомнила она смутно, или две, которые назывались Башнями Роз и Шипов. Они были разрушены много лет назад.

— А Рыжий? Кто такой Рыжий?

— Рыжий Колдун, — ответила Хан’дерин.

Мегэн изучала историю больше четырехсот лет назад, а после Дня Предательства многое в ней было переписано на новый лад, теперь было трудно понять, что происходило в действительности, а что нет.

— Там были сестра и брат, и оба умели колдовать, верно? Они отправились на Хребет Мира и построили там свои Башни. Рыжий — это брат?

— Они оба были Рыжими, — ответила Хан’дерин. — Ну, по крайней мере, так мне сказали.

— Тирлетан! — воскликнула Мегэн, и девушка неожиданно бросила на нее враждебный взгляд. — Ну конечно. Это Тирлетан, да? Драконий Коготь — это его граница. Страна Близнецов. Они были близнецами и тоже рыжеволосыми!

— Близнецы запретны, — сдавленным голосом сказала Хан’дерин. Мегэн с изумлением взглянула на нее. — Одного из них обычно приносят в жертву Белым Богам. Вот почему Зажигающая Пламя была так встревожена, когда нашли меня. А что если я глас Белых Богов? Но сон велел ей взять меня, и она не посмела ослушаться.

— Но почему близнецы запретны?

— Только один может быть Зажигающим Пламя.

— Так значит, Зажигающий Пламя — один из нескольких близнецов?

— Моя прабабка говорит, что близнецы — рождаются для того, чтобы стать Зажигающими Пламя, и они всегда рыжеволосые. Обычно это мальчик и девочка; я всего один раз слышала о близнецах-девочках. Но близнецы неподходящая тема для учтивой беседы. В кланах считают, что они рождаются к несчастью.

Заметив, что на ее скулах снова проступили шрамы, Мегэн поняла, что не стоит расспрашивать эту странную девушку, которая, как две капли воды, походила на Изабо и все же была совершенно на нее непохожа.

— Пожалуйста, расскажи мне о себе, — попросила она. — Я знаю, что я тебе совсем чужая, но, видишь ли, я вырастила девушку, которая похожа на тебя, как родная сестра. Я думаю, твой рассказ поможет мне заполнить множество прорех в моем понимании.

Несколько секунд Хан’дерин изучала ее лицо, потом медленно кивнула.

— Это действительно странная история. Отдохни немного, матушка, а я буду рассказывать. — Девушка села на камень, скрестив ноги и положив руки на колени ладонями вверх. Сделав несколько глубоких вдохов, она заговорила низким певучим голосом.

— Много лет назад, когда Драконья Звезда стояла в зените, Зажигающая Пламя из Клана Огненного Дракона нашла меня на склоне Проклятых Гор, — начала она.

— Прости, но я не знаю, что означают все эти названия, — прервала ее Мегэн. Хан’дерин пояснила, что Драконья Звезда — это комета, которая недавно пылала на небесах, и что Проклятые Горы — те самые вершины, рядом с которыми они сидят.

Мегэн кивнула, и Хан’дерин осведомилась:

— Я могу продолжать?

Лесная ведьма улыбнулась, и Хан’дерин начала заново:

— Много лет назад, когда Драконья Звезда стояла в зените, Зажигающая Пламя из Клана Огненного Дракона нашла меня на склоне Проклятых Гор. Ей приснился вещий сон. Она видела во сне две розы, белую и красную, растущие в Проклятой Долине, — они

оплетали талисман, который был то розой, то звездой. Проснувшись, она вспомнила свой сон и отправилась в Проклятую Долину. Там она нашла меня, полумертвую от голода и холода, при мне было кольцо с драконьим глазом и моя шейята . Зажигающая Пламя поняла, что я дочь ее внука, давным-давно ушедшего в страну колдунов.

— Откуда она это узнала? — спросила Мегэн. Тонкое лицо Хан’дерин гневно вспыхнуло. Некоторое время она молчала, потом неохотно проговорила:

— Разумеется, по моим волосам. — Мегэн была озадачена, но Хан’дерин продолжала.

— И еще при мне был драконий глаз. — Она стянула с руки белую перчатку и показала лесной ведьме свое кольцо. — Эти камни драконы когда-то дали моему отцу, Хан’гараду Повелителю Драконов, и он взял их с собой, когда ушел из племени. В моей стране такие камни очень редки и высоко ценятся, поскольку считаются знаком благоволения драконов.

Мегэн кивнула в знак того, что поняла. Хан’дерин продолжала свой странный речитатив:

— Зажигающая Пламя поняла, что я была дочерью ее внука, давным-давно ушедшего в страну колдунов, поэтому взяла меня с собой, и меня воспитали и обучили обычаям людей. Это очень испугало Клан Боевых Кошек, которые рассчитывали, что дочь Хан’феллы унаследует.

— Кто такая Хан’фелла?

Хан’дерин долго молчала, опустив глаза и сжав кулаки; потом сказала обычным голосом:

— Она была сестрой моей прабабки, спасенной от Белых Богов нашими врагами, Боевыми Кошками. Она хотела доказать, что божественна, когда умерла Зажигающая Пламя, мать моей прабабки. Моя прабабка одержала над ней победу в Испытаниях Силы, и притворщица досталась Белым Богам. Ее смерть должна была решить проблему, но у нее были дочери-близнецы, тогда как дочь моей прабабки умерла родами, оставив единственного сына, моего отца. Одну из дочерей Хан’феллы, естественно, отдали Белым Богам, но вторая до сих пор жива.

— Так значит, твоя тетка — дочь той, которая погибла, требует наследства, потому что происходит из той же семьи? — уточнила Мегэн. Хан’дерин бросила на нее быстрый взгляд.

— Да.

— Но ты — прямой потомок Зажигающей Пламя и считаешь, что преемницей должна стать ты.

— Да.

— Зажигающая Пламя — это как наша Банри?

— Не знаю. Зажигающая Пламя возглавляет и защищает кланы и решает споры между ними. Она дает огонь, когда темно, может повелевать зверями и птицами. Она может разговаривать с драконами, а иногда даже летать на них — как я и как мой отец до меня. Ее слово — это закон. Старые Матери и Воины Со Шрамами могут говорить с ней, но не могут идти против ее воли. Вот почему ее преемницей буду я, — такова воля Зажигающей Пламя.

— Значит, она ведьма? — спросила Мегэн. На лице девушки снова появилось странное выражение.

— Я не слишком много знаю о ваших ведьмах, — ответила она. — Я знаю, что можно научить колдовать любого, у кого есть Сила. Но Зажигающая Пламя, это совсем другое. Ее дочь в свой черед тоже станет Зажигающей Пламя, а потом дочь ее дочери. Если дочери, которая может продолжить род, нет, Зажигающей Пламя становится старшая дочь ее сына, хотя считается, что это очень плохо, — до сих пор такое случалось всего один раз. Еще никогда не появлялось двое рыжих одновременно — со времен самих Рыжих колдунов.

30
{"b":"9015","o":1}