ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Клетку перенесли с задка повозки прямо на барку — Красные Стражи предпочли не рисковать. На случай попытки мятежников освободить колдунью был выставлен зоркий караул, но ничего не произошло, и лодочник, оттолкнувшись шестом от дна, повел широкую и низкую лодку прочь от причала. Течение подхватило барку и понесло по озеру к реке. Вода отливала серым и серебряным, свежий ветер рябил ее поверхность. Темно-зеленые деревья подходили к самому западному берегу, а над ними возвышались горы. На восточном берегу зеленые луга и фруктовые сады расстилались в широкой долине, утыканной остроконечными крышами деревень. Мегэн заметила, ни к кому не обращаясь:

— Сколько лет прошло с тех пор, как я в последний раз наслаждалась путешествием по Риллстеру! До чего же красиво, правда?

Путь по реке из озера Стратгордон до Лукерсирея занял больше недели, и все попытки запугать ведьму или уморить ее голодом провалились. Она питалась куда лучше солдат, поскольку ее сумка была до краев полна дикими дарами Леса Мрака. Она подогревала всю свою еду пальцем, каждый раз вспоминая при этом Изабо, которой никогда не хватало терпения дождаться, пока вода закипит. Днем она вязала или читала, а ночью спала, завернувшись в свой плед и не выказывая никаких признаков стеснения. Ее клетка кишела мышами и крысами, заставляя многих солдат содрогаться. Из клетки ей позволялось выйти лишь за тем, чтобы справить нужду через борт лодки. Сначала ее тюремщики настаивали на том, чтобы она делала это прямо в клетке, на глазах у всех солдат, но нечистоты неизменно оказывались в тарелке с завтраком Главного Искателя, и тот в конце концов сдался. Всем не давало покоя, как же Мегэн удавалось проделать этот фокус, ибо стражники не сводили с нее глаз, но, тем не менее, ничего неподобающего не замечали.

Пороги между озером Бремер и Лукерсирейским озером они преодолели, не заметив ничего тревожного. Главный Искатель был; уверен, что любая попытка спасти колдунью будет предпринята именно на этом этапе пути, ибо Риллстер нес свои воды через густые леса и глубокие ущелья, прежде чем обрушиться в огромное озеро под Сияющими Водами.

Они добрались до Лукерсирейского озера как раз перед закатом, и барочник бросил якорь на почтительном расстоянии от бурлящей пены, где водопад низвергался в озеро. Разбиваясь на сотни радуг там, где солнце дрожало на летящих брызгах, Сияющий Водопад обрушивался с отвесного утеса почти на двести футов вниз. Казалось, что купола и башни Лукерсирея плывут над ними на гребне волны.

Мегэн сидела в своей клетке, задумчиво глядя на город, четко вырисовывающийся на раскрашенном в цвета заката небе. Она щекотала нос огромной черной крысы до тех пор, пока та не начала чихать, хлопая лапками по усам.

— Похоже, пора бежать с тонущего корабля, — пробормотала Мегэн себе под нос с кривой улыбкой. Вытащив из сумки хрустальный шар, она взглянула в его молочную глубину. Солдаты вокруг клетки беспокойно зашевелились, но не осмелились ей препятствовать. Она сидела, затерявшись в его глубинах, до тех пор, пока на небе не показались звезды; тогда она со вздохом убрала шар.

Была почти полночь, когда часовой на носу лодки услышал шум кожистых крыльев, доносящийся откуда-то поблизости. Он стряхнул с себя странную сонливость, поднялся на ноги и взглянул на небо. Еле слышный шум на корме заставил его резко обернуться. Он увидел, как Мегэн вышла из клетки, причем замок почему-то оказался открытым, а цепь куда-то исчезла.

— Эй! — воскликнул он. — Ты что это делаешь?

Но никто не отозвался на его крик, и он с ужасом увидел, что вся дюжина солдат, охранявших клетку, лежит на палубе, объятая беспробудным сном. Прямо над ним раздалось хлопанье крыльев, и он инстинктивно поднял голову. На фоне круглых лун чернели узкие зазубренные крылья. Он увидел буйные разметавшиеся волосы, дикий блеск глаз, потом босая нога ударила его сзади по шее и припечатала к полу. Ошеломленный, он приподнялся на локтях и увидел, как существо с черными крыльями схватило Мегэн на руки и подняло в воздух. Несмотря на то что незадачливый стражник принялся выпускать в ночное небо стрелу за стрелой, было уже слишком поздно. Архиколдунья исчезла.

ТКАЦКИЙ ЧЕЛНОК ЛЕТИТ

ОСЕНЬ

КРЫЛАТЫЙ ПРИОННСА

Ворон спикировал на ветку сосны и наклонил блестящую головку. Он хрипло каркнул, и Изолт, подняв брови, взглянула на Лахлана.

— Он говорит, что уже недалеко, — ответил Лахлан, втянув голову в плечи, чтобы защититься от дождя. Огромный Клык возвышался над всеми горами, его вершина скрывалась в черных грозовых тучах. Чтобы добраться сюда из Леса Мрака, у них ушло несколько недель, поскольку они шли по тайным тропинкам, не осмеливаясь показаться ни в одной горной деревушке. Они подошли к ручью, бегущему по крутому склону, и пошли вдоль его русла через густые заросли колючих шипов. Золотистые сливы, начавшие съеживаться на ветках, висели по обеим сторонам, а над их головами возвышался красный утес, склон которого был усеян огромными валунами. Иесайя подлетел к верхушке гигантской скалы, изумленно каркнул и исчез из виду.

Изолт и Лахлан осторожно последовали за ним, пробираясь по узкому вьющемуся проходу в скале. Донбег, сидящий на плече у Изолт, любопытно застрекотал. Часовые, скрывающиеся между скалами, заступили им дорогу, но Лахлана они знали, поэтому их беспрепятственно пропустили.

Вскоре до них донеслись удары, крики и звон мечей. Заржала лошадь, что в этом узком проходе прозвучало абсолютно неуместно. Лахлан убыстрил шаг и вышел в огромную круглую котловину, со всех сторон окруженную каменными стенами, и пещерами. На лугу стояли палатки, и повсюду тренировались и разминались вооруженные мужчины. С одной стороны блестело озеро, питаемое небольшим водопадом, низвергавшимся с уступа ледника высоко наверху. Изолт подняла глаза на симметричный Пик Клыка, который на короткое время стал виден через просвет в грозовых тучах.

— Череп Мира, — прошептала она.

У нее не было времени ни на что большее, чем бросить на гору, священную для народа Хребта Мира, тоскующий взгляд. Как только они вышли из укрытия прохода, их снова окружили часовые. Лахлан, возбужденно сверкая топазовыми глазами, окликнул их по именам. Приветственные крики часовых эхом отозвались по всему амфитеатру; из толпы огромными шагами вышел великан в голубой куртке и выцветшем килте и, схватил Лахлана за руки.

— Дункан! — воскликнул Лахлан. — Как я рад тебя видеть!

У Дункана было прямоугольное загорелое лицо, обезображенное старым шрамом, тянувшимся от уха и терявшемся в кустистой черной бороде. Его нос столько раз ломали, что определить его первоначальную форму было практически невозможно. Он был коренастым, как старый дуб, а руки бугрились огромными мышцами. Изолт подумала, что не хотела бы сойтись с ним один на один в рукопашной.

Он сжал Лахлана в медвежьих объятиях, из которых тот выбрался слегка помятым и не в силах вздохнуть.

— Железный Кулак, когда ты бросишь свои попытки сломать мне ребра? — прохрипел он, держась за бок. Дункан широко ухмыльнулся, демонстрируя черные дыры там, где недоставало зубов. Лахлана Окликали и тормошили со всех сторон сразу.

— Смотри, там Йорг! — воскликнул Лахлан. — Пойдем поговорим с ним.

Он указал на старика, стоявшего на дальнем берегу озера. По его груди струилась снежно-белая борода, заканчивающаяся ниже пояса. На нем было бледно-голубое одеяние, а на плече сидел ворон.

Когда они обогнули озеро, Йорг поднял узловатую руку, и Изолт с ужасом и жалостью поняла, что он слеп. В тот же миг он поразил ее, приветственно улыбнувшись и воскликнув:

— Бачи! Мальчик мой! Как я рад тебя видеть!

— Теперь можешь звать меня Лахланом, — величественно ответил прионнса.

— Ты объявил о себе?

— Ну, в общем, да.

— Ох, я так рад. Уже пора объявить, кто ты такой. На самом деле, я считаю, что тебе стоило сделать это еще раньше, но Мегэн слишком боялась возможных последствий. — Потом с улыбкой в голосе спросил: — А кто эта девушка?

66
{"b":"9017","o":1}