ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Свой, чужой, родной
Мозг Брока. О науке, космосе и человеке
Кремлевская школа переговоров
Последний борт на Одессу
Ведьмак (сборник)
Страсть – не оправдание
Эланус
Повестка дня
Когда тебя нет
A
A

— А как же месмерды? — встревоженно спросила Эльфрида. — Как мы преодолеем их?

— М-месмерды знают, что мы затеяли; не забывай, они могут читать наше эмоционально с-состояние с такой же легкостью, как мы читаем с-слова в книге.

С лица Эльфриды сбежала краска.

— Они знают? — Ее голос был не громче мышиного писка.

Айен кивнул.

— Конечно. Это было п-первое испытание. Если бы они х-хотели остановить нас, то сообщили бы о своей т-тревоге Х-хан'тиреллу. Я наблюдал за ними, когда г-говорил; они были заинтересованы, но предпринимать ничего не с-стали.

— Почему? — Гиллиан была заинтригована. — Они же служат твоей матери?

— Месмерды не служат никому, кроме себя, — поправил Айен. — Вы д-должны понимать это — они никогда не были нашими слугами. Они вступили в союз с моей с-семьей, потому что мы любим болота точно так же, как и они. Нет никакой опасности, что кто-нибудь из Мак-Фоганов к-когда-нибудь осушит б-болота.

— Но они делают то, что твоя мать говорит им.

Айен рассмеялся.

— Иногда. С-сейчас они отказались помогать нам, потому что у них т-траур. За неделю или д-две до Купальской Ночи целая ветвь яйцебратьев п-погибла от руки врага моей м-матери, Архиколдуньи. Не только взрослые этой ветви, а вообще все взрослые м-месмерды с-скорбят. Пройдет несколько м-месяцев, прежде чем они снова предложат нам свою п-помощь.

Айен бросил быстрый взгляд на Хан'кобана и с радостью увидел, что тот недоуменно трясет рогами. Его шаги замедлились, он то и дело спотыкался. Но тени уже начали удлиняться, а они договорились встретиться со своими товарищами на закате. Нужно было срочно принимать меры, чтобы отделаться от него. Айен встал, потянулся и направился к Шрамолицему Воину.

— Милорд, уже поздно, думаю, нам стоит отправиться обратно в Башню, — гортанным голосом сказал Хан'кобан.

Айен запустил руку в карман и вытащил густо усыпанную пыльцой тычинку цветка золотой богини, которую сорвал, когда доставал мед, а потом спрятал. Он поднял тычинку и подул на нее так, что рогатого Хан'кобана окутало облако золотистой пыльцы. Он закашлялся и пошатнулся. Несколько мгновений он сопротивлялся, пытаясь остаться в сознании, но потом рухнул как подкошенный.

— Быстро! Пора! — закричал Айен, и его спутники вскочили на ноги и начали лихорадочно собирать остатки еды и вытряхивать одеяла. Лишь самые старшие из ребят были посвящены в план, поскольку младшим ни за что не удалось бы сохранить его в тайне. Пока Дуглас подготавливал лодки, Гиллиан быстро раздала им распоряжения и рассказала о том, что они собирались делать.

Некоторые из них испугались или растерялись. Тирсолерцы сердито закричали, называя остальных болванами.

— Миледи всего лишь снова поймает вас, вот и все, — кричали одни.

— Но Башня Туманов — единственная Теургия в стране, — кричали другие. — Это единственное место, где мы можем научиться магии.

Мальчик-корриган был перепуган.

— В Эйлианане убивают ули-бистов ! — заплакал он. — Если я пойду с вами, как я могу быть уверенным, что вы не выдадите меня Красным Стражам? — Древяница прижалась к нему, в ее огромных зеленых глазах застыл страх.

— Мы с-сделаем все возможное, чтобы уберечь вас, — пообещал Айен. — Мои друзья борются на стороне повстанцев — они не считают волшебных существ ули-бистами . Они хотят отменить Указы о Волшебных Существах и о Ведьмах.

Разгорелся спор, и Айен в сердцах сказал:

— У нас нет времени. Или вы возвращаетесь в Башню Туманов с к-колдунами, или идете с нами. Что вы выбираете?

В конце концов все ребятишки решили сопровождать Айена и Эльфриду. Они набили свои сумки остатками еды, вооружились острыми столовыми ножами и свернули одеяла. Мягкосердечная Эльфрида прикрыла колдунов и управляющего оставшимися одеялами, чтобы они не замерзли во сне, и оставила им немного еды.

Беглецы разместились в трех лодках, а днища остальных Айен пробил. Теперь, когда они по-настоящему бежали, он был бледным и напряженным. Никто лучше него не понимал, какими будут последствия, если их попытка провалится.

Болотники смотрели на них широко раскрытыми перепуганными глазами, и Айен, наклонившись к ним, строго-настрого велел им не будить колдунов и не пытаться связаться с Башней. Они привыкли: беспрекословно подчиняться ему, поэтому, несмотря на неуверенность и испуг, согласно закивали темными, точно морской виноград, головами.

Лодки плавно отчалили от берега, прорезая неподвижную водную гладь. Дети возбужденно загомонили, а Эльфрида со страхом взглянула на Айена.

— Я не знала, что ты это умеешь, — сказала она.

Он усмехнулся.

— Управлять лодкой без шеста и весел было первым, чему я научился! Правда, это несложно.

— Научишь меня?

— Попробую, — ответил он. — Не знаю, есть ли у тебя Талант в стихии воздуха и воды, а без них этому научиться нельзя.

Небо над ними полыхало яркими цветами заката: розовым, фиолетовым и абрикосово-желтым. Поднялся легкий бриз, и вода покрылась рябью, размывшей цвета отраженного неба под носами лодок. Они подплыли к устью реки, и лодки замедлили ход — Айен беспокойно оглядывал берег. Увидев приземистого мужчину в сером, вышедшего из тени, плакучей ивы с приветственно поднятой рукой, он радостно закричал.

Лодки повернули к берегу, и мужчина со своими спутниками забрался на борт. Лодки снова выплыли на середину реки, легко скользя против течения.

— Гвилим, старый пройдоха! Это действительно ты! Такой же уродливый, как и обычно.

— Еще уродливей, — угрюмо ухмыльнулся мужчина, кивнув на свою деревяшку.

— Ты потерял ногу? Что случилось?

Пока Гвилим объяснял, как ему удалось избежать сожжения в Купальском костре, остальные изучали друг друга, нерешительно знакомясь. Лиланте с удивлением заметила в соседней лодке девушку с такой же спутанной гривой зеленых волос и угловатым личиком, как у нее. Она уставилась на нее и встретилась взглядом с ее глазами, зелеными, точно весенняя листва. Древяница? робко подумала она и с радостью услышала ответное: Нет, я не могу так себя называть, я древяница лишь наполовину!

И я! Я зову себя полудревяница!

Полудревяница?

Моя мать была древяницей, а отец, человеком.

А у меня все наоборот.

Правда? Твой отец был древяником? Значит, ты тоже полукровка, такая же, как и я.

Я думала, что одна такая.

И я тоже!

Они улыбнулись друг другу, и Лиланте почувствовала, что ее переполняет радость. Она так долго была одинока — ули-бист , не похожий на остальных ули-бистов . Теперь она знала, что на свете жила еще одна полудревяница, и внезапно почувствовала себя не такой одинокой.

Еще полчаса лодки легко пыли вверх по реке, и с каждой пройденной милей лес на ее берегах становился все более густым и разнообразным. Уже почти стемнело, когда вдруг сзади до них донесся протяжный крик.

— Что это было? — воскликнул Дуглас.

Айен напрягся и взглянул на небо. Звук повторился снова, и они увидели стаю лебедей далеко на востоке, малиновые кончики их крыльев отсвечивали последними лучами заходящего солнца. Лебеди везли изящную лодочку, которая, казалось, оставляет за собой в облаках длинный след.

Прионнса выругался и грохнул кулаком по борту лодки.

— Должно быть, Х-хан'тирелл очнулся, покарай его Эйя! Он вызвал лебедей моей м-матери. Мы должны бросить лодки!

— Почему?

— На реке они сразу же нас заметят — видите, управляющий приказал им доставить лодочку моей м-матери, чтобы он мог отправиться за нами в п-погоню. Они скоро нас нагонят. — Он снова выругался и сказал безнадежно: — Я должен был знать, что с-сон-ное зелье ненадолго его з-задержит!

— Лебеди везут лодочку? — спросила Эльфрида, расстроившись, что ей так и не представилось возможности покататься на ней. Лодочка, скользящая по воздуху на крыльях лебедей, — это звучало восхитительно и романтично.

Айен кивнул.

74
{"b":"9017","o":1}