ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Когда Блейр вошел, на секунду ему показалось, что он уже опоздал. Он открыл дверь и услышал пронзительную музыку, как и в прошлый раз. Но на этот раз там была лишь горстка людей, собравшаяся около бара.

Офицер сидел за терминалом, управляя звуковой системой; одна рука что-то поправляла на микшерском пульте, другая отстукивала ритм музыки. Мужчина лежал в кресле, закрыв глаза, полностью захваченный звуком. Блейр узнал его орлиный профиль. Это был лейтенант Митчелл Лопес, позывной Вакеро, которого он назначил в ведомые Кобре посреди боя.

Он встал позади мужчины и стал ждать, слегка морщась от громкой музыки. Когда стало ясно, что Лопес в общем-то и не собирается подниматься, он наконец тронул пилота за плечо.

– Эй, парень, ты не мог дождаться, пока эта вещица доиграет? – спросил Вакеро, не открывая глаз.

– Лейтенант… – Блейр произнес это очень мягко, но Лопес немедленно узнал его голос. Он одним движением выскочил из кресла и встал по стойке «смирно». Блейру пришлось бороться с улыбкой, когда он увидел реакцию лейтенанта.

– Э-э, извините, сэр, – сказал Лопес, слегка запинаясь. – Не ожидал вас здесь увидеть до вечеринки, сэр.

– Вольно, лейтенант, – с улыбкой ответил Блейр.

Вакеро успокоился. Он перехватил взгляд Блейра, направленный на колонки, и поспешил выключить громкость.

– Просто налаживаю систему для сегодняшней ночи, сэр, – объяснил он.

– Разве этим не техники должны заниматься? – спросил Блейр. Он показал на кресло, оставленное Вакеро, и когда лейтенант сел, Блейр занял другое кресло поблизости.

– Последнему парню, который этим занимался, медведь на ухо наступил, и руки у него были кривые, – с ухмылкой сказал Лопес. – И его музыкальные вкусы оставляли желать лучшего. Так что я как бы занял его место.

– Музыкальные вкусы, – повторил Блейр.

– Да, сэр. Знаете, музыка действительно придает настроение. Когда слушаешь что-нибудь составленное исключительно из минорных аккордов, хочется вылететь на самоубийственное задание. Но это – другое. – Он махнул рукой в направлении пульта. – Рокеро из системы Селест. Оно светлое, оно греет душу; когда послушаешь его, хочется прожить долгую жизнь.

Блейр бросил на него мрачный взгляд.

– Слушая это, я хочу надеть шлем, чтобы хоть как-нибудь уменьшить шум, – сказал он, слегка улыбнувшись, чтобы убрать яд из этого замечания. – Мне нравится что-нибудь более успокаивающее… например, дуэт волынок или пара кошек в жару .

Аргентинский пилот рассмеялся.

– Думаю, то, что мне нравится, не всем по вкусу. Но пока еще никто не жаловался… до вас.

– Я не жалуюсь, лейтенант. Просто прошу немного сдержанности. – Блейр подозвал официанта. – Купить вам что-нибудь выпить?

– Текилы, – ответил Вакеро. Официант кивнул, приняв также заказ Блейра – скотч. – Сегодня был великолепный вылет, правда, полковник?

Блейр кивнул.

– Я бы сказал. Нам очень повезло.

– Да, сэр. Э-э… спасибо вам еще раз за то, что вы меня спасли. Думал, что уже сыграл свою последнюю мелодию.

– Вы пилот или музыкант, Лопес?

– О, я пилот, сэр. И даже очень неплохой. Проверьте мой послужной список – увидите. – Он посмотрел на стол. – Но моя семья делала гитары много поколений. У меня есть гитара, которой уже почти двести лет. Чем старее гитара, тем богаче у нее звук, вы знаете?

Блейр кивнул, но ничего не сказал. Что-то было в глазах парня, от чего ему не хотелось портить ему настроение.

– Я – первый в семье, кто полетел в космос, – продолжил Лопес через пару секунд. В его голосе звучала тоска. – Первый, кто стал воином, а не ремесленником или музыкантом. Но когда-нибудь я открою клуб и буду играть на этой гитаре. Нам нужно место для старых пилотов-истребителей вроде вас или меня, полковник, где мы могли бы собраться и рассказывать небылицы о наших сражениях, и говорить друг другу, как все изменилось после войны…

Блейр отвел взгляд. Это было приятной мечтой, но он сомневался, исполнится ли когда-нибудь желание Лопеса. Война существовала дольше, чем жил любой из них, и непохоже было, что человечество собирается закончить ее в ближайшем будущем. Он боялся того, что единственным исходом, при котором война завершится при его жизни, будет победа килрати. Но скорее всего война заберет всех их и продолжится, чтобы забрать надежды и мечты другого поколения.

– Надеюсь, нас останется достаточно, чтобы поддержать ваше дело, Вакеро, – тихо сказал он.

– Не беспокойтесь, сэр. Мы сделаем это. И еще посидим с вами за тихим столиком, посмотрим на прекрасных женщин и послушаем музыку этой гитары…

– Вы все равно не слишком похожи на пилота, Вакеро, – сказал ему Блейр.

– Поймите меня правильно, сэр. Я делаю свою работу, чего бы это ни стоило. Но некоторые другие действительно любят убивать. Я… я делаю это потому, что это необходимо, но я не получаю от этого удовольствие. А когда это закончится, я уйду без всякого сожаления.

Командный зал, килратский носитель «Хвар'канн», система Локанда.

– Мой принц, прибыл шаттл с «Сар'храи». С бароном Вурригом и заключенным.

Тракхат, наследный принц Империи Килрах, обнажил зубы.

– Приведи их, Мелек, – сказал он, не скрывая презрения в голосе. Его когти подергивались в своих оболочках.

Два имперских гвардейца провели двоих новоприбывших к одинокому трону в конце Командного Зала аудиенций. Здесь, по давней традиции, благородный командир корабля выносил приговоры воинам, которыми командовал. Сегодня Тракхат снова поддерживал эту традицию.

– Мой повелитель, принц, – кхантахр барон Вурриг нар Тсахл встал на одно колено. Другой офицер, его лапы были в кандалах, неуклюже опустился на оба колена рядом с аристократом. – «Сар'храи» в вашем распоряжении, как всегда.

– Правда? – Тракхат одарил барона ледяным взглядом. – Я хотел, чтобы точка прыжка с Орсини была отрезана, а земной носитель поврежден до такой степени, чтобы быть неспособным помешать операции «Невидимая смерть». Но блокада была лишь отчасти эффективна, и атака на носитель была отражена без нанесения повреждений кораблю обезьян. Это точное описание ваших действий?

– Повелитель… – Вурриг дрогнул под его взглядом. – Принц, было очень много… трудностей, особенно из-за ренегата. Мы не могли нападать на корабли, которые он сопровождал, без риска нарушить ваш приказ…

– Этот все же нарушил его, по крайней мере, так сказано в вашем докладе.

– Да, принц. Это Аррак, летный командир. Он напал на предателя, несмотря на мои приказы не делать этого.

– Но Ралгха не пострадал?

– Нет, принц.

– Так что, Аррак, мало того, что ты непослушен, так ты еще и неумеха, так?

Аррак встретил взгляд Тракхата с неожиданным воодушевлением.

– В битве, повелитель, не всегда легко оценить положение, – дерзко сказал он.

Тракхат почувствовал нечто вроде восхищения. Командир знал, что обречен за свое непослушание, и встретил свою судьбу с гордостью воина. Барон Вурриг, с другой стороны, вилял, как дичь, убегающая от охотника.

– Пусть Аррак погибнет, как воин. Он может сразиться с любым бойцом или бойцами, которые сочтут за честь предать его смерти. – Тракхат заметил кивок Аррака. Он оставался гордым до самого конца. – Что до вас, барон… из-за вас мы должны отложить операцию «Невидимая смерть». Нам придется дожидаться подкрепления, чтобы быть уверенными, что земляне не сумеют помешать нашему удару. Вы освобождаетесь от должности командира «Сар'храи»… и понесете кару за вашу некомпетентность. Смерть… от изоляции. Конец труса – одинокого, всеми брошенного, отрезанного от мира до самой смерти от жажды, голода или безумия. Разберись с этим, Мелек.

– Принц… – начал Вурриг. Стражники схватили его и утащили, его мольбы о пощаде глухо звучали в зале.

– Мне жаль, что все закончилось провалом, принц, – тихо сказал Мелек, – но по крайней мере ренегату не причинили вреда.

19
{"b":"9022","o":1}