ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мой кар-карт, — настойчиво произнес Хулагар, — я сражался с этим скотом. Я видел их оружие, и я знаю ужасную мощь того оружия, которое было у нас. Если ты дашь им отсрочку, то мне страшно подумать, что они изобретут к тому моменту, когда мы уладим свои дела на юге.

— Тогда у меня тоже будет новое оружие, — воскликнул Джубади. — Мы освободим от убоя тех карфагенян, которые умеют делать пушки, а остальных съедим зимой, раз уж не удалось полакомиться русскими. Я буду следить за Суздалем и, когда настанет время, покончу с ним.

Джубади отвернулся от реки и увидел другого носителя щита.

— Ты ранен, Тамука? — обеспокоено спросил он.

— Это всего лишь пара ожогов, мой кар-карт.

— У тебя есть новости, — уверенно произнес Джубади. Тамука кивнул.

— Говори, — приказал кар-карт. Его голос неожиданно задрожал.

— Мы не нашли Манту. Я знаю, что он был ранен. Я протолкнул его в люк и после этого уже не видел.

— Значит, он погиб.

— Его нет на нашем берегу, мой карт. Либо он попал в плен, либо погиб. — Он погиб, — повторил Джубади и горько вздохнул. — Даже если скот взял его в плен, его «ка» не позволил бы ему жить после такого позора.

Кар-карт перевел взгляд на Вуку.

— Пойдем, сын мой, — тихо сказал он. — Нам нужно строить планы на будущее. — Джубади снова повернулся к Тамуке: — Прошу тебя снова стать щитоносцем зан-карта.

— Таково же и мое желание, — тут же добавил Вука.

Удивленный этими словами, Тамука склонил голову в знак согласия.

Кар-карт в последний раз посмотрел на ненавистный город. Выхватив из ножен меч, он провел его лезвием по своему предплечью. Из раны брызнула кровь. Вскинув клинок вверх, Джубади издал крик, полный ярости и боли, затем размахнулся и бросил меч в реку.

— Отметьте это место, — прорычал он, — ибо я вернусь за своим оружием.

Сделав Вуке знак следовать за собой, он развернул коня и поскакал прочь.

Тамука обменялся взглядом с Хулагаром.

— Он теперь единственный наследник, — прошептал щитоносец кар-карта. — Его нельзя трогать.

— Только пока он остается наследником, — ответил Тамука. — Но когда он станет кар-картом и у меня будет больше власти.

— Будь осторожен, — предупредил ею Хулагар.

— Возможно, тебе стоило посоветовать это Манту, — отозвался Тамука.

— Пора покинуть это проклятое место, — произнес Хулагар и сел на коня.

Тамука не спешил последовать его примеру. Его внимание было приковано к обнаженному скоту, стоявшему между двумя стражами.

— Взгляни в последний раз на то, что было твоим домом, предатель, — процедил он сквозь зубы. — У тебя был шанс стать хозяином всего этого.

Тобиас старался смотреть прямо перед собой, словно никаких мерков вокруг него не существовало.

— Ты боишься посмотреть мне в глаза, скот, не правда ли? — взревел Тамука. — Сегодня будет Праздник Луны. Ты знаешь, что это такое?

Тобиас хранил молчание и даже не повернул головы в сторону своих мучителей.

— Мы привяжем тебя к столу. Вот этой рукою я сдеру кожу с твоего черепа, пока ты еще будешь жив. Предатель, я расколю тебе череп, выну из него мозги и сожру их. Последним, что ты увидишь в своей жизни, будут твои мозги у меня во рту!

Тобиасу казалось, что он плывет по какому-то длинному темному туннелю, на другом конце которого находятся страшные глаза Тамуки, и все же он чувствовал, что в итоге победа осталась за ним.

Он плюнул в лицо Тамуке.

Зарычав от гнева, мерк ударил Тобиаса по лицу и сломал ему челюсть.

Вскочив в седло, Тамука подъехал к Хулагару.

Хулагар прикоснулся к его плечу:

— После того как закончишь с ним, приходи ко мне. Теперь, когда ты снова стал щитоносцем зан-карта, нам надо о многом поговорить.

Тамука кивнул:

— Надеюсь, я буду недолго занимать эту должность. Хулагар вопрошающе посмотрел на него.

— Не беспокойся, друг мой, — сказал Тамука. — Но если ты хочешь, чтобы твои молитвы были услышаны и чтобы мы вновь увидели Баркт Нум, нам надо быть более настойчивыми в достижении своих целей.

Не оглядываясь на оставшийся позади город, оба носителя щита тронулись с места.

Тобиас не почувствовал боли от удара и не поморщился, когда его, голого, привязали к седлу. Подняв голову, он мог видеть Суздаль и синюю колонну солдат. До него долетали возгласы горожан, знаменующие их триумф.

Кто был триумфатором, Кин? Да, конечно, Кин, и Ганс, и другие — сотни, тысячи, все они были триумфаторами. По щекам Тобиаса текли слезы, но ему хотелось смеяться. Что ни говори, а он тоже был среди триумфаторов.

Глава 20

Эмил вошел в президентский кабинет и обессилено рухнул в кресло. Все смотрели на него в тягостном ожидании.

— Ну как он? — наконец решился спросить Эндрю.

— У этого рыжего забулдыги здоровье быка, — ответил Эмил. — Температура спала. Час назад он проснулся и первым делом потребовал виски.

— Хвала Всевышнему! — воскликнул Винсент и с облегчением вытер пот со лба.

К своему изумлению, Эндрю увидел, что Ганс вытащил носовой платок и шумно высморкался.

— Обычный насморк, — тихо произнес он в ответ на недоуменный взгляд друга.

— Ты совершил чудо! — сказал Эндрю, хлопнув Эмила по спине.

— Просто повезло на этот раз, — отмахнулся доктор. — Тут сошлось много факторов. Он скинул свой заляпанный дерьмом мундир еще до того, как в него попала пуля, — иначе, уверен, его бы ничто не спасло. К тому же Пэт почти целый день ничего не ел и его вырвало в канализации, поэтому его желудок был пуст. Пуля закупорила стенку желудка, не давая соку выливаться из него, так что мне всего-то и надо было прочистить и зашить рану. — Эмил потер ладони. — Думаю, что карболовая кислота убила инфекцию, но она ужасно жжет руки, — заметил он. — Пожалуй, в будущем надо будет защищать их какими-нибудь перчатками.

— Впервые в жизни слышу, чтобы человек выжил после такого ранения, — восхищенно произнес Джон.

— Я тоже, — скромно ответил Эмил. — Раньше считалось, что в подобных случаях даже нет смысла делать операцию. Но не мог же я позволить ему умереть!

— Что с другими? — спросил Эндрю.

— Буллфинч с повязкой на глазу будет сильно смахивать на пирата. Да еще эти шрамы на лице… Но, по крайней мере, он выжил, и мне удалось спасти ему один глаз. Многие раненые страдают от сильных ожогов, но если вспомнить, каким адом обернулась эта кампания, то в конечном итоге все могло закончиться гораздо хуже.

— И все же почти две с половиной тысячи убитых и три тысячи раненых — это очень много, — вздохнул Калин.

Все грустно склонили головы, соглашаясь с этими словами.

Калин помолчал и бросил взгляд на покрытую кровавыми отметинами стену с множеством дырок от пуль.

— Что ж, он заплатил за это, — жестко произнес президент.

— Ладно, давайте закругляться, — бодрым голосом развеял мрачную атмосферу собрания Эндрю. — После того как я вернулся, у меня даже не было времени толком поговорить с Кэтлин. Джон, доложи обстановку.

Майна ухмыльнулся, ткнулся носом в свои записи и поднял глаза на Эндрю:

— Мы поднимем «Оганкит», а может быть, и все остальные затонувшие броненосцы. Если нам это удастся, у нас будет неплохой флот. Тогда мы сможем снять с наших кораблей рельсы и двигатели. Они принесут нам больше пользы на суше. Через пару недель я нагружу суда всем необходимым и отправлю их в Рим. С помощью Марка мы за три месяца восстановим железную дорогу, которая будет доходить прямо до Рима. По морю мы доставим несколько грузовых вагонов и паровозных станин сюда, в Суздаль, и уже через двадцать дней у нас будет возможность отправлять отсюда оборудование и материалы. К сожалению, мы лишились свыше восьми тысяч ружей и почти всего запаса пороха. Пороховой завод уже работает и производит полтонны пороха в день.

— Когда ты пустишь в ход оружейные мастерские, мы возместим эти потери. После этого мы будем делить продукцию поровну между нашей армией и римской.

115
{"b":"9024","o":1}