ЛитМир - Электронная Библиотека

Вражеский корабль прошел рядом с ним. В бессильной ярости Эндрю выхватил револьвер и сделал несколько выстрелов по карфагенскому судну, сознавая, каким идиотом он должен выглядеть со стороны.

«Антиетам» продолжал погружаться, лежа на правом борту; его нос высоко торчал из воды. Карфагеняне бросились безжалостно добивать поверженного врага. Их броненосец протаранил борт «Антиетама» посредине, и над водой пронесся скрежещущий звук, сменившийся грохотом. Поняв, что корабль потерян, Эндрю кинулся к люку, открыл его и спустился в рулевую рубку.

Буллфинч лежал у задней стены рубки, с его изуродованного лица стекала кровь. Губы моряка судорожно дрожали. Рядом с ним поперек люка распростерлось тело сигнальщика. Эндрю с ужасом уставился на обезглавленный труп. Стена, на которую он оперся, была забрызгана кровью и мозгами, повсюду валялись обломки костей. Выстрел «Оганкита» пришелся на носовую часть рубки, которая вся смялась от удара такой силы.

Эндрю склонился над переговорной трубой:

— Машинное отделение!

— Что у вас там творится? Полковник, это вы? — раздался голос Фергюсона.

— Руль на борт!

— На какой?

— Левый!

Эндрю отодвинул в сторону тело сигнальщика и открыл люк.

— Мне нужна помощь!

Внизу мгновенно возник О'Мэлли. Эндрю подтащил Буллфинча к отверстию и начал осторожно опускать его вниз.

— Я ничего не вижу, — стонал юноша. — Мои глаза!

— Все будет хорошо, — успокаивал его Эндрю, поддерживая Буллфинча сверху, в то время как О'Мэлли тянул его за ноги снизу.

— Еще один, — крикнул Эндрю, после того как Буллфинч оказался на батарейной палубе. Он протолкнул в люк тело сигнальщика. К сожалению, в рубке не хватало места, чтобы опустить труп ногами вниз.

Обезглавленное тело упало на батарейную палубу, и пораженные канониры разразились криками ужаса.

Вдруг Эндрю сообразил, что корабль продолжает совершать разворот. Он бросил взгляд вперед, но рубка была так искорежена, что с этой стороны не было никакого обзора. Эндрю выпрямился, высунул сквозь верхний люк голову наружу и снова скрылся в рубке.

— Прямо руля! Так держать! Да, ему предстоит непростая задача: командовать кораблем, постоянно высовываясь наружу и затем ныряя обратно, к переговорной трубе.

«Суздаль» описал широкую дугу. В нескольких сотнях ярдов от них шел страшный бой. Карфагенские броненосцы окружили его корабли и обменивались с ними пушечными залпами. «Оганкит» отделился от общей массы броненосцев и направился на восток, атакуя галеры. Карфагенские галеры следовали за своим флагманом.

Нос «Антиетама» почти вертикально торчал из воды, и вода затопила его орудийную башню. Люди спешили выбраться сквозь люки наружу; вражеский броненосец, потопивший их, пятился назад.

— Фергюсон, самый полный вперед, выжми из машин все, что можно! И возьми чуть-чуть левее.

«Еще минуту, ублюдки, — подумал он. — Еще минуту».

— Нас сейчас протаранят!

Винсент поднял голову и увидел, что из скопления кораблей вырвалась карфагенская галера, которая на полной скорости несется прямо на них.

— Выруливай! — взревел Марк.

Вдруг рядом с правым бортом упало вражеское ядро, и в воздух взметнулись обломки весел. Марк выругался про себя. Мало им этой карфагенской галеры, так теперь к ним на всех парах летит огромный броненосец! Соседняя галера попыталась увернуться от столкновения, но броненосец врезался ей точно в нос. Несчастное судно перевернулось и пошло ко дну, а карфагенский корабль даже не замедлил хода.

— Разворачиваемся! — прокричал Марк. — Гребцы левого борта, прекратить греблю!

Большинство гребцов тут же подняли весла, но некоторые продолжали отчаянно грести, не понимая, что им делать. Все же усилиями гребцов правого борта корабль развернулся.

Карфагенская галера пролетела мимо. Раздались мушкетные выстрелы, в воздухе замелькали копья.

— Опускай кормовой корвус, — скомандовал Марк.

Тяжелая доска обрушилась вниз, железный крюк вонзился в палубу в средней части вражеской галеры. Во все стороны разлетелись щепки, сцепленные корабли начало разворачивать, и мостик изогнулся. Болты, крепившие его к столбу, не выдержали. Мостик заскользил по палубе и упал за борт «Рима», при этом карфагенская галера обзавелась дополнительным якорем, который не давал ей возможности маневрировать.

— Мушкетеры, на левый борт! Задайте им перцу! Гребцы правого борта, продолжать греблю!

Раздался нестройный залп, и карфагенские гребцы обмякли у своих весел. «Рим» снова приблизился к вражескому судну, почти касаясь своим носом его кормы.

— Носовой корвус!

На этот раз оба корабля оказались прочно сцепленными между собой.

— На абордаж!

Римские моряки вскочили со скамей и кинулись по мостику на карфагенское судно, а русские солдаты продолжали поливать неприятеля свинцовым дождем.

— Вперед! — воскликнул Марк, вынув из ножен меч, и устремился к мостику. Охваченный жаждой боя, Винсент выхватил револьвер и последовал за ним. С карфагенского корабля продолжали сыпаться копья. Первая волна атакующих добралась до врагов, в узкой полоске воды между двумя судами уже плавало несколько тел.

Раздался еще один залп; расстояние было таким близким, что те пули, которые не попали в карфагенян, пробили оба борта галеры.

Добравшись до корвуса, Марк взбежал на него. Винсент не отставал от него ни на шаг. У дальнего конца мостика бушевал настоящий бой. Солдат, бежавший перед ними, свалился в море с копьем в боку. Винсент пригнулся и прибавил шагу. Вдруг прямо перед ним возник карфагенянин, который тут же замахнулся на него мечом.

Винсент расхохотался и выстрелил ему в лицо. — А вот и я! — воскликнул он, спрыгивая на палубу неприятельского судна.

— Давай, О'Мэлли! Огонь! Палуба затряслась у него под ногами.

— Попал!

В корме вражеского броненосца появилась дыра.

— Мы можем протаранить его! — закричал Эндрю. — У нас получается! Право руля!

Подбитый корабль медленно разворачивался. Ничего, не уйдет! Нос «Суздаля» нацелился точно на корму неприятеля, который всеми силами старался избежать тарана.

Эндрю прижался к стене рубки и приготовился к столкновению.

Удар пришелся по касательной. Нос «Суздаля» скользнул вдоль борта карфагенского броненосца, содрав с него несколько бронированных пластин.

Из вражеской орудийной башни столбом валил дым, и Эндрю увидел раненого солдата, вылезающего наружу сквозь боковой порт.

На пару секунд его взгляду открылась пробоина, сделанная их снарядом. Ядро пробило и броню, и несколько слоев древесины. Из трюма до Эндрю донеслись душераздирающие крики. «Суздаль» вышел на чистую воду, а поврежденное судно осталось беспомощно кружиться на месте у него за кормой.

Эндрю склонился над переговорными трубами, ведущими на батарейную палубу и в машинное отделение: — Один готов! Отличный выстрел! Как Буллфинч и предупреждал, таран оказался куда более сложной штукой, чем представлялось. По крайней мере в этот раз залогом успеха стала меткая стрельба. Эндрю шумно перевел дыхание и бросил взгляд на море. С востока к нему спешили его галеры. Основная борьба развернулась сейчас примерно в миле от берега, где карфагенские корабли теснили левый фланг его флота. Броненосцы разбились на пары и кружили друг возле друга, обмениваясь выстрелами из пушек.

Рядом с ним на воде покачивалось уже несколько десятков галер, их капитаны разворачивали их.

— Мне нужен горнист! — крикнул Эндрю. — Средний вперед!

Мгновение спустя из люка поднялся юный суздалец, одетый в синюю форму 35-го полка. При виде забрызганных кровью стен рубки на его лице отразился испуг.

— Вылезай наружу, — приказал Эндрю.

Юноша начал было что-то мямлить; в его глазах плескался ужас.

— Давай, парень, ты мне нужен!

Суздалец бросил взгляд наверх и выбрался по трапу на палубу.

— Труби сигнал возвращения. И погромче!

— Держи курс на римские галеры! — кричал Тобиас своему рулевому. — Круши все на своем пути!

98
{"b":"9024","o":1}