ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Направившись на кухню, Ноэль налил себе еще одну чашку черного кофе, переключив свои мысли с Пич на вчерашнюю встречу поздно вечером. Он надеялся, что Артур Оранелли уже на его стороне, потому что Оранелли имел больше влияния в индустрии, чем кто-либо. Билл Мастерз, похоже, согласится с Оранелли, и их совместный авторитет и поддержка как в совете, так и на Уолл-стрит, приблизят к нему его мечту. Нервы Ноэля напряглись, когда он представил себя на этом месте, на самом верху башни, обладателем трона — и власти. Заряженный нервным волнением, он выпил еще одну чашку черного кофе и продолжал ходить по своей квартире, ненавидя пустые окна, которые отрезали его от Детройта. В конце концов Ноэль бросился на диван и снова набрал номер во Франции. На этот раз было занято, бросив трубку и прождав десять минут, он опять набрал номер. Ноэль стал звонить каждые десять минут, но все время было занято. Пич сняла трубку, чтобы телефон не звонил.

Приглушенный телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Он с надеждой схватил трубку.

— Да! — прокричал Ноэль.

— Мистер Мэддокс? Вам звонят из агентства международных линий. Мы рады сообщить вам, что, по прогнозу, туман рассеется к часу дня и ваш рейс по новому расписанию назначен на час сорок пять. Над Нью-Йорком ясное небо, и вы легко сможете там пересесть на самолет до Парижа. Мы забронировали вам место на «Эйр-Франс», рейс в шесть тридцать. Вы подтверждаете оба рейса, сэр?

— Отлично. Я выезжаю. — Повесив трубку, Ноэль облегченно вздохнул. Он вылетит из Парижа самолетом в Ниццу и будет на вилле следующим утром. Ноэль вспомнил дрожащий голос Пич по телефону, холодный и далекий… Видит Бог, он не хотел причинять ей боль! И надо найти способ помириться с ней, убедить, что это ничего не означало… Но он никогда не сможет объяснить ей, почему той ночью ему оказалась нужна Клер Антони или почему он искал успокоения в ее объятиях… только ему одному было известно, какое страшное нервное напряжение овладевало им каждый раз, когда предстояло взять еще один барьер на своем пути.

Он взглянул на часы. Двенадцать — он может уже отправляться в аэропорт, не имело смысла больше ждать — на дороге, наверное, еще туман.

Взяв пальто и сумку, Ноэль щелкнул выключателем, отключил проигрыватель и направился к дверям. Снова зазвонил телефон, и он беспокойно оглянулся. Черт, кто это мог быть? Может, Пич? Бросив сумку, он торопливо прошел в комнату.

— Ноэль?

Это был Билл Мастерз, и Ноэль застыл, весь во внимании.

— Дa?

— Рад, что поймал вас. Оранелли сказал, что вы уезжаете сегодня во Францию, но я подумал, что туман задержал вас. Сразу скажу, в чем дело, Ноэль. Артур и я поразмыслили над вашими предложениями, и мы оба одобрили то, что услышали от вас. Предстоит жестокая схватка, Ноэль, но мы оба хотим видеть вас председателем «Грейт Лейкс Моторс».

— Спасибо, Билл. Я очень ценю вашу поддержку, — ответил он, чувствуя, как внутри все взорвалось от радости.

— И я, и Артур поддержим вас на этой неделе, но у нас нет ни малейшего сомнения, что вы сами лучше всех себя подадите. Поэтому мы хотели бы, чтобы вы остались в Детройте. Ноэль, как вы думаете, ваша французская компания может обойтись без вас дней десять?

Бледно-желтое солнце наполнило комнату своим светом, как только туман рассеялся, открывая Детройт его взгляду. Ни минуты не колеблясь, Ноэль ответил:

— Я останусь здесь, сэр, столько, сколько будет нужно.

71

Погода на юге была не по сезону теплая. Несколько припозднившихся отпускников собрались вокруг бассейна в «Хостеллери», впитывая октябрьское солнце, как ленивые сонные животные. Пич бродила по безупречно подстриженным садам, оборачиваясь то и дело на берег, где маленький Чарльз радостно возился под зонтиком со своей няней. Она подумала о ребенке, которого носила в себе уже четыре месяца, о еще не родившемся ребенке Ноэля. Он был очень взволнован, когда услышал, что она вновь беременна.

— Мы заполним эту детскую детьми, — сказал он со счастливым видом, — пусть они разбудят этот огромный старый дом. Новое поколение Мэддоксов как следует потрясет кошелек старых де Курмонов!

Пич помнила, как смеялась над его возбуждением, довольная, что на этот раз он не чувствовал беспокойства, которое владело им перед рождением Чарльза. Ноэль перестал винить во всем свою неизвестную мать. То, что происходило в его жизни, стало уже делом его собственных рук. И этими же руками он уничтожил любовь и доверие, которые были основополагающими в их отношениях. Прошла уже неделя с тех пор, как Марианна передала его сообщение, что он вынужден задержаться в Детройте по делам, — хотя почему ему нужно было оставаться в Детройте так долго, когда его собственная компания здесь, во Франции, было выше ее понимания. Будь проклят этот Детройт, если бы Ноэль любил ее, он сел бы в первый же самолет, спеша оказаться рядом с ней и все объяснить, попросить прощения… Боже, почему Ноэль не поступил именно так, почему, почему? Вместо этого он оставляет ее одну, обиженную и оскорбленную. Странно, что неверность Гарри никогда не трогала ее до глубины души, но с Ноэлем она чувствовала себя раздавленной из-за того, что ее любви оказалось для него недостаточно. Ноэлю нужно было нечто большее, чем Пич могла предложить. Означает ли это, что она была плохой женой? Не она ли сама была виновата? Неуверенная в себе и неспособная понять Ноэля, Пич пошла обратно к вилле.

— Месье Мэддокс снова звонил, мадам, — сказала ей Марианна, — Поговорите с ним в следующий раз, пожалуйста. Ничего хорошего из вашего молчания не получится.

Пич кивнула головой.

— Ты права, Марианна.

Ради Чарльза и будущего ребёнка надо было принимать решение.

Она лежала в постели, когда раздался, наконец, телефонный звонок.

— Пич, я в аэропорту Ниццы, — сказал Ноэль. — Через час буду дома.

Дома. Он до сих пор считал это своим домом… и несмотря на обиду, сердце Пич подскочило, когда он назвал ее по имени.

— Ты слушаешь меня? — Голос Ноэля звучал обеспокоенно.

— Да, слушаю, — ответила Пич.

— Тогда до скорой встречи. Как Чарльз?

— С ним все в порядке.

— А ты, Пич?

— Увидимся позже, Ноэль, — сказала она, вешая трубку.

Уже повесив трубку, Пич поняла, насколько она оскорблена. Ноэль, видимо, решил, что она со своими чувствами может и подождать, пока он не закончит свои непонятные дела, которые задержали его в Детройте, — бизнес или любовная интрижка, Пич не знала и не хотела знать. Он приедет сюда, воображая, что, как только попросит прощения, она сразу же бросится в его объятия — как, без сомнения, поступали другие женщины. Господи! Как она на него зла! Пич готова была раздавить его своим гневом, ранить его так, какранил ее он!

Ноэль никогда раньше не видел Пич в таком состоянии. Она туго стянула волосы в узел, а ее четкие, словно высеченные из камня черты лица, унаследованные его от бабушки, хранили печать глубокой усталости. Пич словно заледенела в своем гневе, и, казалось, можно было откалывать от нее кусочки льда. И смотрела она на него темными и холодными глазами своего деда.

Он протянул навстречу ей руки, но она продолжала стоять у камина, не замечая этого.

Ноэль пожал плечами.

— С чего мне начать? — спросил он.

Пич окинула его ледяным взглядом.

— С той ночи две недели назад, а может, пойдем еще дальше? Сколько еще ночей ты провел с ней?

— Не было других ночей, Пич, — во всяком случае, после того, как я встретил тебя. Эту женщину я знал задолго до тебя, Пич. Я клянусь, что все не так ужасно, как кажется. Это не было чем-то запланированным. Просто так сложились обстоятельства. Мы встретились совершенно случайно…

— Я понимаю — вспомнили старые времена?

Ноэль вздохнул.

— Нет, и не ради старых времен. Так получилось, что у Клер в тот момент было очень тяжело на душе, она чувствовала себя одиноко, и я тоже…

— А как же я? — Крик Пич был исполнен душевной муки. — Мне было так же одиноко, как и тебе, но мне достаточно того, что я жду тебя. Я ведь не думала о том, как скрасить ночи С другими мужчинами. Почему у тебя было по-другому?

102
{"b":"903","o":1}