ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Что… давно это началось? – Алекс вошел в комнату, осторожно переступая через немощные тела на полу. – Что происходит?

– Старики говорят, что нас собралось слишком много в одном месте, – объяснил Лен, идя рядом и пытаясь веником расчистить Алексу дорогу. – Так не полагается. Вызывает драки, но мы старались не ссориться, потому что знали, что нашим родичам некуда идти. А скученность вызывает болезни. Так бывает. Случалось раньше. А здесь еще и крысы. Они тоже умирают. Может быть, это какая-то их болезнь. Ты не принес с собой Пылинку? – заботливо спросил он.

– Нет, она дома… Лен! Разве нет лечения? Вы не пытались получить помощь?

– Некоторые говорят, что мы сами виноваты: не послушали Клака, не послушали духов. – Лен прищурился. – Нас тут было битком, когда он пришел; он предупреждал, но мы ничего не сделали. И начали болеть. Чем хуже становилось, тем больше Клак убеждал нас сражаться, как делали предки во времена перенаселения. Но… потом пришел ты и остановил его. – Лен хрипло, со свистом, вздохнул. – Но прежде чем уйти, Клак в последний раз предупредил нас. Он сказал, что все, кто заключил союз с хуманами, пострадают и умрут. Мы не хотели верить ему. Мы думали, что сможем остановить это – здесь. Но теперь… это со всеми, кто вступил в армию. Духи разгневаны, и мы сами виноваты…

– Нам надо что-то делать, найти другого шамана, который сможет помочь…

– Клак убил остальных, помнишь? – Лен покачал головой. – И все считают, что, если хуманы узнают о болезни, если мы попросим их о помощи, они выгонят нас и убьют, чтобы это не распространилось на хуманов. Такое уже бывало. – Он поднял глаза. – И может быть, они правы. Я помню, хуманские солдаты были слишком больны, чтобы приходить на занятия.

– Но это же просто грипп! – возразил Алекс. – Лен, их болезнь не имеет ничего общего с этим! Если бы хуманы мерли, как кры… как мухи, вот так, я бы знал об этом!

– Ты так считаешь. Но мы тоже знаем, как думают хуманы, – сказал Лен и ласково коснулся одного из съежившихся тел. – Трит? Проснись…

Трит, закутанный в грязное одеяло, повернулся, и Алекс опустился на колени. Ноздри и уголки глаз молодого грыза были испачканы кроваво-красными выделениями.

– Алекс? – прошептал он.

– Им следовало сказать что-то, следовало рассказать мне, может быть, мы смогли бы сделать что-то до того, как все зашло так далеко, – пробормотал себе под нос Алекс и взял когтистую руку Трита, горячую от лихорадки. – Трит, как ты себя чувствуешь? Что происходит?

– Слабость. Усталость. Холод, – прошептал Трит, и Лен слабо кивнул.

– Я заболел дня три назад, – сказал Лен. – Он – с неделю. – Лен поднес брату кувшин с водой, тот глотнул, поморщился и снова лег. Лен добавил, понизив голос: – Лиск проболел две недели. Дольше всех. Ты просто соскальзываешь… и больше не просыпаешься. Тонешь в собственных легких.

– Это ужасно! Пожалуйста, вы должны позволить мне помочь вам, рассказать кому-то…

– Решать не нам, Алекс. – Лен уныло дернул себя за усы. – Тебе придется убедить… всех.

– С кем мне поговорить? Есть у вас совет старейшин, что ли?

Лен медленно повел хвостом, грызя веник.

– Все просто… происходит. Не могу по-настоящему объяснить по-хумански.

– Я попробую. Сделаю все возможное, – сказал ему Алекс. – А если не сумею, то сдержу слово, но сделаю все, что смогу, чтобы самому найти способ помочь вам.

Лен медленно кивнул, не глядя на Алекса.

Алекс вышел из примитивного чумного барака и вернулся в длинный коридор. Наверху его встретили грызы, не приближаясь из страха заразиться. Эрк уже вернулся; он сжимал в руке дубинку и скалил зубы, но держался на безопасном расстоянии.

– Коридор в одну ширину, – резко сказал Эрк. Так грызы измеряли зазоры. – Ты знаешь нашу тайну, но мы не можем убить тебя, не подвергнувшись из-за этого той же опасности, как если бы наша тайна стала известна.

– Я не выдам вашу тайну, – ответил Алекс, – ведь я обещал. Но если вы освободите меня от обещания, позволите мне рассказать хуманам, я уверен, они захотят помочь…

– Нет! Разве не твоя помощь довела нас до этого? – резко оборвал его Эрк. – У нас все было прекрасно, а потом ты, ты рассердил Бельтара и подсказал ему идею для тех башен!

– Я никогда!.. – начал Алекс, но Эрк перекричал его.

– Ты вынудил всех этих переселенцев перебраться сюда! Согнал всех в кучу, потеснил нас, разгневал духов…

– Многие эти переселенцы – наши друзья и родичи, Эрк! – крикнула незнакомая Алексу желтовато-коричневая самка. – Мы не можем прогнать их!

Эрк что-то завизжал в ответ по-грызски. Алекс смог разобрать лишь несколько слов. Стоявший поблизости Флип привлек его взгляд.

– Всегда на грани драки, – сказал он. – Очень упрямый.

Тут раздался шум, и из коридора ввалились, что-то визжа, три перепуганных грыза; один из них прыгал на трех лапах, волоча заднюю ногу, у другого шла кровь из носа. За ними донеслись характерные глухие звуки шагов хумана. Собравшиеся грызы подались назад и схватились за самодельное оружие, когда из-за угла появился Темит; на нем по-прежнему была ночная одежда, а за голову цеплялась Пылинка.

– Алекс! Вот ты где! – крикнул он, увидев анимиста. – Твоя крыса просто обезумела, и я решил, что ты в опасности!

– Нет-нет, все хорошо, – многозначительно сказал Алекс, оглядывая грызов, которые пищали и переглядывались. – Просто небольшое недоразумение.

– Интересно, почему тогда они решили напасть на меня? – сказал Темит, глядя на прибежавших впереди него грызов.

Те избегали его взгляда и смотрели на других грызов, которые быстро растолковали им, что происходит.

– Вероятно, просто еще одно недоразумение, – ответил Алекс. – Уверен, теперь все поняли и все в порядке, и мы просто уйдем, верно?

– Да, все хорошо, все прекрасно, – процедил сквозь стиснутые длинные зубы Эрк; рубиновые глаза пристально смотрели на Алекса. – Ты тоже можешь уйти.

Пылинка хотела перескочить на хозяина, но Алекс приказал ей пока держаться подальше. Она, надувшись, цеплялась за голову Темита, когда они выбирались из катакомб к свежему утреннему воздуху и солнцу.

Вернувшись во дворец, Алекс помылся, оттер всего себя грубым мылом и поставил всю одежду кипятиться в мыльной воде в котелке на установленной в ванной печурке. Потом, надев свежую одежду, пошел в кабинет Темита, где Пылинка деловито исследовала один из захламленных столов, а сам ученый рылся на книжных полках, выбирая тома и сваливая их на стол.

– Алекс, – сказал Темит, когда анимист подошел к Пылинке, просившей, чтобы ее взяли на руки. – Так что там насчет чумы?

Пылинка прыгнула Алексу на грудь и взобралась на плечо. Лицо Алекса застыло.

– Что, господин? – спросил он, стараясь, чтобы это прозвучало невинно.

Темит закрыл книгу и вздохнул.

– Я так и думал, что они сделали что-то такое; вероятно, взяли с тебя слово молчать? Они что-то такое упоминали. Сомневались, могут ли доверять тебе. Уверен, могут. Но они говорили о чуме, смерти и страхе перед возмездием хуманов, и мне все это не нравится. Теперь либо ты объяснишься, что, надо бы, мне кажется, упомянуть, является частью твоего долга перед королем, либо я отправлю туда Генерала с войсками, и мы сами выясним, что к чему.

– Ты говоришь по-грызски, – уныло предположил Алекс.

Темит пожал плечами.

– Читаю и пишу я лучше, чем говорю, а теперь, с возрастом, стал хуже слышать их речь, но… – Он покачал головой. – Однако фразу «Нам следовало бы убить их сейчас!» повторяли достаточно часто, чтобы я уловил идею.

– Они не такие! – запротестовал Алекс. – Хуманы всегда считают их злыми и порочными. Грызы точно такие же, как мы, но они столько лет во всем оказывались крайними, что…

– Я не говорил, что они злые, Алекс, и если бы мы действительно считали их столь ужасными, разве мы впустили бы их сюда? Король во многом прислушивается к тебе, но поверь мне, если бы мы были против, их бы здесь не было. А теперь расскажи мне о чуме.

50
{"b":"9036","o":1}