ЛитМир - Электронная Библиотека

— Как ты думаешь, мы остались единственные? — спросил Арси спустя минуту. Голос его прозвучал едва ли не жалобно. Несмотря на солидный возраст, он сохранил некую внешнюю невинность, весьма удобную для человека его профессии. Сэм придвинул стул себе и уселся.

— Единственные в чем? — спросил он.

— В том, что не отбелились. Не стали хорошими людьми, законопослушными людьми, людьми, помогающими старушкам, — одним словом, приличными. — Для пущей выразительности Арчи плюнул на пол.

— Не знаю… — Сэм закутался в плащ, словно чувствуя неловкость. — Ну, нет, конечно. Я хочу сказать — зло существовало всегда — с тех пор, как появился разум…

— Ох, паренек! Не стал бы я называть нас злом… — прервал его Арси, обиженно распахнув глаза. — Чересчур самостоятельны, это правда, и, быть может, не слишком сострадательны к ближнему…

— Я бы тоже не стал. Но ты же понимаешь, что нас видят именно такими. Только потому, что парень гордится своей работой, его клеймят, как злодея! — Сэм оскорбленно всплеснул руками. — Я — убийца! Это моя профессия! Больше я ничего не умею! — Он вздохнул. — Не знаю, единственные ли мы, Арси. И сказать по правде, меня это не интересует. Пошли отсюда. Мне здесь как-то не по себе.

— Больше, чем где-нибудь в другом месте, паренек? — Сэм сделал вид, что не расслышал.

— Пошли, — повторил он, вставая. Черный плащ красиво завихрился.

Арси выбил трубку и спрятал ее в карман.

— Пошли? Куда пошли?

— Куда же еще?

— Ну да! В таверну.

«Пенный Бобр» был замечательным заведением — крепкие столы и чистая солома на полу. Арси и Сэм, разумеется, уселись в дальнем углу, где было темнее: торговцы и горожане пялились на черный плащ Сэма и нервно перешептывались. В таверне было тесно, накурено и шумно. Потягивая третью пинту эля, Арси наблюдал за Сэмом, с мрачным видом сидящим перед кубком темно-красного вина. Вдруг бариганец нахмурился, отчего его кустистые рыжие брови сдвинулись, а лицо стало похоже на печеное яблоко.

— Лучше бы тебе поменять одежду, Сэмми. Люди болтают.

Сэм негромко фыркнул:

— Ну и пусть болтают. Переодеваться не собираюсь. Кроме одежды, ничего не осталось. Это все, что у меня есть. И… — он икнул, — это все, что я есть. — Его темные волосы сально поблескивали в тусклом свете. — Я нюхаю, следовательно, существую, — хихикнул он.

Арси разозлился. Сэм никогда не умел пить. Слабаки они, эти шестиземцы. Хотя, конечно, последние недели выдались не из лучших. Слухи, доходившие до него, в точности соответствовали истине. Древние гильдии контрабандистов, воров и убийц, разбойничьи шайки, пиратские корабли — все подобные организации дружно вставали на путь добра. Собственно, это началось уже давно, многие месяцы тому назад, если не годы, но он был слишком занят делами и ничего не замечал. А потом в один прекрасный день последние члены его гильдии бросили свои последние взносы ему на стол вместе с заявлениями об уходе — и ушли. Что касается других — так те просто исчезли, даже не дав себе труда соблюсти эти последние формальности. Одни покинули город, другие стали торговцами или ремесленниками. А среди аптекарей и мясников он нередко встречал бывших коллег Сэма. Просто отвратительно! Годы обучения… Умение бесшумно взобраться по любой стене, незаметно влезть в любой карман, с едва слышным звоном вскрыть любой самый сложный замок, раствориться в тенях и остаться незамеченным… Все забыто! Все псу под хвост! Арси вновь посмотрел на своего спутника. Взять, к примеру, хоть его. Он много лет не прикасался к спиртному. Почему? Потому, что руки его должны оставаться надежными и сильными — настолько сильными, чтобы одним движением сломать позвоночник. Потому что глаза его должны быть зоркими — настолько зоркими, чтобы в темноте разглядеть полет мотылька. Потому что походка его должна быть уверенной и бесшумной. Потому что его организм должен быть крепким — настолько крепким, чтобы нейтрализовать такую порцию яда, которой хватило бы на десятерых обычных мужчин. Потому что он должен владеть собой — настолько, чтобы без стона отрезать самому себе руку.

«А теперь, — думал Арси, — теперь толку от него как от козла молока — вот он и хихикает уже со второго кубка. Даю ему год, самое большее — два, чтобы присоединиться к своим жертвам на том свете. Ты, Сэмми, отдашь концы, не успев отбелиться».

Сэм начал что-то напевать себе под нос. Ничтожество!

— Нам пора, паренек. Пошли.

Они встали и направились к выходу. Глядя, как Сэм с осовелым видом отсчитывает хозяину таверны горсть монет, Арси решил, что надо бы отвести приятеля обратно в бывшую гильдию, пока его опьянение не перешло в агрессивную стадию. По пути к двери он обратил внимание на толстый кошель на поясе у одного из мужчин, который был очень кстати закрыт от остальных краем стойки. Маленький рост не лишен преимуществ, подумал Арси и, почти бессознательно применив «неловкий шаг», срезал тесемки кошеля остро заточенным краем серебряной монеты. Его коротенькие, но ловкие пальцы подхватили кошель, не дав ему упасть на пол…

ЩЕЛК!

Арси пронзительно вскрикнул: устройство, напоминающее капкан, захлопнулось на его пальцах, что мгновенно вызвало совершенно неуместное в данной ситуации внимание со стороны присутствующих.

«Чтоб мне лопнуть! — обругал себя бариганец. — Фицарьянская кошелеловушка! Теряю форму. — Растирая пальцы, он с досадой глядел на посетителей, тесным кольцом окруживших их с Сэмом. — Не встречал их уже целый век…»

Посмотрев на Сэма, он улыбнулся и пожал плечами. Сэм провел ладонью по лицу. Убежать от толпы добропорядочных горожан еще никому не удавалось. Арси почувствовал, как ему на плечо легла твердая рука в перчатке. Он задрал голову и, взглянув в строгое лицо городского стражника, жизнерадостно ухмыльнулся и приподнял шапку.

* * *

— Опять я из-за тебя угодил в переделку, Арси.

— Они бы тебя отпустили, не будь ты в своей униформе.

— Освободиться не можешь?

— Я, конечно, ловкий парень, но, боюсь, не настолько.

Сэм всмотрелся в полумрак: бариганец был буквально растянут по противоположной стене; цепи охватывали его шею, торс, запястья и щиколотки. Для упрощения обыска стражники сняли с него всю одежду, оставив только штаны, и, естественно, забрали оружие и наборы отмычек. Арси пошевелил пальцами босых ног в знак полной беспомощности.

— Похоже, эта тюрьма построена специально для тебя, — заметил Сэм. После вина его одолевали сонливость, грусть и отупение.

— А что, я бы не удивился. У одного из охранников давно на меня зуб. Они поклялись, что если поймают меня… — Он попытался пожать плечами и криво улыбнулся.

Несмотря на перемены, происшедшие в остальном мире, камера выглядела почти успокаивающе традиционно. Здесь было тесно, мрачно и темно, на полу валялась полусгнившая солома. Висящий за дверью факел отбрасывал причудливые тени, и Сэм с тоской наблюдал, как они играют на стенах. Время от времени в коридоре гулко капала вода — а потом к этому звуку прибавился другой, но столь же безошибочно узнаваемый звук шагов.

— Кто-то идет.

Спустя мгновение брякнули ключи, звякнул замок, и дверь со скрипом открылась. В камеру вошли Оурф, капитан городской стражи, и Миззамир, самый знаменитый и могущественный волшебник в мире. Узники изумленно уставились на них. Оурф, коренастый воин, в последнее время от чересчур спокойной жизни слегка располневший, осмотрел Арси и Сэма и удовлетворенно хохотнул, от чего его кольчуга мелодично зазвенела. Сэм обратил внимание на то, что меч капитана закреплен в ножнах «узлом мира».

«Похоже, дела обстоят на редкость плохо… вернее, на редкость хорошо», — подумал он.

— Хо! — радостно воскликнул капитан, тыкая Арси пальцем в живот. После этого он погладил Сэма по голове и с отвращением вытер испачканную черным жиром ладонь о его же куртку. — И что тут у нас? Парочка нарушителей спокойствия. Эх, бедняги, неважная у вас жизнь пошла, правда? Вечно прячетесь, спите вполглаза, того и гляди прикончат в каком-нибудь переулке…

2
{"b":"9037","o":1}