ЛитМир - Электронная Библиотека

— По правде говоря, скорее не стоит, — ответила Валери и, прежде чем кто-то успел сообразить, что к чему, вдруг повернулась и бросилась к выходу из пещеры. На мгновение Бхазо застыл, а потом лицо его исказилось от гнева, и он завопил:

— Аааааааааааааааааааарррррррррррррргггггггг!

От этого крика вздрогнули стены. Из пропасти вырвалось пламя и метнулось вслед убегающим за Валери злодеям. Потом свод за их спинами с грохотом обрушился, но вопли не утихали.

— Обязательно нужно было так его злить? — возмущенно спросил Арси, когда они наконец догнали Валери на середине склона. Колдунья рассматривала пергамент с песенкой Бхазо.

— Готов поспорить, ей не хотелось расставаться с амулетом, — усмехнулся Сэм.

Кайлана и Черная Метка посмотрели наверх, где на фоне вечернего неба виднелись густые клубы дыма и все еще разносились глухие крики.

— Конечно, не хотелось! Или ты за сумасшедшую меня принимаешь? — хладнокровно ответила Валери, сворачивая свиток.

Робин ждал их, сгорая от любопытства, но они ничего не стали ему рассказывать, предпочитая, пока это возможно, хранить свою тайну. Отряд достиг перевала как раз тогда, когда рассвет начал окрашивать небо в розовые и сиреневые тона. Валери посмотрела вверх и, нахмурившись, надвинула на лицо капюшон.

— Положение ухудшается с каждой минутой, — сказала она остальным. — Природа скоро не выдержит такого количества Света… Надо как можно скорее открыть Врата, иначе будет уже слишком поздно.

Спускаясь, они не встретили никого, кроме немногочисленных животных и заброшенной стоянки знаменитой когда-то разбойничьей шайки Краснонога. Далеко наверху дымилась, распространяя зловоние, черная трещина, и если бы кто-то стоял рядом, он расслышал бы негромкий смех и слова, произнесенные охрипшим от крика голосом:

— Я знал, что это случится…

Зеленый отряд состоял из бывших героев и искателей приключений, которых объединяла общая любовь к борьбе со злом. Начинался он с товарищей юности сэра Фенвика, а теперь насчитывал около ста пятидесяти человек — небольшая армия, в которой, кроме замечательных лучников и меченосцев, были белые маги и даже несколько жрецов. Конечно, многие гибли в сражениях с натуанами, горными троллями и злыми драконами, но отряд был известен, и всегда находились юноши, мечтающие сражаться в его рядах. В мирное время члены отряда не отличались от обычного гражданского населения Глинабара, столицы Трои, но, когда над сигнальной башней замка Чистолунья поднимался зеленый флаг, они надевали доспехи и собирались у каменного замка, стоящего среди поросших лесом холмов. Именно там с ними и говорил сейчас Фенвик.

Облаченный в сверкающую кольчугу, надетую поверх темно-зеленой куртки, принц стоял на невысоком балконе. По этому случаю он нацепил на охотничью шляпу свежее фазанье перо. Его смелые глаза горели огнем самопожертвования. Несмотря на долгую и полную приключений карьеру, он все еще выглядел на удивление молодо: на вид ему можно было дать не больше тридцати. Поговаривали, что прапрадед его, Лесной Лорд Фен-Аларан, был потомком эльфов. Так это было или нет, но сейчас он гордился бы своим потомком, обращавшимся к своему отряду с зажигательной речью.

* * *

Путешествие через горы заняло несколько дней — но наконец отряд злодеев достиг южного побережья, где стоял знаменитый город Талеранд. За это время они привыкли к молчаливому присутствию Черной Метки, которого, казалось, занимают только его конь да само путешествие. На страже он стоял наравне с остальными, но ни в сне, ни в пище не нуждался. Робин тоже оказался полезным: на трудных участках он в два счета отыскивал удобную дорогу для лошадей. Иногда они тревожили сонные хутора, чтобы пополнить запасы продовольствия, но в основном видели вокруг лишь дикую природу, даже в ночные часы изобилующую пышным цветением и пением птиц.

— Знаешь, — сказал как-то Арси, обращаясь к Сэму, — даже если Кайлана и леди Ви безбожно соврали, я бы все равно не отказался от нашего путешествия. Весь мир стал просто до отвращения симпатичненьким.

Сэм глубокомысленно кивнул. Он был согласен с вором. Мир стал чересчур… славным. Они как раз подъезжали к Талеранду, когда наступил рассвет, и в эти ранние часы земля была до неприличия цветущей. Волна презрения — следствие порочной натуры — заставила Сэма направить Дамаска прямо в заросли красного клевера. Раздавив несколько бабочек и помяв цветы, убийца почувствовал некоторое облегчение, и только услышав впереди нетерпеливый свист, он опомнился и пришпорил коня, чтобы догнать остальных.

Портовый город Талеранд почти вдвое уступал по величине родному городу Сэма, но зато здесь было гораздо просторнее. Запах моря смешивался с запахами человеческого жилья, отдаленный рокот прибоя — с гвалтом купцов, суетящихся на пристани возле устья реки: это была одна из главнейших торговых артерий. Вокруг города на несколько миль простирались поля и сады: мягкий климат, не характерный для остальной части континента, позволял собирать колоссальные урожаи. Морские ветры прогоняли морозы, так что экономика провинции держалась исключительно на сельском хозяйстве и дарах океана, которые купцы увозили вверх по реке и обменивали в богатых, но неосвоенных землях Трои на дерево, шкуры, драгоценности и лошадей.

Сэм и Арси время от времени наведывались сюда; Черная Метка, как выяснилось, тоже: он уверенно провел отряд к небольшой конюшне, которая с виду казалась бедной и уединенной, но внутри была безупречно чистой. Стоящие в ней лошади были сытыми и ухоженными. Кайлана, отпустив оленя в родные леса, осмотрела лошадей, предлагаемых на продажу, и в конце концов выбрала молодого пегого конька, которого и купила, одолжив у Арси денег под грабительские проценты. Оставив лошадей в конюшне, поборники равновесия приготовились дальше идти пешком. Черная Метка никому не доверил своего огромного вороного скакуна, он сам расседлал его и завел в стойло. На глазах у пораженного старика-конюха конь губами расстегнул пряжки на той из седельных сумок, в которой рыцарь держал сладкое зерно, чтобы угощать им коня.

— Ну до чего же умная у вас животина, — сказал старик. — Не иначе, квартский боевой конек.

Черная Метка лишь рассеянно кивнул, целиком поглощенный чисткой своего любимца.

Когда, насилу утащив рыцаря от его боевого товарища, они шли через город, с наслаждением вдыхая терпкий морской воздух, Кайлана неожиданно сказала:

— Вот мы и там, где все началось. И там, где все начинается.

Робин встревожился: друидка словно прочла его мысли.

— То есть там, где «они впервые повстречались»? — спросил Арси. — Ну да! Конечно! Я так и думал. Говорят, именно здесь Герой Тамарин поймал Джаспера Дуркоума на воровстве, но потом они крепко подружились и решили искоренить Зло во всем мире. — Он покачал головой. — Болтают, что это был первый и последний раз, когда Джаспер пытался воровать. Ха! Тоже мне вор! Впрочем, на дикобратьев это похоже: у них нет ни малейшего чувства самосохранения.

Сэм осматривался. В последний раз он выполнял в Талеранде контракт, и тогда ему было не до достопримечательностей. Дело в том, что Гильдии наемных убийц в Талеранде не существовало: та, в которую входил Сэм, была единственной на все Шестиземье, хотя поговаривали, будто подобные ей есть в далеких странах вроде Шадрезара и Коно. Не было здесь и воровской гильдии: вместо нее орудовали несколько конкурирующих шаек, одна из которых решила поживиться за счет Сэма. Конфликт закончился для воров неудачно, и члены шайки долго еще потом за версту обходили всех, кто был одет в черное. Позже Сэму пришло в голову, что воры вряд ли напали бы на него, не будь их положение отчаянным. А оно явно было отчаянным, поскольку сейчас в городе не было и следа их деятельности.

Арси тоже это заметил. Здесь, как и в Мертензии, тайные знаки, оставляемые ворами на стенах и фонарных столбах, либо совсем исчезли, либо поблекли. Когда-то с их помощью шайки отмечали свои территории, выражали угрозы и предостережения в адрес конкурентов или договаривались о встрече в случае редких перемирий. Арси остановился и задумчиво провел своими короткими пальцами по одному такому знаку.

26
{"b":"9037","o":1}