ЛитМир - Электронная Библиотека

— Он на конце моего посоха! Я буду передавать энергию тебе!

— Думай о холоде и помогай!

Валери выдохнула фразу из резких колючих слов, злых как трескучий январский мороз. Кайлана почувствовала, как энергия Тьмы течет из портала по посоху, а потом по ее руке к руке Валери. Кайлана закрыла глаза и, думая о холоде, постаралась превратиться в идеальный, нейтральный проводник.

По ногам ударило что-то огромное, гладкое, холодное, скользкое. Не удержав равновесия, Кайлана покатилась по вынырнувшей на поверхность огромной льдине, напоминающей застывший водоворот. Почти у самого края, зацепившись за ледяной выступ, лежал Черная Метка. Кайлана вытащила на льдину Сэма и, услышав рядом слабый плеск, нагнулась, чтобы второй рукой подхватить беспомощно барахтающегося Арси. С ее помощью бариганец выбрался на лед и растянулся на спине, хватая ртом воздух, как вытащенная из воды рыба. Льдина, крутясь, неслась по воде.

— А что стало с этим придурком-кентавром? — кашляя, осведомилась Валери. Кайлана только покачала головой.

Немного оправившись, Сэм подполз к Черной Метке. Рыцарь цеплялся за быстро тающий ледяной завиток и безмолвно глядел на бушующий поток воды. В руке он сжимал обрывок уздечки.

— Вставай, — прохрипел Сэм, дергая его за локоть. — Давай!

С большой неохотой Черная Метка отполз от края льдины к ее середине. Проваливаясь в беспамятство, Сэм видел на берегу воинов Зеленого отряда, провожающих взглядами ускользающую добычу. Ледяной плот вышел из области действия заклинания и быстро помчал злодеев к противоположному берегу пролива.

* * *

— Гром и молния! — зарычал Фенвик, бросая на землю подзорную трубу. — Не знаю, как это у них получилось, но им удалось поднять ледяной плот и уплыть! Я видел это своими глазами! Таузер!

Волшебник торопливо подбежал на зов:

— Да, сэр Фенвик?

— Опустите воду! Мы должны немедленно перебраться через пролив!

— Э-э… — Таузеру явно было не по себе. — Мы… э-э… не можем, сэр. На этот потоп ушли все наши силы…

— Ну, и когда же они к вам вернутся? — нетерпеливо спросил Фенвик.

— Не раньше чем через сутки, сэр. — Вид у Таузера был разнесчастный. — И пока наши силы не восстановятся, переместить вас туда мы тоже не можем…

— Гром и молния! — повторил Фенвик, с ненавистью глядя на воду. Волны вынесли на берег трупы нескольких лошадей и пустые седельные сумки. Будет пожива грифам и крабам. Но по крайней мере теперь они вынуждены идти пешком. Их будет легче поймать.

Фенвик вздохнул и велел своим людям разбивать лагерь.

5

Едва Зеленый отряд начал с удобством устраиваться на опушке леса у самого края Салтагнума, как из-за дюн, покачиваясь, выбралось что-то четвероногое и направилось к лагерю, восклицая человеческим голосом:

— Сэр Фенвик? Это я, сэр! Не стреляйте! Это я, Робин из Эвенсдейла…

Сэр Фенвик со вздохом вышел навстречу кентавру, который был донельзя измучен, но тем не менее нашел в себе силы снять помятую шляпу и исполнить свой необычный двойной поклон.

— Почему вы не вернулись к Миззамиру? — вопросил Фенвик. — Вас же могли убить! Поле битвы с силами зла не место для игр! Счастье для вас, что я приказал своим людям по мере возможности не стрелять в вашу сторону. Но здесь кругом сплошные трясины, и уж страшно подумать, что было бы, если бы вы попытались пойти через Брод!..

— Я знаю, сэр. Простите меня, сэр, — проржал Робин, униженно прижимая уши. — Я… я просто увлекся, вот и все…

— Ну, ну, понимаю: юношеский пыл и все такое… — весело отозвался Фенвик и потрепал Робина по плечу. — Но сейчас вам лучше все-таки отправиться к Миззамиру; с нами вы еще встретитесь. По моим предположениям, злодеи должны пристать к берегу где-то в районе топей Фрайета, и завтра утром наши волшебники отправят нас туда. А вы пока доложите Миззамиру, как обстоят дела, вымойтесь, отдохните… К вечеру будет дождь, и лучше вам быть там, где сухо и тепло.

* * *

Стремительные течения у берегов Кварта быстро размывали необычную для этих широт льдину, созданную колдовством. Злодеи маялись: они засыпали от усталости и почти тут же просыпались от холода. Кайлана приготовила всем лечебный отвар — о кипятке позаботилась Валери, — но съестные припасы почти все погибли вместе с лошадьми, и, съев то немногое, что нашлось в карманах, злодеи остались голодными. С покрасневшими от соленой воды глазами они сбились в кучу посередине тающей льдины. Мерно плескались волны, насмешливо кричали чайки, а злодеи молчали, и мысли каждого были унылы.

Вернувшись в сверкающие залы замка Алмазной Магии, Робин, как ему было велено, подробно рассказал Миззамиру о битве. Выслушав его, великий маг откинулся на спинку кресла и сложил руки на животе.

— Очень интересно, Робин… А случилось ли еще что-нибудь, достойное упоминания?

Робин поколебался и выпалил:

— Мне снился странный сон, сударь…

Смущенно теребя в руках шляпу, менестрель начал рассказывать волшебнику о странной фреске на Фа-халли и необычном сне, который он увидел потом. После первых же слов Миззамир резко подался вперед и слушал очень внимательно. Когда менестрель закончил, волшебник снова откинулся в кресле и задумчиво потер подбородок.

— Невероятно… Просто невероятно! — проговорил он наконец. — Пытаться вновь воссоздать Радужный Ключ?! Вопреки воле богов? Осмелиться пройти Испытания и Лабиринт?

Для волшебника рассказ Робина не представлял загадки: что-то похожее делал он сам, когда готовил свое Испытание. Каждый Герой придумывал собственное, но руководили ими боги, поэтому все Испытания имели много общего.

Миззамир погрузился в раздумья. Он давным-давно понял, что слепо бросаться вперед, к чему до сих пор еще склонен сэр Фенвик, глупо. Известие о том, что Фенвик атаковал злодеев, внушало беспокойство — но в своих владениях принц волен поступать как ему вздумается. Сам Миззамир, во всяком случае, предпочитал наблюдать, изучать, размышлять и в конце концов найти способ использовать действия врага в своих интересах.

Его сведения о сокрытии Радужного Ключа ограничивались Испытанием Волшебника, которое придумал он сам. При этом Миззамир даже не знал, где именно находится придуманное им Испытание: эту информацию боги оставили при себе. Ключ был разделен на части и спрятан, ибо обладал таким могуществом, что уничтожить его было нельзя: сама природа Судьбы требовала, чтобы оставалась лазейка. Легенды гласили, что части Ключа рассеяны по всему Шестиземью и их охраняют потомки Героев.

Такое решение всегда представлялось Миззамиру весьма неудачным. Врата Тьмы должны быть закрыты навеки, малейшую возможность того, что когда-нибудь они снова откроются, следовало исключить… а как это сделать, если Ключ не может быть уничтожен? Много лет изучая границы мироздания, Миззамир отыскал способ.

Простые люди не называли свой мир «Кьяроскуро» — это слово изобрел сам Миззамир. Для них существовал всего один мир, так же как всего одно солнце. Но Миззамир знал, что это не так.

Складывая и переворачивая с помощью магии ткань реальности, он обнаружил и много иных. В один из таких отдаленных миров когда-то давным-давно переселились эльфы. Путь туда в настоящее время был закрыт, но оставались другие… миры вечного пламени или пустоты, необжитые или населенные людьми, строящими огромные стальные города, где нечем дышать… В любом из них такой небольшой предмет, как Радужный Ключ, очень легко спрятать — а если потом проход в этот мир запечатать, то Врата Тьмы никогда не откроются, и Свет будет властвовать вечно.

Блестящая мысль. Осуществить ее мешало лишь то, что Ключа у него не было, и он не знал, где его взять… А вот если за него это сделает кто-то другой…

42
{"b":"9037","o":1}