ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Нет. Он размещен в нескольких емкостях различной формы.

Джон-Том попытался представить себе этого зомби, но ничего эквивалентного описанию, данному чародеем, подобрать не смог. Флор слушала раскрыв рот.

– Он разговаривает с Эйякратом, – продолжал чародей глухим голосом, – словами, которых я не могу понять.

– Несколько емкостей… Значит, этот разум состоит из нескольких? – Джон-Том все пытался что-то уразуметь.

– Нет-нет, ум один, но разделен на несколько частей.

– А на что он похож? Вы сказали, в контейнерах? А уточнить нельзя? – спросила Флор.

– Только чуть-чуть. Емкости в основном прямоугольные, но не все. Одна наносит на свиток слова, записывая их магическими знаками и символами, которых я не понимаю. Разум этот издает странные звуки, похожие на речь. Кое-что из символов мне знакомо… Странная надпись, я смотрю на нее, и она меняется. – Волшебник умолк.

– Ну, что там, что случилось? – поторопил его Джон-Том.

Лицо Клотагорба исказила болезненная гримаса. Вниз – в панцирь – с шеи струился пот. Джон-Том и не думал, что черепахи могут потеть. Все говорило о том, что чародей испытывает страшное напряжение, стараясь не только не потерять изображение, но и понять его.

– Эйякрат… Эйякрат увидел, что сражение проиграно. – Чародей пошатнулся; Джон-Том вместе с Флор едва удержали его на ногах. – Теперь он трудится над последним волшебством, над окончательным заклинанием. Он… глубоко погрузился в мертвый ум, отыскивая самые могучие проявления. И тот поведал ему нужное заклинание. Теперь он отдает приказы помощникам. Они несут материалы из припасов чародея. Скрритч следит за ним, она прикончит Эйякрата в случае неудачи. Но он еще сулит ей победу. Материалы… Кое-что я узнаю, нет, не кое-что – почти все. Но я не понимаю всего заклинания, цели его. Он хочет… хочет…

Маг-черепаха поднял вверх встревоженное лицо. Джон-Том затрепетал: ему еще не доводилось видеть испуганного Клотагорба – ни перед Массагнев, ни над Адовым Водопоем. Но сейчас старик был не просто напуган – он был в ужасе.

– Надо остановить его! – бормотал он. – Нельзя не остановить. Даже Эйякрат не знает, что делает. Но он… Я вижу… Испуган… В отчаянии. Он пойдет на все. Не думаю, не думаю, чтобы он сумел удержать…

– Какое это заклинание? – настаивала Флор.

– Сложное… Я не понимаю…

– Пробуйте. Хотя бы вслух повторяйте.

Клотагорб умолк, и двое людей начали опасаться, что старик более не откроет рта. Но Джон-Том встряхнул его и тем привел в сознание.

– Символы… Символы говорят: «собственность».

– И все? – удивилась Флор. – Просто «собственность»?

– Нет… Там есть еще кое-что. «Собственность армейской разведки США, доступ ограничен».

Флор глянула на Джон-Тома.

– Теперь все ясно: парашюты, и тактика, и состав взрывчатки, и сам взрыв, да, наверное, и способы проходки штольни. Jos insectos[31] где-то отхватили армейский компьютер.

– Потому-то Клотагорбу и потребовался инженер, чтобы противостоять «новой магии» Эйякрата, – пробормотал Джон-Том. – А получил он меня и тебя. – Он беспомощно поглядел на девушку. – Ну, что будем делать? В компьютерах я не разбираюсь.

– Я понимаю кое-что, но сейчас дело не в компьютере. Машина это, человек или насекомое, но остановить его следует прежде, чем Эйякрат закончит новое заклинание.

– Так какого хрена этот черт выудил из электронных потрохов? – обратился молодой человек к Клотагорбу.

– Не понимаю… – бормотал волшебник. – Это выше моих способностей. Но Эйякрат все знает. Он встревожен, но продолжает чародействовать. Он знает одно – если его ожидает сейчас неудача, война проиграна.

– Значит, кому-то нужно отправиться туда и уничтожить персоналку вместе с пользователем, – решительно заявил Джон-Том, подзывая к себе приятелей.

Мадж и Каз с любопытством приблизились. Их примеру последовал Хапли. Пог слетел с насеста возле стены. Джон-Том торопливо поведал им, что следует сделать.

– А эти, из Железной Тучи, может, сгодятся? – Мадж указал на гигантских сов, сеявших смерть в Проходе. – По-моему, тебя, кореш, они не поднимут, а вот меня – самый как раз.

– Я могу сам слетать, босс.

Клотагорб с удивлением поглядел на неожиданно расхрабрившегося фамулуса.

– Нет, ты, Пог, не годишься, и ты, выдр, тоже. Боюсь вы туда не доберетесь. Сотни лучников, искуснейшие на Зеленых Всхолмиях стрелки императорской охраны, окружают Эйякрата и императрицу. К мертвому разуму на четверть лиги не подойдешь. Но если даже и доберетесь, чем вы сможете уничтожить его? Он из металла, стрелой его не поразишь. А у Эйякрата могут найтись ученики, способные воспользоваться мерзкими знаниями и после его смерти.

– Эх, вертолет бы, – проговорил Джон-Том. – Штурмовой да с ракетами.

Клотагорб, не понимая, поглядел на него.

– Не знаю, о чем это ты говоришь, чаропевец, но, во имя небес, сделай что-нибудь, если способен.

Джон-Том облизал губы. «Ху», Дж. Гейлс, Дилан – никто из них не пел о войне. Но нужно попробовать. Увы, песен про военно-воздушные силы он не знал.

– Давай, Джон-Том, скорее, – торопила его Флор. – Времени у нас мало.

Время. Время улетало от них. С чего начать, а? Значит, так: сперва нужно туда попасть, а уж как уничтожить эту штуковину, думать будем потом.

Стараясь выбросить из головы звуки битвы, Джон-Том несколько раз провел рукой по струнам дуары. Инструмент был изранен стрелами и копьями, но играть все же было можно. Он постарался припомнить мелодию, простую и неприхотливую – Стива Миллера. Так, чуть подстроим струны дуары. Она должна сделать свое дело. Он подкрутил басы и верха. Опасная игра, но то, что материализуется, пронесет его над полем боя – до конца Прохода.

Впрочем, настойчивость Клотагорба свидетельствовала, что на настройку и на изящество времени не остается.

Ох, добраться бы только до этого компьютера, яростно думал Джон-Том. Ох, добраться бы. Уж он-то найдет способ разделаться с ним. Выдернуть пару проводков – и все… Эйякрат никаким заклинанием не починит… Или все же сумеет?

Пусть его убьют, пусть впереди неудача… какая разница. Талея мертва… С ней погибла и часть его самого. Да, вот и ответ: можно врезаться с лету прямо в компьютер – разделаешься со всем разом.

Время, главное – время. Но, хотя он и не догадывался об этом, ему еще предстояло узнать иное.

Время… В нем ключ ко всему. Следует поторопиться. Нет времени возиться с машинами, которые могут не завестись или не появиться. Так… Время и полет. Какая же песня в максимальной степени отвечает потребностям?

Минуточку! Была одна… о времени и полете, уносящем в грядущее.

Пальцы запорхали по струнам, и, откинув назад голову, он запел с неведомой ему прежде силой.

И разверзлось небо, и в ноздри хлынул запах озона. Оно приближалось! То самое, что вызвал он своим заклинанием. Если не птица из спетой песни, то, может быть, истребитель британских ВВС, именуемый «орлом», ощетинившийся ракетами и скорострельными пушками?.. Что угодно – лишь бы подняться в воздух.

Он не пел – кричал, надрывая горло. Пальцы метались по струнам. Волны звука исходили от звенящей дуары, и воздух вторил им.

Густой треск расколол небо над головой, земные громы не имеют подобной силы. Солнце словно отступило подальше, стремясь укрыться за тучу. Битва не остановилась, но и теплоземельцы, и броненосные невольно замедлили шаг. Зловещий грохот отразился от скал Прохода. Свершалось необычайное.

Огромные звездные крылья закрыли небо. Зимний день вдруг сделался жарким. Огненное дуновение отбросило Джон-Тома к парапету, спутники его хватались за камни.

В ужасе прятались теплоземельцы меж зубцами уцелевших стен. Прядильщики на скалах скрывались в щели и трещины… Чудовищный огненный силуэт приближался. Он прикоснулся к гранитному склону возле стены – и камень растаял. Двенадцать футов гранита оплыли мягким воском.

вернуться

31

Насекомые (исп.)

52
{"b":"9043","o":1}