ЛитМир - Электронная Библиотека

– Снижаемся, – внимание Ламберт было приковано к шкале высоты. – Пятьдесят тысяч метров. Ниже. Ниже. Сорок девять тысяч. Входим в атмосферу.

Даллас следил за собственным инструментарием, пытаясь оценить и удержать в памяти десятки постоянно изменяющихся цифр. Полет в глубоком космосе складывался из подобающего почтения к инструментам и оставления всей тяжелой работы Матери. Полет же в атмосфере был делом иным: для разнообразия, здесь приходилось работать пилоту, а не машине.

Коричневые и серые облака поцеловали нижнюю обшивку корабля.

– Осторожнее. Выглядит паршиво.

«Как типично для Далласа», – подумала Рипли. Где-то внизу в этом тусклом аду другой корабль испускает регулярный, нечеловеческий, пугающий призыв о помощи. Планета отсутствует в списках, а значит, им придется начать расследование с таких вещей, как особенности атмосферы, грунта и тому подобного. Но для Далласа это всего лишь «паршиво». Она частенько гадала, почему человек настолько компетентный, как их капитан, летает на таком незначительном корыте, как «Ностромо».

Если бы она могла прочесть его мысли, то ответ бы ее удивил. Далласу это нравилось.

– Вертикальный спуск рассчитала. Начала. Слегка корректирую курс, – проинформировала всех Ламберт. – Легли на курс, фиксируем цель. Зафиксировали, и теперь идем прямо к ней.

– Принято. Как почувствует себя оборудование, если врубить вспомогательный двигатель при такой погоде?

– Пока все нормально, сэр. Но наверняка не скажу, пока мы не спустимся под эти облака. Если сможем под них спуститься.

– Добро, – Даллас нахмурился при виде каких-то показателей, тронул кнопку. Данные сменились на более удовлетворительные. – Дай мне знать, если тебе покажется, будто что-то идет не так.

– Сделаю.

Буксир вошел в зону невидимости – для глаз, но не для приборов. Корабль вздрогнул, второй раз, третий, после чего устроился более комфортно в плотном одеяле из темных облаков. Легкость, с которой это произошло, родилась из умения Ламберт прокладывать курс и навыков Далласа в роли пилота.

Но спокойствие долго не продлилось. В океане атмосферы бурлили мощные течения. Они молотили по спускающемуся кораблю.

– Турбулентность, – Рипли боролась с управлением.

– Вруби навигационные и посадочные огни, – Даллас пытался разобрать хоть что-то в водовороте вихрей, заполнивших экраны. – Может, разглядим чего-нибудь.

– Плохая замена приборам, – заметил Эш. – Не в таких условиях.

– Да уж, полный пакет информации был бы лучше. Но как бы там ни было, я хочу хоть что-то рассмотреть.

Мощные прожекторы включились на корпусе «Ностромо». Они совсем неглубоко пронзили вихри облаков и не обеспечили ясного поля видимости, которого так жаждал Даллас. Однако они осветили темные экраны, отчего на мостике стало светлее, заодно просветлела и царившая там атмосфера. Ламберт перестало казаться, что они летят сквозь чернила.

Паркер и Бретт не видели облачный покров вокруг корпуса «Ностромо», но они его чувствовали. Машинное отделение внезапно отклонилось в сторону, перевалилось на другую, затем снова резко отклонилось.

Паркер пробормотал под нос проклятье.

– Что это было? Ты слышишь?

– Даа, – Бретт нервно изучил показания. – Падение давления во впускном клапане номер три. Наверное, потеряли щиток.

Он нажал несколько кнопок.

– Ну да, третий отвалился. Внутрь летит пыль.

– Отрубай, отрубай.

– А как ты думаешь, что я делаю?

– Отлично. Значит, вспомогательный у нас полон пыли.

– Да не проблема… Я надеюсь, – Бретт скорректировал управление. – Я дам обводной путь мимо номера три и вытряхну эту дрянь так же, как она попала внутрь.

– Повреждения все равно получены, – Паркеру не нравилось думать о том, что могли сделать с каналом впускного клапана принесенные ветром абразивные частицы. – Где мы, черт возьми, летим? Сквозь облака или камни? Ставлю десять баксов против девственности твоей тетки, что если мы и не разобьемся, то получим возгорание из-за замыкания в какой-нибудь важной цепи.

Не ведая о яростной ругани в машинном отделении, пятерка людей на мостике изо всех сил старалась посадить буксир невредимым, и желательно рядом с источником сигнала.

– Приближаемся к месту, – Ламберт изучила шкалы. – Через двадцать пять километров. Двадцать. Десять, пять…

– Замедляюсь и разворачиваюсь, – Даллас налег на штурвал.

– Скорректируй курс на три градуса, четыре минуты вправо. – Капитан выполнил эти указания. – Вот оно. Пять километров до центра зоны обследования.

– Приближаюсь, – Даллас еще раз тронул штурвал.

– Три километра. Два, – голос Ламберт звучал слегка взволнованно, то ли из-за опасности, то ли из-за близости к источнику сигнала – Даллас определить не мог. – Мы практически кружим над ним.

– Отличная работа, Ламберт. Рипли, что там за грунт? Найди нам место для посадки.

– Работаю, сэр, – она сверилась с несколькими панелями, и отвращение на ее лице проступало сильнее по мере того, как поступали неподходящие данные. Пока Рипли пыталась разобраться с невидимой поверхностью планеты, Даллас продолжал заботиться о том, чтобы корабль кружил точно над целью.

– Визуальный обзор невозможен.

– Это мы видим, – пробурчал Кейн. – Точнее, не видим.

Краткие и редкие вспышки образов поверхности, что передавали ему приборы, настроения не улучшали. Согласно редким показаниям, внизу простирался голый, заброшенный, опустошенный враждебный и бесплодный мир.

– У меня на радаре – шум, – Рипли хотелось, чтобы электроника реагировала на проклятия так же легко, как и люди. – На сонаре – шум. Инфракрасный спектр – шум. Погодите-ка, сейчас попробую ультрафиолетовый. Диапазон достаточно широк, чтобы не смешиваться.

Прошла секунда, после чего ключевые показатели наконец-то выдали удовлетворительные результаты, на мониторе возникли ярко подсвеченные слова и компьютерные схемы.

– Получилось.

– И место для посадки?..

Теперь Рипли выглядела полностью расслабленной:

– Насколько я могу сказать, мы можем сесть где угодно. Согласно данным, там ровная поверхность. Абсолютно плоская.

В мыслях Далласа пронеслись картины лавы, покрытой обманчиво холодной, но тонкой коркой, едва прикрывающей расплавленную смерть.

– Да, но ровное что: вода, застывшая лава, песок? Кейн, уточни это. Дай нам определенность. Я снижусь, чтобы убрать большую часть помех. Если там ровная поверхность, то можно спокойно опуститься поближе.

Кейн щелкнул переключателями.

– Сканирую. Запущен анализ. Пока все еще мешает шум.

Даллас осторожно снизил буксир.

– Все еще помехи, но начинает проясняться.

Даллас сбросил высоту еще. Ламберт следила за приборами.

Они находились на достаточно безопасной высоте, но при их текущей скорости ситуация могла быстро измениться, если что-либо пойдет не так с двигателями, или образуется нисходящий воздушный поток. И снизить скорость еще больше они не могли – при таком ветре это означало критическую потерю управления.

– Проясняется, проясняется… вот оно! – Кейн изучил показания и контуры, предоставленные корабельным сканером изображения. – Когда-то поверхность была расплавлена, но, согласно анализу, это было уже очень давно. По большей части это базальт, немного риолита, кое-где пласты еще каких-то вулканических пород. Сейчас все остывшее и плотное. Ни следа тектонической активности.

Он подключился к еще одной системе, чтобы глубже проникнуть в секреты покровов крошечного мира.

– Никаких ошибок. Мы точно знаем, что там прямо внизу и вокруг. Хорошее место, чтобы спуститься.

Даллас быстро это обдумал.

– Ты уверен насчет структуры поверхности?

– Она слишком старая, чтобы быть жидкой, – в голосе старшего помощника прозвучала нотка раздражения. – Я достаточно осторожен, чтобы вместе с составом уточнить и возраст материала. Думаешь, я рискну посадить нас в жерло вулкана?

7
{"b":"9046","o":1}