ЛитМир - Электронная Библиотека

– Элли! – Бен определенно не замечал никого вокруг, кроме меня. Подойдя вплотную, он грозно осведомился: – Ты намеренно решила довести меня до сумасшествия? Я проснулся в холодном поту, обнаружив, что тебя нет в постели. Впустую обыскав весь дом, мне пришлось ворваться в спальню Герты. Разумеется, она закатила истерику. Кое-как успокоив ее, я попросил няньку приглядеть за детьми, пока не вернусь с тобой или без тебя.

– Зря ты ударился в панику, – пробормотала я.

Ванесса наблюдала за нами с пристальным интересом.

– Неужто нельзя было приколоть записку к моей пижаме? Я решил, что ты сбежала к другому мужчине. В последнее время ты какая-то странная, Элли. И как можно было опоздать на собственный день рождения? Что-то тут не так. Уж не завела ли ты интрижку с Лестер-Смитом, этим старым любезником? – Бен разъяренно фыркнул. – Словом, я бросился за советом к Эвдоре: возможно, ты призналась ей, как духовной наставнице. А потом увидел свет в церкви. Что здесь происходит?

Он устремил гневный взгляд на Глэдстона, словно подозревал беднягу в подлом сговоре со мной. Уж не собирается ли этот гнусный тип вытянуть из меня один из фирменных рецептов Бентли Хаскелла?

Прежде чем я успела открыть рот, чтобы все объяснить, Ванесса величественно поднялась со скамьи, сделала несколько нетвердых шагов, прошептала, что ей дурно, и грациозно повалилась на моего ненаглядного.

В следующий миг голова подлой кузины пристроилась на плече Бена, и моего мужа окутало облако золотистых волос. Смотрелись они потрясающе: смуглый разгневанный красавец и поникшая лилия. Картинка, достойная обложки любовного романа. Я была не единственной, кто растерянно и завороженно созерцал это чудесное зрелище. Глэдстон Шип таращился на моего законного супруга так, словно узрел мужчину своей мечты.

Глава десятая

Дьявол водил мною, когда я вернулась домой. Я совершила ужасный поступок: бросила Эбби и Тэма на Герту и завалилась в постель, которая не показалась мне ни слишком жесткой, ни слишком мягкой, но очень даже удобной. На часах было половина седьмого – рановато для послеобеденного отдыха. Совесть попыталась было поднять голову, намекнув, что Бен ушел на работу, но я вспомнила, как он дотащил Ванессу до спальни и заботливо уложил на кровать. Не могла же я потребовать, чтобы он бросил ее прямо у порога? В наше время женщины на грохаются в обморок от малейшего шороха, поэтому Бен, естественно, беспокоился за кузину, хотя та уверяла, что с ней все в порядке и доктора звать не надо.

Натянув одеяло на голову, я погрузилась в пуховый уют подушки. Полчаса сна наведут глянец на мои достоинства жены и матери. Я буду внимательнее к детям, если сумею наконец выспаться, а вечером приготовлю что-нибудь вкусненькое. Мы поужинаем только вдвоем с Беном… ну еще с Гертой – было бы хамством не пригласить ее. Фазаны на обоях расплылись у меня перед глазами, шкаф отодвинулся куда-то к горизонту, напоминая маяк, окутанный туманом. «Что за ужасная погода для мая…» – засыпая, подумала я, и тут по оконному стеклу застучал град.

Отлично спалось бы под этот стук, если б не бесцеремонная настойчивость телефонных звонков. Я зажала подушками оба уха – все напрасно. Пришлось встать, и проклятый телефон, конечно же, тотчас заткнулся. Я тупо глянула в окно, по которому продолжал колотить град, и обомлела. На улице сияло яркое солнце. Какая же я идиотка! Все обстояло гораздо проще – какой-то придурок обстреливал окно спальни галькой. Должно быть, это Гёрта, сердито подумала я. Вывела детей на прогулку и спохватилась, что забыла получить у меня подробные инструкции. Может ли Эбби раздеть свою куклу? А вдруг на пластиковую попку польстится какой-нибудь сексуальный маньяк?

Я выдавила улыбку (боюсь, вместо улыбки получился оскал, который напугал бы деток до смерти), отдернула шторы, открыла окно и гаркнула:

– Прекратить огонь! Я не вооружена и сдамся без боя!

Как иногда легко попасть впросак! Человек, стоявший внизу, был мне совершенно незнаком. Приземистый рыжеволосый тип довольно потер руки и пронзительно свистнул – такому звуку позавидовал бы полицейский свисток.

– Вот она, моя красавица! Ну просто пальчики оближешь! – Я видела, как пульсирует его адамово яблоко. – А какие буфера!

– Убирайся из моего сада, извращенец! – Я едва не задохнулась, кутаясь в бархатную штору. На поживу этому похотливому животному открытым остался только нос. – Начинаю считать! На счет «раз» звоню в полицию!

– Ну, девочка, ты даешь! – Рыжеволосый маньяк плотоядно усмехнулся и раскрыл объятия. – Любишь подразнить меня! Давай, Несси, дорогуша, прыгай! Хочу узнать, точно ли ты соскучилась по бедному Джорджи-Порджи!

– Несси?!

Ну и ну! Несси – это что, уменьшительное от Ванессы?! Выходит, я оказалась участницей классической сцены с перепутанными дамами?

– Мне очень жаль, но вы ошиблись окном. Я вовсе не Ванесса, а ее кузина Элли. Но не смущайтесь: мне лестно, что вы заметили фамильное сходство. Должно быть, всему виной солнце. Рада познакомиться, мистер Мэллой!

– Какой же я кретин! – Жених кузины так стукнул себя по лбу, что звук эхом докатился до моего окна. – Я вычислял, в какой комнате спит Несси, и решил, что там, где задернуты шторы. Сон красоты для моей кисоньки – первое дело!

– Ванесса вообще человек дела. – Любезность далась, мне на удивление легко. – Ее спальня на другой стороне, но забудем о недоразумении. – Я покосилась краем глаза на… мои «буфера». – Вы задумали романтический сюрприз, и остается только пожалеть, что Ванессе не удалось сыграть роль Джульетты.

– А вы молоток, миссис Хаскелл! – Джордж Мэллой утер пот с лба. – Но все равно, я повел себя как последний дурак. Надо было зайти с парадного хода, как и подобает приличному человеку. Мамаша за такое посадила бы меня в чулан. Она уже устроила мне выволочку – мол, я встрял в ваши с ней отношения. И где-то она права: получается, что я женюсь на Ванессе, а мамаша прибирается в доме ее кузины.

– Ваша мать не прибирается в Мерлин-корте, а наводит здесь железный порядок, – сообщила я. – Однако я отнесусь с пониманием, если она решит вычеркнуть меня из списка ее клиентов. Но вы тут ни при чем! Не унывайте! Сейчас я спущусь вниз и открою вам дверь на кухню.

Поскольку я рухнула в постель, не раздеваясь, вид у меня был удручающе помятый, но вряд ли Джордж Мэллой обратит на это внимание. А если и обратит, то лишь мельком. Его Несси наверняка объяснила ему, что все запасы красоты, накопленные в роду за долгие века, давно поступили в ее безраздельное пользование. Несси! Я весело хихикнула. «Какая пошлость!» – фыркнула бы тетушка Астрид. Так кличут служанку, выросшую на задворках какого-нибудь романа Кэтрин Куксон. Помолвка Ванессы, ее образцово-показательной дочурки, с неотесанным мужланом наверняка сидела занозой в королевских окороках тети Астрид. Несси! И, однако, Джордж Мэллой произносил это имя с удивительной нежностью.

– Привет! – воскликнула я. – Входите и чувствуйте себя как дома.

– Ловлю вас на слове. – Джордж вынул руки из карманов и так долго вытирал ноги у порога, словно тренировался на механической беговой дорожке.

– Герта, наша няня, видимо, купает детей, а Ванесса еще в постели.

При ближайшем рассмотрении внешность Джорджа Мэллоя была слишком невыигрышной, чтобы внушить мне настоятельную необходимость извиниться за то, что не уродилась писаной красавицей. И стало понятно, почему миссис Мэллой не устраивает иконостас из фотографий сыночка в каждом доме, где убирает. Джордж был коренаст и склонен к полноте, а лицо принадлежало к тому типу массовой продукции, которую родители штампуют, не особо утруждаясь. Его рыжая шевелюра напоминала шерсть симпатичной, но дворовой кошки.

Кстати, о кошках. Тобиас, почитавший себя королем среди собратьев, уничижительно фыркнул, разглядывая гостя с высоты комода, но мне Джордж начинал нравиться.

– Честное слово, – произнес он, – встреть я вас в лондонской толпе, сразу бы смекнул, что вы родня Несси.

30
{"b":"90483","o":1}