ЛитМир - Электронная Библиотека

– Элли… а что же еще это могло быть?

– Убийство!!!

Этот исполненный невыразимой тоски вопль обрушился на нас с верхней ступеньки лестницы. Мы подняли глаза и увидели миссис Швабухер. Она медленно покачнулась и впала в спасительное забытье.

Глава семнадцатая

– Миссис Мэллой сказала, что даже мертвый Каризма был чудо как хорош и зря его не засняли для обложки… последней обложки… – Мой голос дрогнул, я глянула на мужа, и он быстро сунул мне стакан бренди. – Бен, он выглядел таким красивым! Трудно было поверить, что его не специально уложили в такую изящную позу, разметали волосы, чтобы они напоминали реку, освещенную солнцем, а потом, любуясь, щелкнули, – прекрасная иллюстрация к смерти героя!

– Выпей, дорогая! – Бен сел рядом со мной на диван.

Я столько плакала, придя домой, что мое лицо было мокрым от лба до подбородка. Пробило семь вечера, но мысли о еде вызывали тошноту, хотя по опыту я знала, что бутерброды придают больше сил, чем алкоголь.

– Прости, совсем расклеилась. – Рискуя залить диван бренди, я откинулась на подушки и закрыла глаза. – Наверное, нужно позвонить миссис Швабухер в отель. Мне кажется, я была недостаточно настойчива, уговаривая ее переночевать у нас.

Бен убрал волосы с моего лба.

– Очевидно, миссис Швабухер хотела побыть одна.

– Взгляну на детей.

– Они крепко спят. Ванесса обещала регулярно к ним наведываться.

– В последнее время она ведет себя как настоящий ангел…

– Просто наша тигрица решила поменять шкуру.

Бодрый тон супруга неприятной тяжестью отозвался в пустом желудке. На секунду я позабыла о печальной участи Каризмы. Чем же все это время занимались Ванесса с Беном? Они ведь собирались пообедать с Глэдстоном. Ужасная новость ненадолго заставила забыть про ревность и образ благородной жены, но теперь настал момент истины: пусть мой муж знает, что, какую бы трагедию я ни переживала, прежде всего я чуткая жена.

– Так вы с Ванессой появитесь на обложке «Рыцаря на все времена»? – Я потянулась к тарелке с бутербродами.

– Издатель Глэдстона рассматривал нас с одобрением, но поговорить об этом решили позже. В отличие от бедного Каризмы, – Бен вновь принялся гладить мои волосы, – впереди у нас целая жизнь.

– Верно. – Я отдернула руку от бутерброда. – Невозможно поверить, что он умер.

– Как и в то, что это было убийство.

– Не знаю… – я поежилась. – После того как миссис Швабухер упала в обморок, все завертелось. Вдруг откуда ни возьмись появился мистер Паучер и оттащил ее на диван. Эвдора побежала за стаканом воды. Потом возник Лестер-Смит и объявил, что сам позаботится о миссис Швабухер. Затем поднялся такой гвалт… Тут же приехала «скорая» – ее вызвал сэр Роберт. А новая библиотекарша старалась вовсю, не подпуская толпу к… телу. До этого момента я помню события довольно ясно, но потом сплошной туман: какие-то мужчины бегали с носилками, приставали с расспросами, особенно к Эвдоре… Это ведь она нашла Каризму. Мне казалось, мы просидели в библиотеке целую вечность. Разумеется, будет вскрытие, но я почти уверена, что смерть Каризмы признают несчастным случаем.

– Однако ты так не думаешь?

Бен сунул бутерброд в мою руку и приказал съесть его, прежде чем ответить.

– Не знаю, что и думать. – Я послушно жевала. – С чего бы это бюсту Шекспира падать? Я твердо решила придерживаться здравого смысла и все-таки не могу полностью исключить возможную причастность к этому делу Гектора Риглсворта.

– Привидения?

– Говорят, он поклялся навещать библиотеку Читтертон-Феллс до тех пор, пока не насладится местью. Всю жизнь он провел в рабском служении дочерям, помешанным на любовных романах. А Каризма – живое воплощение героев таких книг… то есть был живым воплощением.

Бен покачал головой.

– Элли, ты пережила глубокое потрясение и теперь немного заговариваешься.

– Просто пытаюсь смотреть фактам в лицо, – возразила я. – В этом году исполнилось сто лет со дня смерти мистера Риглсворта. И что же? В день юбилея мисс Банч, за которой сроду не водилось никаких хворей, падает замертво на рабочем месте, а рядом с ней находят книгу под названием «Возлюбленный моей мечты». Потом мистер Бэбкок, молодожен и член Библиотечной Лиги, отправляется в мир иной. Кроме того, – я потянулась за следующим бутербродом, – происходят иные странные вещи. Например, свита Каризмы выбывает из строя в результате пищевого отравления, оставляя его без присмотра.

– Рядом с ним была миссис Швабухер.

– Верно, – согласилась я. – Но и ее подкосила неожиданная встреча с человеком, от которого много лет назад она сбежала в первую брачную ночь. Миссис Швабухер настолько была выбита из колеи, что даже забыла в библиотеке свое драгоценное боа.

– При чем тут боа? – Бен налил себе еще бренди.

Недогадливость мужа начинала меня злить, но я старалась не подавать вида.

– Пока миссис Швабухер разыскивала любимую вещь в читальном зале, внизу на Каризму падал бюст. Окажись она в тот момент рядом со своим подопечным, беды бы не случилось. Миссис Швабухер грудью бы защитила Каризму и, не задумываясь, отдала бы жизнь ради него. Но Гектору Риглсворту она мешала, следовало ее на время устранить. И он спрятал боа…

– Если в твоих словах есть хоть какой-то смысл, то почему же тогда призрак не нанес удар по Глэдстону Шипу? С его точки зрения, вина Глэдстона должна быть куда большей. В конце концов, ведь это он пишет любовные романы!

– Я думала об этом. Но, возможно, старый Гектор готовит для нашего друга Глэдстона какую-нибудь другую месть. Ту, что хуже смерти. Если Эвдору обвинят в убийстве Каризмы, – запинаясь, продолжила я, – и признают виновной, не знаю, захочет ли Глэдстон жить дальше.

– Элли, куда ты клонишь? – мягко осведомился Бен. – Только что ты сказала, что бюст Шекспира не мог упасть просто так…

– Но я вовсе не утверждаю, что Эвдора подтолкнула его. – Я потерла лоб, отгоняя головную боль. – Уверена, она не делала ничего подобного. Но полицейские плохо думают о ближних и подозревают во всех смертных грехах. Их может насторожить то обстоятельство, что Эвдора оказалась ближе всех к телу, в то время как прочая публика толпилась наверху. Полиции также может не понравиться, что Эвдора не побежала сразу рассказывать о происшествии, а сначала отправилась в туалет.

– Вполне естественное поведение. – Бен внимательно изучал мое лицо. – Не пойму, что тебя беспокоит.

– А что, если кто-нибудь подслушал, как мы с Эвдорой обсуждали в библиотеке падение Каризмы в ров? Она тогда несколько раз пошутила по этому поводу, и эти шутки могут быть истолкованы как угодно. Мало того, если ее спросят, Эвдоpa честно признается, что искала Каризму, чтобы убедить его прекратить преследовать Глэдстона. – Она была на него обижена.

– По-моему, миссис Мэллой подозревает, что я по уши втюрилась в Каризму. Сегодня утром она подслушала, как мы разговаривали с миссис Швабухер. Эту историю могут раздуть до невероятных размеров. Мол, я обезумела от любви и в порыве страсти прикончила бедного молодого человека. Чтобы не делить его ни с кем.

– Это правда? – ровным тоном осведомился Бен.

– Что я взбесилась и стукнула его Шекспиром?

– Нет… что ты… втюрилась в него.

– Да я его едва знала!

– И ты ведь счастлива в браке, так?

Перед моими глазами возникла жуткая картина – Бен сладострастно сжимает в объятиях невыразимо прекрасную Ванессу. Я быстро забормотала:

– Выкрикнув, что это убийство, миссис Швабухер в упор посмотрела на меня. А потом потеряла сознание. А вдруг она сошла с ума от ревности? И навоображала бог знает что?

– Какая же ты у меня дурочка, Элли! – Бен привлек меня к себе, я вздохнула и поудобнее пристроила чугунную голову на его крепком плече.

– Поверь, мне так не хочется, чтобы Эвдору поволокли в участок, – прошептала я. – Но как подумаю, что меня запрут на всю оставшуюся жизнь, разлучат с тобой, с детьми… Ужасно, но я не могла унять слез не столько из-за смерти Каризмы, сколько из-за обвиняющего взгляда миссис Швабухер.

57
{"b":"90483","o":1}