ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я сам вернусь в Кил-Бар-Бенид. Когда моргунт летит над землей, он летит медленно, но это все же намного быстрее, чем идти пешком. Я опишу Мундуруку то, что мы только что увидели.

На лице Рут было потрясение.

– Ты что, не боишься?

Занеся одну ногу, чтобы влезть на моргунта, Куол взглянул на него.

– Куолы никого не боятся, даже Мундуруку. Мы живем, чтобы убивать, и каждый день имеем дело со смертью. Я знаю, что Мундуруку могут сделать кое-что и похуже. Но самые умные из них думают, прежде чем убивать. Им нужна смерть тех, за кем мы охотимся, а не моя и не ваша. Думаю, что вернусь с целыми руками-ногами, а также со средством для преследования наших неумелых, но везучих скитальцев. Как только мы определим, кто из них был питомцем мага, мы убьем его, остальные или сдадутся, или погибнут.

Перекинув ногу через шею моргунта, он наклонился к его стоящим торчком ушам, утыканным острыми шипами, и прошептал слово, произносить которое вслух не стоит. Вдохнув сырой воздух каньона, демон ночного неба поднял голову и расправил крылья.

– Пока я не вернусь, будьте начеку. Может там, куда они отправились, нет воздуха или пищи, и им придется вернуться тем же путем, каким они и ушли. В таком случае вы уже должны поджидать их.

Рата кивнула, одной рукой поглаживая красноватый меч. Она стояла рядом с Рутом, когда моргунт взмыл в воздух. Он немного покружил, чтобы набрать высоту, и еще несколько минут его было видно. Вскоре он скрылся за грядой ущелья, направляясь на северо-запад.

Повернувшись, Рут взглянул на радугу. Падающую воду хорошо было видно сквозь широкую разноцветную полосу размытых красок. Он протянул руку, и она легко прошла сквозь радугу. Но проникнуть в неизвестное измерение за радугой он так и не смог.

Рут с отвращением отвернулся.

– Можно разбить лагерь под деревьями, и для моргунтов здесь найдется, что поесть. – Он поправил арбалет, болтавшийся за спиной. – Если они опять здесь появятся, мы им ноги повыдергиваем.

Рата согласно кивнула.

– Сначала великану, раз мы точно не знаем, кто из них питомец мага. Целься ему в ноги. С остальными справимся по очереди.

– А если они не выйдут оттуда, пойдем за ними. – К Руту возвращалась уверенность. – Куол раздобудет у Мундуруку средство, чтобы мы могли последовать за ними туда. – Быстро взмахнув рукой, он вытащил из щели между камнями саламандру, бросил ее в рот и стал жевать, громко чавкая и сплевывая мелкие косточки.

Его подруга с завистью смотрела на него.

– Ты мне напомнил, что я тоже проголодалась.

– Тоже мне новость. – Обсосав черепушку, Рут рассеянно выбросил ее и глянул через плечо. – Куол сказал, что Мундуруку нужен один-двое, чтобы допросить, прежде чем избавиться от них. Остальные будут в нашем распоряжении: пей крови, сколько влезет.

Представив себе эту картину, Рата почувствовала себя лучше. В свете таких кровожадных мыслей даже ожидание было сладостным.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Там, куда занесло их неизвестной силой, было много удивительного. Но что поразило Оскара больше всего после света и цвета, – это жара. По сравнению с сырой промозглостью на дне Шалуанских водопадов воздух здесь был ужасно сухим и раскаленным. Перед ними простиралась каменистая равнина, на которой то тут, то там попадались невиданные растения. Некоторые из них сплетались между собой, как веревки в канате. Другие тянулись вверх к небу, а из их стеблей под прямым углом торчали шипы. Третья, довольно многочисленная группа растений, напоминала трещинки, покрывавшие поверхность замерзшего пруда, а цветочки, которые распускались на них несмотря на жару, имели свои защитные лепестки.

Здесь не только было жарко, понял Оскар, но и краски вернулись в окружающий мир. Постепенно он убедился, что они были уже не в том мире, который так хорошо знали, а в каком-то другом. Когда первое потрясение прошло, он вспомнил об их кровожадных преследователях. Оскар обернулся в поисках бледных злобных лиц закутанных в черное наездников на своих моргунтах, а также дикой самодовольной ухмылки Куола. Но никто не собирался на него нападать. Вокруг были только друзья, которые так же, как и он, потрясенно смотрели в палящее алое небо.

Цвет. Где бы они ни оказались, как бы ни называлось это сказочное место, здесь были краски, да такие, каких он никогда не видел, когда был еще собакой. Для того, кто всю жизнь воспринимал только некоторые оттенки, доступные собачьему зрению, а потом видел только серость, в которую ввергло мир проклятье Мундуруку, это было поистине откровением. Заклятие Мундуруку не дотянулось сюда или просто не справилось. Оскар ликовал, любуясь миром, пропитанным яркими цветами, настолько насыщенными, что слепило глаза. И еще приятно было осознавать, что какими бы сильными ни были эти Мундуруку, они все же не были всемогущи.

Во всем этом только одно было неладно.

Краски были действительно великолепные. Но это были различные оттенки одного цвета.

Все: небо, земля, растения, стая плоскоспинных жуков, роившихся вокруг упавшего плода, отдаленные холмы, облака, проплывавшие величественно над головой, – все было окрашено в красный цвет. Жуки были розовые и светло-вишневые; гниющий плод размером с дыню, в котором они копошились, был ярко-малиновым; дальние горы будто навсегда застыли в лучах заката, хотя солнце стояло еще очень высоко и до вечера было далеко. Карминовые цветы унизывали темно-бордовые ветви деревьев, а по небу с хриплым криком на восток тянулся косяк куропаток ярко-розового цвета. Даже его друзья приобрели заметный розовый оттенок.

– У тебя такой вид, будто ты только что из боя, – сказал Оскар Макитти. Ее кожа была более смуглой от природы, чем у остальных, и сейчас она была словно залита кровью.

– На себя посмотри, – вспыльчиво ответила она. – Весь в красно-розовых пятнах. И держи язык во рту. Здесь очень жарко, и нам больше не надо пыхтеть, чтобы охладиться. Вместо этого приходится потеть.

– Я предпочитаю дышать, высунув язык, – это гораздо более элегантный способ снизить высокую температуру тела. – Цезарь отхлебывал из фляги. Поскольку поблизости не было ни лесных ручьев, ни горных родников, вода, которую они прихватили с собой, стала на вес золота.

Из них из всех Сэм с его пятнистой кожей приобрел самую причудливую внешность.

– Тебя будто не родили, а придумали, – прокомментировал Тай. Певцу повезло – у него был относительно однородный окрас, ничего необычного – бледный красноватый загар.

– Где мы? – Какао встала на четвереньки, задевая ножнами за землю. Ее одолевало желание половить жучков и букашек, но вместо этого она зачерпнула пригоршню красных камешков. Они наполнили ее нежную ладонь жаром, и она тотчас отбросила их в сторону. – Ручаюсь, что очень далеко от Юзебийского ущелья.

– Вообще неизвестно где. – Макитти осматривалась вокруг в поисках признаков жизни. – Кажется, мы попали в радугу.

– Я думал, здесь будет попрохладнее, раз уж она состоит из влаги. – Утерев пот со лба, Сэм молча рассматривал непривычную испарину, капельками покрывшую его кожу.

– Мы внутри цвета, а не влаги. – Оскар, прищурясь, вглядывался в небо. Его кустистые брови немного защищали глаза от палящего света. – Мы прыгнули в ближний край радуги, то есть в красный Цвет. Потоком нас протащило вверх и дальше по всей дуге. И вот мы вывалились на другом конце. Наверное, этим и объясняется то, что все вокруг окрашено так однообразно.

– Так вы думаете, нам хватит этого для выполнения задания? – Какао безуспешно пыталась поймать немного красного воздуха.

Макитти покачала головой.

– Даже если бы мы знали, как заполучить хоть немного здешнего цвета, этого недостаточно. Заклинание Мундуруку похитило все цвета, поэтому и вернуть мы должны их все. Вот только как это сделать, мне пока в голову не приходит.

Ее замечание встретили молчанием. Наконец заговорил Оскар:

– Я однажды видел, как Хозяин Эвинд сделал из обычного света радугу. Он для этого пользовался кусочком специального стекла. Кажется, он называл это призмой. Если в обычном свете есть все цвета радуги, так это как раз то, что нам нужно. Надо добыть его для нашего мира.

24
{"b":"9057","o":1}