ЛитМир - Электронная Библиотека

Вдоль всей стены гавани мерцали огни, словно софолдцы и кочевники обменивались таким образом безмолвными яростными тирадами. Резня освещалась мирным солнечным светом.

Этан опять бросился вперед и почувствовал, как что-то твердое и холодное уперлось в его правый бок. Септембер увидел, как тот споткнулся, быстро подбежал и увидел молодого человека совершенно ошеломленным.

— Куда вам попали, приятель? — тревожно спросил верзила, пытаясь перекричать шум битвы.

— Я… я не знаю.

Этан на самом деле не знал. Он ощутил какой-то удар, но не почувствовал ни боли, ни слабости. Этан осмотрел себя, ощупал свое тело.

Ничего. Септембер медленно повернул его и взглянул на спину.

— Благослови мою душу! — услышал Этан уже во второй раз за сегодняшний день.

— Не оставляйте меня в неизвестности, — судорожно пробормотал он. -

Что там?

Он почувствовал толчок в спину. Септембер что-то проворчал, затем усмехнулся и показал ему длинную стрелу.

— Она пробила вашу броню на три четверти. Видимо, смягчил удар.

Сукины дети!

Этан хотел сказать что-нибудь в ответ, но не успел. В следующее мгновение толпа ревущих варваров показалась над стеной. В нескольких местах враги сумели перескочить через барьер и завязали бой с обороняющимися. Однако подкрепление, воспользовавшись ледяными дорожками, быстро добралось до места и залатало бреши в рядах защитников города.

Затем вдруг крики и рев обороняющихся превратились в свист. Огромная масса вражеских воинов покидала стены и бежала по льду прочь от города. Им вслед неслись насмешки, стрелы луков и арбалетов.

Септембер подошел к Этану, снял свой шлем, швырнул его в стену, и тот со звоном ударился о камень. Лицо верзилы раскраснелось и покрылось потом.

Крошечная струйка крови стекала со щеки к подбородку. Лезвие огромного топора было малинового цвета.

— У вас кровь течет, — сказал Этан.

— А? — Септембер провел рукой по лицу и отмахнулся. — Верно. Только царапина. Сейчас, дружище, я слишком устал, чтобы замечать такие пустяки.

— У меня в сумке была дюжина индивидуальных пакетов, — начал Этан, но

Септембер нахмурился и опять отмахнулся.

— Я уже достаточно наслушался ваших рассказов о чудесных товарах, но мы так ничего и не получили, приятель.

— Извините, — сокрушенно произнес Этан.

— Я слишком стар для пустой болтовни… — пробормотал верзила.

На стене гавани софолдские солдаты и дружинники пели, отмечая победу с таким же жаром, с каким сражались. Когда добрая весть разнеслась, такое же веселье началось в городе.

Гуннар подошел к Этану и Септемберу. Глаза рыцаря сверкали, а когда-то безупречно чистая форма была сильно запачкана.

— Мы побили их! Мы побили их!

— Ты же знаешь, они вернутся, — пробормотал Септембер.

Гуннар взглянул на него.

— Да, знаю. Но подумай только, что сейчас произошло. О нет, ты не понимаешь. Ты не можешь чувствовать то же самое. Сотни лет никто не смел и предположить, что можно сопротивляться Орде и ее союзникам. Происшедшее сейчас, даже если Уонном уничтожат, разнесется по свету. Через нас или через болтливых пьяниц среди врагов всем станет известно, что варваров можно победить!

— Ты отлично понимаешь, это не очень впечатляющая победа, — сухо добавил Септембер. — Их последняя волна едва не смыла нас.

Гуннар задумчиво вздохнул.

— Знаю, друг Септембер. Чуть не смыла, — он оглянулся и подошел к телу одного из кочевников. — Если бы не это, боюсь, нас бы действительно сбросили. Смотрите.

Он перевернул ногой труп. Тот перекатился на спину, и Этан увидел острый конец одной из стрел, выпущенной из арбалета Вильямса и пробившей грудь варвара. Она прошла сквозь тонкую бронзовую пластинку и два слоя кожи.

— Дело не столько в дальнобойности оружия вашего колдуна, хотя это тоже важно, сколько в большой мощности. Даже против ветра!

— Теперь вы потеряли эффект неожиданности, — заметил Септембер. — В следующий раз они будут знать, чего ожидать.

— Все ожидания в мире не замедлят полета этой штуки, — парировал рыцарь. Он взялся за конец стрелы и повернул его. При этом из груди убитого вытекло немного крови.

— Малваккен со своими помощниками готовят еще оружие. Хотя у нас всего по четыре обученных стрелка на каждый изготовленный арбалет. В этом наша главная слабость.

— Они пойдут сегодня еще в атаку? — поинтересовался Этан.

Гуннар взглянул на солнце, потом на него.

— Нет, друг Этан, не думаю. Орда, — пояснил он с удовольствием, — не привыкла отступать. Вождям потребуется некоторое время, чтобы понять, что произошло с их войсками. Такого у них еще не случалось. Впервые им придется разрабатывать какую-то стратегию. Не могу представить, что это будет, но только не открытая атака!

Рыцарь злорадно усмехнулся.

— Лед усыпан их телами.

— Ну, я рад слышать, что можно немного отдохнуть, — сказал Этан, — потому что я окончательно вымотался. Устал.

Его правая рука лежала в луже ледяной воды. Он осторожно поднял ее, поднес к глазам, вытер ее другой рукой перед тем, как… Стоп. Ледяная вода? При такой температуре?

Этан посмотрел вниз. Его рука лежала в луже красной крови, которая только начинала замерзать и густеть в морозном воздухе. Перчатка и рукав на предплечье постепенно намокали. Зрелище напоминало остатки туши на бойне.

— Проклятье! Мне нужен огонь, чтобы выплавить ее изо льда.

Потом Этан потерял сознание.

Глава 9

Наступило следующее утро. Оно было ясным, восхитительным… и ветреным. Вокруг сияла такая неописуемая красота, что почти невозможно было представить весь ужас, который принес с собой предыдущий день. Да в этом и не было необходимости. Зачем вспоминать о том, что было?

Единственное, что оставалось делать, это любоваться, глядя вдаль. На сотни метров вокруг, куда ни бросишь взгляд, повсюду виднелись глыбы льда, покрытые в одних местах нежным слоем снежного пуха, а в других — яркими пятнами киновари.

«Воины этого мира, подумал он, избавлены, по крайней мере, от одного из величайших ужасов войны. С тех пор, как бои начали происходить на вечно ледяных заснеженных просторах, при сильном морозе, никого хоть не будет беспокоить надоедливая вонь медленно разлагающихся трупов».

— Как вы чувствуете себя, дружище? — спросил Септембер. — Вчера вы так стремительно перевернулись кверху килем, что я на секунду даже взволновался за вас.

— Мне очень жаль, что все так вышло, — ответил Этан.

— Ничего, ничего, вам абсолютно незачем извиняться, — начал

Септембер, но Этан остановил его.

— Нет, раньше я видел убитых людей, а этих и людьми-то назвать нельзя, даже подобием человека. Я предполагал, что всякое может случиться, но это, — и он посмотрел на лед, простиравшийся перед ним.

Септембер положил свою огромную лапу ему на плечо.

— Вы правы, мой дорогой друг, гораздо больший шок нам причиняет смерть знакомого. Но тут совсем другое дело. Похоже на бойню.

К ним присоединился Гуннар, глаза которого пристально оглядывали ледовое пространство. Пришло время подумать о том, где, в каком месте около стены, разместить вооруженные группы.

— Что они предпримут сегодня? — спросил Этан, уверенный в том, что он пропустил что-то.

— Ты разве ничего не слышишь? — спросил рыцарь.

— Не слышу чего?

— В течение последних нескольких минут доносится какой-то шум. Вот прислушайся.

Этан замер и напряг слух, стараясь уловить что-то в окружающем их ледовом пространстве. Как обычно, был слышен только дьявольский ветер. Но потом, как показалось Этану, к этому завыванию примешались и еще какие-то звуки.

— Да, я слышу что-то, — проскрипел Септембер, — это похоже на пение.

— Да, — согласился Гуннар. — Пение… А! — он поднял указательный палец и показал в сторону. — Вон там.

Далеко-далеко в белом просторе показался подвижный объект, размерами не меньше громоеда. Он двигался по направлению к ним: четыре длинных ряда воинов-кочевников были впряжены в четыре толстых, витых троса, которые волокли по льду что-то огромное. Пение сопровождалось дружными выкриками, идущими из глубины этого единства. Самовозбуждение нарастало.

39
{"b":"9059","o":1}