ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Да, моя радость. Я приеду с розами, на этот раз для тебя.

– Люблю тебя, Жиро!

– И я тебя тоже, крошка. Улыбаясь, он отключил телефон.

Бо не ошибся. Казалось, весь Техас собрался, чтобы попрощаться с Лореттой Ларсон Хармон. Так же как и все полицейское отделение Сан-Антонио. Сам начальник полицейского отделения присутствовал на похоронах, и губернатор штата, и все самые важные чины, и сотня гранд-дам в черных туалетах, широкополых шляпах и дорогих туфлях на высоких каблуках, утопавших в густой траве вокруг могилы, отчего они двигались странной семенящей походкой, как пьяные. Толпа пьяных черных ворон…

Бо, в черном костюме и белой шляпе, держался с большим достоинством. Стоически принимал многочисленные соболезнования, окруженный адвокатами Лоретты, представлявшими ее семью.

Черный гроб декорировали многочисленными золотыми украшениями, которые так любила Лоретта. Бо позаботился и о том, чтобы на нем были полосы ее любимых цветов – персикового и лавандового.

Ей бы это понравилось, – смущенно повторял он.

Руки Лоретты, с оторванными кистями, спрятали под стеганым шелковым покрывалом. Гримеры потрудились на славу, использовали лавандовые тени для век и розовую помаду, так что теперь она выглядела почти по-человечески.

Жиро улыбался в видеокамеру каждый раз, когда она поворачивалась в его сторону. После окончания церемонии они с Булвортом и Пауэрс поспешно удалились.

– В аэропорт, – объяснял всем Бо Хармон.

А затем в Лос-Анджелес, продолжать поиски Бонни, в дальнейшем именуемой Лори Мартин.

Глава 50

– Думаешь, она снова попытается это сделать, Эл? Марла, в уютном домашнем белом махровом халате и старых-престарых комнатных туфлях, полулежала на диване, положив ноги на высокие подушки, а голову на колени Жиро. На лице никакой косметики, волосы убраны назад и стянуты эластичной лентой. «Ей можно дать сейчас не больше пятнадцати лет, – подумал Жиро. – Бедная напуганная девочка…»

– Да нет, не осмелится, – ответил он с уверенностью, хотя не ощущал ее на самом деле. – Она же знает, что теперь мы все начеку и полиция ведет расследование. Нет, Лори побоится привлекать к себе внимание, наверняка теперь затаится на некоторое время.

Так он успокаивал Марлу, хотя сам ощущал сильнейшую тревогу. Удар пришелся слишком близко к сердцу. Если бы с Марлой что-нибудь произошло… Но об этом Эл даже думать не хотел. Господи, ведь это едва не случилось…

Он долго молчал.

– Знаешь что, радость моя… Тебе никогда не приходило в голову, что твоя мама права? Ну, насчет этой опасной профессии – ассистент частного сыщика? И насчет того, чтобы тебе жить своей собственной жизнью? Ты ведь умница, образованная, у тебя прекрасная профессия. Марла сдвинула брови, прищурила глаза.

– То есть ты хочешь сказать, что я идеальная партия для мистера Райта?

– Ну, не обязательно ему быть дантистом-протезистом…

Эл громко взвыл: Марла с силой пнула его кулаком в живот.

– Черт возьми, Марла! Ты же у нас только выздоравливаешь после травмы. А удар у тебя, как у профессионального борца-победителя.

– Пошел ты на… Жиро! И не пытайся спихивать меня никакому мистеру Райту, понял? И еще запомни: я никого и ничего не бросаю. И не боюсь я эту мисс Злобную Стерву, в дальнейшем именуемую Лори Мартин. Поэтому скажи мне лучше, что будем делать дальше.

Кажется, впервые за много лет Жиро не знал ответа.

– Нам нужна передышка. Совсем маленькая передышка. Надеюсь, мы получим ее, прежде чем у Лори появится возможность нанести следующий удар.

Марла вдруг спустила ноги на пол и села.

– Знаешь что? Я хочу видеть Вики. – Глаза ее широко раскрылись, в них появился страх. – Мне нужно убедиться, что с ней все в порядке.

– Я позвоню в больницу, спрошу у дежурной сестры. Жиро уже взялся за телефон, но она остановила его:

– Ты не понимаешь. Я должна увидеть ее. У меня какое-то странное чувство…

Эл взглянул на часы.

– Уже поздно, Марла. Время посещений уже закончилось. И потом, тебе пока лучше не выходить. Ты еще не совсем оправилась от потрясения.

– Да черт возьми, Жиро! – Она топнула ногой. – Ты не понимаешь. Это очень важно. У меня перед глазами стоит ее лицо, залитое слезами. Глаза широко открыты, но Вики никого не видит. Я чувствую, что нужна ей. Ей необходимо с кем-нибудь поговорить… сейчас…

Эл кивнул.

– Позвоню в больницу, узнаю, пустят ли нас к ней. Марла чмокнула его и побежала в спальню одеваться.

– Я знаю, что нас к ней пустят! – крикнула она, обернувшись. – Ты же умеешь творить чудеса, Жиро.

Хотел бы он, чтобы это оказалось правдой.

Всю дорогу до больницы они молчали. Марла, погруженная в свои мысли, сидела, свернувшись на кожаном сиденье «корвета», напряженная, как мышка, попавшая в западню. От нее восхитительно пахло духами, которые Эл купил ей во время романтического уик-энда в Париже, год назад. Неужели всего год назад?.. Сейчас кажется, что прошло уже целое десятилетие.

Они въехали во двор больницы.

– Ты так и не сказал мне, что со Стивом.

– Его выпустили из тюрьмы. У Булворта больше нет оснований держать его там. Только они не хотят, чтобы это стало известно, пока не найдут Лори Мартин. Стив в надежном месте, под охраной. Они опасаются, что, как только Лори узнает о том, что он на свободе, снова кинется за ним.

– Думаешь, попытается убить его?

– Конечно. Лори не может позволить ему остаться в живых и рассказать все, что он знает о ней. Особенно теперь, когда обнаружили тело Джимми Виктора. На самом деле наша Лори сейчас наверняка нервничает. Письма-бомбы своего дела не сделали, Джимми Виктора нашли…

– Да. Но никогда нельзя знать, что она придумает в следующий раз.

Они вышли из машины, поднялись по знакомым ступеням, открыли дверь больницы.

Вики охватило страшное одиночество. Такое чувство, будто она никому не нужна… Но сейчас появилось что-то новое… новое ощущение… новый запах… Аромат летнего сада перекрыл больничные запахи, которые она успела возненавидеть. Этот новый аромат духов напомнил ей о детстве, о детских каникулах, летнем ветре, траве, вечерних сумерках, наполненных запахами жасмина, душистого табака и роз. Этот чудесный аромат напомнил и о том, что она женщина… что она жива…

Вики беспокойно заметалась на подушке, крепко закрыв глаза, пытаясь восстановить в памяти те летние каникулы с дядюшками, тетушками, кузинами и кузенами. Как они тогда играли все вместе, бегали по пляжу до полного изнеможения, кричали, смеялись.

О Господи… ее девочки… ее крошки… Кто позаботится о них во время каникул, теперь, когда ее нет с ними?.. Но она жива. Наверное, жива, раз чувствует этот запах духов…

На руку ее легла чья-то прохладная, гладкая, мягкая рука. Женская. Женский голос что-то говорил ей. Вики изо всех сил попыталась сосредоточиться, восстановить нарушенные связи. Понять, что ей говорят. Это не медсестра и не врач. Эта женщина что-то для нее значит… но что?

Марла, наклонившись над постелью Вики, тихо говорила ей в самое ухо:

– Вики, дорогая. Это Марла. Вы меня помните? В тот вечер я была вместе с вами. Я знаю, что вам пришлось пережить. Вики, я просто почувствовала потребность быть сегодня с вами, мне показалось, что я нужна вам. Я хочу еще раз сказать вам, что Стив невиновен. Его выпустили на свободу, потому что теперь известно, кто преступник. Ее пока не нашли, но поймают обязательно, обещаю вам. И тогда Стив опять будет рядом с вами и сам скажет вам обо всем. Скажет, как он любит вас. Вас и девочек. Я это знаю, Вики.

Эл наблюдал и слушал, опершись о стену и скрестив руки на груди. Он все еще не понимал, зачем Марле понадобилось приехать в больницу именно сейчас. Может, женская интуиция… Но в любом случае он обязан сделать для Вики все возможное.

Вики снова заметалась по подушке. Марла в тревоге откинулась назад.

– Все в порядке, Вики…

Она взволнованно оглянулась на мониторы, регистрировавшие каждый удар сердца Вики, биение пульса, скачки кровяного давления. Жизнь, сведенная к мониторам… Печальная картина.

50
{"b":"906","o":1}