ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Три товарища
Альдов выбор
Пять четвертинок апельсина
Запах Cумрака
Серые пчелы
Я супермама
Ключ от послезавтра
Аврора
Материнская любовь
A
A

— Говори, что хочешь, но у меня есть обязательства перед моими детьми. Вне зависимости от твоего ко мне отношения, я буду продолжать обеспечивать их всем необходимым.

— Засунь свое обеспечение знаешь куда?! Мне плевать на твои грязные деньги! Они мне никогда не были нужны! Мне нужен был только ты, Роберт Коффин. И я еще получу свое! Вот увидишь! Ты вернешься ко мне. Куда ты денешься? Я хорошо знаю, что могу предложить мужчине гораздо больше, чем любая другая женщина.

Он подумал о том, что насчет этого она, пожалуй, права.

— Но ты забываешь…

— Любой мужчина будет ползать передо мной на коленях, если я этого захочу.

Коффин криво усмехнулся. Она забывает, что он не «любой» мужчина. Он относил себя к иному типу мужчин, к тем, кто реагирует инстинктивно и мощно на любой намек на опасность.

— Я тебе очень советую аккуратнее подбирать слова, Мэри Киннегад. Учти, я не отношусь к категории тех людей, которые умеют все легко прощать. Если ты выкинешь меня сейчас из этого дома при помощи ругани, я больше не вернусь.

— И не возвращайся, нужен ты мне!

На этот раз она метнула в него нож. Ловко, из-за спины. Он с хрустом вошел в стену не более чем в футе от его головы. Он даже не заметил, когда она его взяла со стола. Это был обыкновенный кухонный нож, но метнула она его, как настоящий моряк.

Он поднял на него глаза и долго, неподвижно смотрел, как он мелко подрагивает в дереве. Затем он медленно перевел взгляд на его владелицу. Она все так же яростно смотрела на него. В ее глазах не было и тени раскаяния.

Значит, она действительно хотела воткнуть нож ему в шею. Значит…

— Пусть будет по-твоему, — спокойно проговорил он. — Я предлагал тебе приемлемые варианты. Ты их все отвергла. На свой страх и риск. Дело твое.

— Твои варианты воняют тухлой рыбой, Роберт Коффин! Ты знаешь, что мне нужно!

— Я знаю, но дать тебе этого не могу. Если сейчас между нами случится разрыв, то никогда не забывай, кто виноват в нем.

— Пошел ты к дьяволу, негодяй! Я найду себе другого мужчину и уж не буду ждать шесть лет, пока он на мне женится! Но учти. Придет темная, холодная ночь, когда ты будешь лежать со своей чопорной английской женушкой в вашей стылой кровати и тебе будет очень худо! Она будет в своей обычной паршивой муслиновой пижаме и чепчике. Уткнется в подушку на своей половине кровати, повернувшись к тебе задом! И тогда ты вспомнишь обо мне! О, ты вспомнишь обо мне, это я тебе, дорогой мой Роберт Коффин, могу твердо-твердо обещать!

— Очень возможно, — проговорил он. Голос у него был настолько ледяной, что на какое-то мгновение ее непоколебимость дала трещину. Он небрежно оглянулся на нож, который все еще подрагивал в стене.

— И об этом я тоже не забуду, хотя он причинил мне меньше вреда, чем твои слова. Берегись, Мэри Киннегад! Я любил тебя… И я все еще люблю тебя, но если тебе этого недостаточно…

— На таких условиях, какие ты предлагаешь, — недостаточно, — твердо произнесла она.

— Хорошо, тогда покончим с этим! — заключил он, распахивая дверь. — Только помни, что не я это все начал.

— Ты так уверен в себе! ? В себе и в своей паршивой правоте! ?

Она запустила в него ковшиком для воды. Он со звоном ударился о деревянную дверь, которую за секунду до этого спокойно закрыл за собой Коффин.

Он все еще слышал ее крики, когда пошел по улице, не оглядываясь назад. В ушах стоял звон, сквозь который прорывалось эхо яростных рыданий, несшихся от небольшого домика, который он построил когда-то для нее и их детей. Он решительно шагал прочь от того места, до боли стиснув зубы.

Наконец, звуки Пляжа окончательно заглушили ее вопли, и Коффин смог в первый раз глубоко и с облегчением вздохнуть. Он твердо решил тут же выкинуть из своей памяти женщину, которая была для него ближайшей спутницей жизни на протяжении последней полдюжины лет. Он поклялся себе отныне не вспоминать больше о ней. Это была страшная клятва.

Но она сама сделала свой выбор. Пусть теперь живет с ним, как с занозой в сердце.

Ближайшей пивной, в которой человек не рисковал отравиться рюмкой рома, был «Хромой ворон». Коффин, поколебавшись минуту, решительно завернул к нему.

Он не сожалел ни о чем. Пусть все останется так, как есть. Теперь оставалось только окончательно прийти в себя и успокоиться. В этом он очень рассчитывал на помощь нескольких больших кружек пива.

— Я говорю тебе, — вдалбливал он час спустя в ухо вежливо склонившегося к нему официанта-бармена. — Ничего с этим уже не подделаешь. Ничего! — Он опустил в пол мрачный взгляд. В кружке, которую он безвольно держал в руке, что-то плескалось и булькало. — Как бы ты ни подлаживался к их желаниям, им никогда не видно конца!

— Кого вы имеете в виду, сэр! — вежливо спросил бармен. — Кто это изматывает вас своими желаниями?

— Женщины, конечно, олух ты царя небесного! Где были твои уши?! Я же в сотый раз повторяю тебе это!

— Прошу прощения, сэр. Мне действительно нужно было раньше догадаться. Виноват.

Коффин сделал большой глоток из кружки, сморщился и утер рот рукавом.

— Она больше от меня не получит ни шиллинга, так и знай, парень! Пусть сама себе заработает. Меня не интересует, каким способом. Все эти последние годы я по-разному думал о Киннегад, но никогда не мог назвать ее дурой. По крайней мере такой дурой она никогда не была, клянусь!

— Так, так, та-ак… — послышалось рядом. Коффин не обратил на это внимание.

— Я сказал: так, так, так, — раздался грубый голос за его спиной.

Коффин обернулся и увидел перед собой здорового моряка, который возвышался в пивной надо всеми, будто слон. За его спиной жалась маленькая кучка зевак. Они толкали друг друга локтями и перешептывались. Коффину они напомнили стайку прилипал, которые всюду находятся вместе с акулой и ждут ее очередной жертвы, чтобы насытиться объедками.

— Я вот уже несколько минут слушаю, что вы говорите, сэр. Насколько я понял, вы Роберт Коффин, владелец «Дома Коффина»?

На этот раз Коффин заинтересованно взглянул на моряка.

— Да, это я и есть.

— Тот самый, кто ухаживал за «ирландкой» Мэри на протяжении последних лет? Коффин медленно кивнул.

— И насколько я понял из вашей речи, вы с этим покончили?

— Вы поняли абсолютно правильно, мой друг.

Моряк с облегчением выдохнул и радостно воскликнул:

— Ура!! ! Сегодня выдался славный денек, ребята, вы не находите?! Два последних года моей самой заветной мечтой было залезть к этой ирландской проститутке в постель! Я только об этом и мечтал! Только об этом и думал! Если вы снимаете с нее свою ставку, сэр, значит, это открывает мне ворота к победе!

Эта реплика отозвалась взрывом хохота у шестерок моряка.

Однако, Коффин устремил на моряка взгляд настолько мрачный, что его прихлебатели тут же заткнулись. Наступила пауза, которая сильно затянулась. Кто-то в дальнем конце зала кашлянул, и все это услышали. Затем Коффин вновь опустил взгляд в свою кружку.

— Делай с ней, что хочешь, если ты ей понравишься. У меня с ней все кончено.

— Как скажешь, как скажешь? — радостно забормотал моряк и по-приятельски ткнул Коффина в плечо. При этом движении бармен подозрительно сощурился и исчез под стойкой.

— Что, надоело, парень? Я понимаю. Выжал все соки и надоело. Ничего, я недавно видел ее на улице. По-моему, в этой шлюхе еще многое осталось. Есть на что позариться, а?

Коффин медленно поставил свою кружку на стойку бара и поднял глаза на моряка. Он снова смерил его внимательным взглядом, быстро трезвея.

Малый был здоров, что и говорить. У него были коротко остриженные волосы, а лицо пересекал шрам, нанесенный каким-то острым режущим предметом типа сабли.

— Друг мой, запомни одну вещь: Мэри Киннегад не шлюха. Я с шлюхами дела не имею. Понял? Брови моряка сдвинулись.

— Что-то я вас не пойму, сэр. Вы только что сказали, что разорвали с этой девчонкой.

— С ней, да. С памятью о ней — нет.

Моряк недоуменно оглянулся на своих приятелей, затем вдруг широко улыбнулся и попытался замять неловкость шуточкой:

22
{"b":"9060","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Еще темнее
Оранжевая собака из воздушных шаров. Дутые сенсации и подлинные шедевры: что и как на рынке современного искусства
Тета-исцеление. Тренинг по методу Вианны Стайбл. Задействуй уникальные способности мозга. Исполняй желания, изменяй реальность
Чертов нахал
Страстная неделька
Мусорщик. Мечта
Один день Ивана Денисовича (сборник)
Женщина начинается с тела
Секреты спокойствия «ленивой мамы»