ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Новые отряды регулярно приезжали из Австралии, сменяя уже измученных ветеранов. Люди прибывали из Англии, Индии и других колоний Британской Империи. Все они приезжали в полной уверенности, что в течение нескольких недель положат конец этой войне. Новоприбывшие офицеры были хуже всего. Они не могли понять, как нескольким туземцам удалось довести полк его величества до полного бездействия. Индия, в которой язычников было в сотни раз больше чем здесь, почему-то находится под жестким контролем империи. Было невозможно поверить, чтобы этот мелкий мятеж полинезийцев продолжался так долго.

Вскоре такие офицеры испытывали на собственной шкуре, что значит вести бой против маори, и очень быстро понимали, что Тэ Ика-а-маун, так назывался на местном языке Северный Остров, вовсе не Пенджаб. Дерзость сменилась осторожностью и осмотрительностью, и люди начали говорить уже о выживании, а не о быстрой победе.

Стоук получил свою артиллерию. Хотя теперь они могли с большого расстояния разрушать стены любого укрепления, это не приблизило конец войны и мятежа. Маори противостояли и этому вызову. Чем больше они теряли, тем яростнее сражались. Теперь вместо того, чтобы защищать свои па, когда армия использовала против них артиллерию, они просто убегали в лес, откуда изматывали своими атаками незащищенные ничем отряды. Солдаты, охотящиеся за маори, умирали и проклинали противника, который отказывался оставаться на одном месте и принять бой.

Регулярные войска были не единственными, принимавшими участие в боях. Коффину удалось снарядить свой отряд лучше, чем многим его коллегам, благодаря преданности Элиаса Голдмэна и возраставшей ответственности Кристофера, которую он проявил в делах «Дома Коффина». Даже Холли оказалась полезна. Она с неохотой примирилась с тем фактом, что, как один из самых влиятельных людей в обществе, Коффин не сможет вернуться и жить тихой мирной жизнью, в то время как другие люди воюют против мятежников. Но все это ей очень не нравилось.

Честно говоря, он скучал по ней так же, так же как и она по нему. Он провел очень много одиноких ночей, когда только ветер завывал в его палатке.

Казалось, этому не будет конца. Многие члены милиционных отрядов и волонтеры решили привезти своих жен и возлюбленных вместе с собой. Теперь за регулярными войсками следовал еще один лагерь. Экспедиционные войска были похожи на хищников, рыщущих по всей стране в поисках изводящих их маори, некоторых они убивали, с других брали клятвы о сохранении нейтралитета; но как только британские солдаты уходили, оказывалось, что многие до той поры мирные племена внезапно решали присоединиться к восстанию. Такие жестокие акции не могли привести страну к постоянному миру и спокойствию.

Стоук уверял всех, что они обречены на победу. По его мнению, это был всего лишь вопрос времени.

Война стала частью повседневной жизни, люди регулярно приезжали с боев домой и уезжали опять на сражение. Жизнь текла почти так же, как и раньше, хотя и лишенная радости и легкости. Они, возможно, и не смогут убить каждого мятежника, но в любом случае они подавят их.

На самом деле, маори уже проиграли эту битву, хотя даже их собственные боги не могли бы их убедить в этом.

КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ

1861 год

Глава 1

Он думал о Холли. О ее блестящих глазах и гладкой коже, о прохладных ветрах, что веют с озера Таравера. О том, как же будет окончательно выглядеть летний дом в Те Вайроа, когда, наконец, он будет доведен до полного совершенства.

Впереди прозвучал выкрик, и колонна остановилась. Позади него тихо переговаривались люди, пешие и конные, а один из тех, кто ехал впереди, повернулся и приблизился к нему. Он уже повернулся было, чтобы сказать что-то Ангусу, но Мак-Кейд больше не ехал в рядах ополчения. Покалеченная нога мешала ему принимать участия в сражениях.

— Майор Стоук передает вам привет, сэр, и спрашивает не могли бы вы присоединиться к нему?

— Что такое, капрал?

— Маори впереди, сэр.

Коффин поднялся на стременах, но с трудом смог разглядеть лишь конец колонны регулярных войск, за которыми следовала милиция.

— Сражение уже началось?

— Нет, сэр. — Посыльный повернул коня. — Сражения не ожидается. Эти туземцы держат нейтралитет, или так, по крайней мере, они заявляют. — По тону его голоса было совершенно ясно, что этот солдат не верит в этот нейтралитет.

— Тогда почему же колонна остановилась? Почему мы не можем просто обойти их?

— Майор Стоук принял решение разбить здесь бивуак на ночь, сэр. Кроме того, мне сказали, что один из маори желает переговорить с вами лично.

Коффин нахмурился. Некоторые из его подчиненных с любопытством смотрели на него.

— Сейчас разберемся. Указывайте дорогу, капрал.

— Есть, сэр.

Посыльный развернулся, и Коффин последовал за ним. Солдаты из регулярных войск уже развертывали палатки и доставали котелки с холодной пищей из обоза с припасами. Они проехали мимо них, а затем провожатый свернул с главной дороги и направился вниз по пологому склону.

На оказавшемся поблизости берегу узкой речки разбила лагерь группа путешествующих маори. Даже если бы они были настроены враждебно, они не представляли никакой опасности для сильного вооруженного войска. Опыт приучил солдат высылать постоянные пикеты, которые продвигались с обоих флангов совершающей марш колонны.

Ни в коем случае не противясь тому, чтобы перенять лучшее из всего, что предлагала европейская культура, эти путешествующие маори разместились в палатках, достойных любого офицера. Палатку вождя можно было безошибочно отличить от других. Вход был украшен резным деревянным столбом, который воздвигли, дабы придать жилищу вид традиционного маорийского дома. Коффин улыбнулся, как только узнал некоторые из вырезанных на дереве символов.

— Все в порядке, капрал, — сказал он своему провожатому, — Можете возвращаться в свою часть.

Подчиненный неуверенно посмотрел на него.

— Мистер Коффин, сэр, вы уверены, что все здесь будет в порядке? — Совершенно ясно, что ему было не по себе при мысли о том, что он оставляет офицера среди вооруженных маори, как бы там они не настаивали на своем нейтралитете.

— Со мной все будет в порядке, капрал. Делайте, что вам говорят.

— Вы рискуете головой, сэр. — Солдат развернулся и пришпорил коня вверх по склону, направляясь на главную дорогу.

Коффин спешился и приблизился к палатке вождя. Старуха с неподвижным, невыразительным лицом приподняла полотнище, обычно защищающее палатку от дождя, и пригласила его внутрь. Он пригнулся и снова выпрямился, как только вошел в палатку.

— Я так и думал, что это ты, старый друг, — сказал он, обращаясь к единственному человеку в палатке.

Те Охине утратил некоторую часть своего былого величия. Волосы его теперь поседели так же, как и волосы Коффина, и виной этой перемене были не только пролетевшие годы. Стычки и сражения нескольких прошедших лет состарили немало людей, как маори, так и пакеа. Вождь сидел на невысоком стульчике из резного дерева и жестом пригласил Коффина присесть на лежавшую рядом плетеную циновку.

— Трудные времена, Коффин. Очень трудные настали времена.

— Я знаю. Слишком много хороших людей полегло с обеих сторон. — Наступила минутная пауза, и затем: — Разве кингиты не видят, что им не побить нас? Почему же они не прекратят эту бесполезную войну и не заключат с нами договор?

Те Охине тяжело вздохнул.

— Между маори и пакеа заключено уже немало договоров. Кажется, для нас они значат больше, чем для вас.

— Только не для меня, — быстро возразил Коффин. — Ведь и среди маори есть люди хорошие и есть плохие. Я знаю о проблемах по поводу территорий. Со всем этим можно разобраться, не теряя больше людей. Людям незачем умирать.

— Если мужчины не могут больше умирать за свою землю, за что же тогда стоит умирать?

— И тем не менее, ты не принимаешь участия в сражениях?

68
{"b":"9060","o":1}