ЛитМир - Электронная Библиотека

Масляные лампы, которые держали в руках скользящие моряки, создавали впечатление, что по льду снует, вычерчивая замысловатые рисунки, стая светлячков. Некоторые сновали в груде безжизненных тел, лежавших неровной цепочкой в направлении ближайших утесов.

И опять поиски ничего не дали. Эльфы не было ни среди живых на корабле, ни среди убитых на льду.

— Они не могли… — Гуннар помолчал, собираясь с мыслями. — Они бы не унесли ее тело. — Зубы его блеснули, хотя он не улыбался. — Она никому не будет нужна… если они ее… если она мертва… Можно только предположить, что ее похитили те, кому удалось скрыться.

Старший из всех собравшихся воинов-транов, Балавер Лонгакс полуусмехнулся, глядя на темный остров:

— Тогда я им сочувствую.

— Сваксус, Буджир, наберите двадцать воинов, только добровольцев, для вылазки. — Гуннар бросил взор на неподвижный корабль. — На защите корабля это не отразится, так что, если, похищая Эльфу, захватчики рассчитывали рассредоточить наши силы, им это не удастся!

— Но ты понимаешь, — заворчал Септембер, возвышая голос, чтобы перекричать ветер, — что, если они залягут хоть в какое-то подобие укрепленного лагеря, нам придется чертовски несладко, пока мы сумеем вытащить ее?

— Так что же из этого? Не стоит и пытаться? — Гуннар говорил спокойно, но Этан видел, чего ему стоило сдерживать гнев.

— Стоит! — Этан не мог понять, был ли сарказм в голосе гиганта, и не мог разглядеть выражение его лица под маской спецкостюма. Он похлопал по небольшому пистолету у своего пояса. — Если вы действительно настроены на вылазку, вам понадобится наша огневая мощь.

Гуннар повернулся к Этану.

— Вряд ли тебе следует в это ввязываться, мой друг.

— Гуннар, за те восемнадцать месяцев, что я знаю тебя, это самая большая глупость из сказанных тобой.

В выражении Гуннара читалось «спасибо», и эта безмолвная благодарность была не менее красноречивой, чем слова.

— Нам нужно достать кое-что, что мы принесли с собой из «Медной обезьяны», — продолжал Этан. — У нас уйдет всего минутка на то, чтобы приготовиться.

— Нам тоже надо время, чтобы набрать отряд, — сказал Балавер.

Двое мужчин снова взобрались на судно. По возвращении на лед, они уселись и принялись делать что-то странное со своими ногами. Любопытство Гуннара на минуту отвлекло его мысли от Эльфы.

— Вильямс останется на борту, — проговорил Этан, пыхтя от усилий, вызываемых собственными действиями. — Мы должны оставить, по крайней мере, один излучатель на борту на случай, если они опять вздумают напасть.

— Не думаю, что они сделают это, — ответил Гуннар, уставившись на ногу Этана. — Но мудр тот, кто оставляет одну из ловушек у двери своего дома, отправляясь на охоту. — Не в силах больше удержаться, он указал на

Септембера.

— Что это вы такое делаете со своими ногами?

Этан встал, неуклюже пошатнулся, но сумел удержаться.

— Это называется коньками, Гуннар. — Он наклонился и поправил ремешок. — Это для искусственного скольжения, специально для наших ног, на которых нет когтей. Они сделаны особо. Мы обнаружили, что некоторые рабочие в «Медной обезьяне» специально заказали их в металлической мастерской на станции. У них в подошвы вмонтированы гироскопические амортизаторы.

— Это мне непонятно — «гироскопические». Что же они компенсируют?

— Нашу неуклюжесть. — Он споткнулся, но чудом не упал, когда одна из ног вдруг легко скользнула в сторону, помогая ему удержать равновесие.

Гуннар подумал: а будут ли достаточно компенсировать эти штуки?

Может, им нужны еще какие-то гироскопики?

Все собравшиеся на вылазку члены команды хранили мрачное молчание.

— Я думаю, что наша экспедиция начнется быстрее, если мы с Этаном просто будем стараться сохранить равновесие, — сказал Септембер.

— Понимаю. — Гуннар позвал кого-то из тех, кто стоял, облокотившись на поручень. Через борт тут же перебросили несколько кусков каната из пика-пины.

Концы веревок были связаны друг с другом. Гуннар вручил конец потолще

Этану. Два матроса подхватили другие концы и раскрыли руки. Ветер наполнил их перепонки, и Этан почувствовал, что начинает двигаться вперед.

Септембер был где-то рядом, и так же держался за канат.

И вдруг они понеслись к утесам с скоростью почти шестьдесят километров в час.

Этан стиснул зубы под маской. Если он потеряет равновесие или отпустит канат на такой скорости, любая неровность на поверхности ледяного океана разорвет даже сверхпрочный материал его комбинезона, открыв доступ достаточному количеству холодного воздуха, чтобы одним прикосновением заморозить кожу. Каким-то чудом ему удавалось держаться, несмотря на боль в согнутых коленях и неприятную пульсацию в руках.

Сваксус, бесшумно летевший где-то рядом, проревел, обращаясь к нему:

— Приготовься, друг Этан! Мы сейчас повернем!

Он попробовал ухватиться еще крепче, но руки так онемели от напряжения, что он не мог понять, стала ли его хватка сильнее. По команде все траны в группе опустили свои левые руки, наклонившись при этом вправо, и резко понеслись в этом направлении.

Этан подумал, выдержит ли канат такое натяжение, ведь он только что описал дугу, словно праща на веревке. Но канат выдержал, как и его запястья. Описывая широкую окружность, они мчались к утесам. Бросив взгляд вниз, на лед, он увидел, что они следуют точно по следам, что прочертили по льду оставшиеся в живых отступившие налетчики.

Время близилось к полуночи, и невероятный холод транской ночи начал проникать даже через супертеплоизоляционный материал его одежды на какую-то долю секунды, и тонкая струя ледяного воздуха ударила его, как десятикилограммовый снаряд. Он быстро закрыл маску, вздрагивая вовсе не от холода. Как же быстро замерзнет тут кровь в его жилах!

Лидер группы что-то кричал. Сваксус, заметив через маску Этана его любопытный взгляд, указал вперед. Теперь они находились почти под самыми утесами. В двадцати пяти метрах над ними неровные силуэты растущих на краю утесов деревьев вытягивали в залитую лунным светом ночь свои черные лапы.

На вершине скалы лепилась маленькая крепость. От главного острова она была отделена пропастью метров в пять шириной, через которую был перекинут деревянный подъемный мост.

Группа скользнула в тень.

— Мы попробуем подобраться с той стороны, что не охраняется, — говорил Гуннар. — В эту скалу пробит, должно быть, только один ход, и он непременно охраняется.

Такой вход, если он действительно пробит, должен быть под прикрытием скал — то есть на восточной стороне крепости. Небольшая группа вооруженных транов и людей сбавила скорость, продвигаясь в темноте к обдуваемому непрерывным ветром флангу крепости.

Этан отпустил канат и поднял голову, путаясь в собственных ногах — казалось, они сами хотели укатиться прочь. Стены небольшой крепости наверху были сложены из массивных каменных блоков. Не было ни башенок, ни остроконечных крыш, за которые мог бы ухватиться ветер.

— Нет, это вряд ли возможно, — изрек наконец один из оруженосцев. — Слишком крут путь наверх.

— Возможно! — Услышав такое, оруженосец уставился на Септембера.

— Небесный пришелец, мы что — полетим, как гутторбины?

Септембер подошел — вернее, подкатился — к основанию скалы. Утес слегка сужался наверху.

— Здесь всего метров двадцать. Мы можем попробовать взобраться.

— Ты хочешь сказать: оставить лед? — глаза Гуннара в ужасе расширились.

Этану внезапно пришло в голову, что для трана, который так легко и грациозно скользил по ледяному океану, но считал даже ходьбу делом ненужным и утомительным, сама идея вскарабкаться по отвесной стене должна казаться кошмаром. Острые когти транов помогали им быстро лазать по деревянным реям и мачтам корабля, однако эти же когти будут только скользить, не давая опоры на гладком камне. А относительная негибкость их лап не даст им нащупывать опору на скале, как это свободно может делать «мартышкина» ступня человека.

19
{"b":"9062","o":1}