ЛитМир - Электронная Библиотека

— Иначе говоря, вы стоите перед простым выбором, Трелл, — подчеркнул

Септембер. — Несколько льготных кредитов, льготных операций для вас лично или будущее целого мира. Конечно, если вы выберете первое — вы не совершите ничего нового.

Этан видел, что комиссар мысленно взмок. Одно дело снимать пенку с торговли вздорного примитивного народа — и совсем другое — делать это за счет будущего целой цивилизации. Трелл был достаточно цивилизован, то есть он был и в самом деле комиссаром-резидентом, чтобы эта проблема озадачила его.

Почувствовав его неуверенность, Этан отчаянно подыскивал слова, которые смогли бы окончательно склонить Трелла на их сторону.

— Вы по-прежнему останетесь главным, по-прежнему будете комиссаром.

По-прежнему сможете получать законный, хотя и меньший процент, с местной торговли. Подумайте, какой начнется бум, когда траны организуются на планетной основе. Мы уже направили их по этому пути здесь, в Молокине.

— А если этого недостаточно, подумайте о славе, которую не купишь несколькими кредитными сделками. Вы войдете в историю Церкви в качестве комиссара, который понял циклическую природу цивилизации этого мира и предпринял первые шаги, чтобы помочь климатически истощенному народу.

Какими деньгами измерить бессмертие, Трелл?

Он замолчал. Воззвав к порядочности Трелла и теперь к его самолюбию, он больше не знал, что сказать.

— Я не… я не уверен…

Елейная манера Трелла исчезла вместе с его самоуверенностью. Он пришел, ожидая услышать мольбы и вызов. Вместо этого его встретили памятники культуры и новой историей мира. Он был выбит из колеи и нуждался в возможности прийти в себя.

— Мне надо подумать об этом, все тщательно взвесить. Мы… — он замолчал и резко повернулся к Ре-Виджару. — Что ж, пойдем и поговорим, друг ландграф.

Ре-Виджар пошел с Треллом к приоткрытым воротам.

Комиссар повернулся к Этану:

— Я вам отвечу меньше, чем через час.

— Пожалуйста, будьте благоразумны — обдумайте очевидное, — сказал

Этан. — Мы дадим вам наш ответ тогда же.

Похоже, что Трелл не слышал этих последних слов: он словно отключился, погрузившись в глубокие размышления.

— Что по-вашему, он ответит, друг Этан? — спросил Гуннар, когда деревянные стены со скрежетом захлопнулись за уходящей четверкой.

— Не знаю, абсолютно ничего не знаю. Обычно я чувствую, когда заинтересовал клиента, когда я убедил кого-то в чем-то, но Трелл, кажется, слишком ошеломлен. Так что понять его… Как вы, Сква?

— Я тоже не знаю, мой юный друг. Трелл пытается решить, стоит ли грядущее бессмертие нынешних благ. Это древняя дилемма, стоящая перед человечеством: жить ли сегодняшним днем или зарабатывать себе место на небесах? Через час узнаем.

— Предположим, что он откажется, Сква… Что же мы будем делать?

Септембер ничего не сказал. Но выражение его лица было достаточно красноречивым.

Глава 18

Скиммер завис рядом с королевским плотом пойолавомаарского флота. В центральной каюте разговаривали Трелл, Ре-Виджар и Ракосса. Двое мироблюстителей стояли неподалеку, тихо переговариваясь между собой и не обращая внимания на любопытные взгляды толпящихся вокруг транов.

— Друг Колоннин, — устало говорил Трелл, — снова повторяю, хотя вы отказываетесь меня понимать. У меня нет выбора. Обстоятельства оказались выше меня.

— Да, — напряженно ответил Ре-Виджар, — но я не понимаю, почему вы говорите, что у вас нет выбора. Почему вы не воспользуетесь вашим световым оружием и не превратите в золу этик трех пришельцев и не развеете их прах над океаном?

— Потому что это ничего не даст. Потому что дело не в них. — Трелл сидел в слишком большом для него транском кресле, и пальцы его не знали покоя. Они потирали, чесали друг друга, переплетались и складывались вместе.

— Все, что они сказали о будущем вашего народа — правда, если, конечно, они верно интерпретируют свои открытия. Но думаю, что они правы.

А кроме того, мне нравится мысль, что мое имя будет занесено в учебники истории. Вам такое тоже понравится.

— Ваша история — не моя.

— Будет вашей.

— Это еще надо посмотреть.

— Ни один из нас не обнищает из-за такого поворота событий, Колоннин.

Вы по-прежнему останетесь ландграфом Арзудуна. По мере того, как порт

«Медной обезьяны» будет расширяться, чтобы обеспечивать торговлю остальной

Тран-ки-ки, Арзудун и вы будете богатеть.

— Через сколько ваших лет?

— Очень скоро, — настаивал Трелл.

— А как насчет других, новых портов?

— Могут появиться один-два, — признал Трелл. — Но Арзудун по-прежнему будет основным.

— Меня мало интересует то, что произойдет после того, как я умру, друг Трелл. Меня интересует только то, что произойдет завтра, ну, может, еще и послезавтра.

Трелл кинул взгляд через комнату, на стоящую в тени фигуру:

— Как насчет вас, Ракосса, ландграф Пойолавомаара? Чего хотите вы?

Ракосса вышел на свет.

— У нас достаточно богатств, чтобы нам хватило на все последующие дни. У нас есть положение и власть. А что до того, что будет с нашим именем после того, как мы умрем, нас это нисколько не заботит. Нас даже не волнует, что будет завтра, — только сегодня. Чего мы хотим? Мы хотим справедливости! Эти торговцы, которые осмеливаются бросать вызов нам и…

— Да знаю, знаю, — вздохнул Трелл, раздосадованный ребяческой одержимостью этих невежественных дикарей. — Колоннин рассказал мне о наложнице. Ваши желания так же ограничены, как ваше видение мира, Ракосса.

— Вы считаете нас ниже себя, пришелец. Однако наше видение мира, — он произнес эти слова таким тоном, что у Трелла странно начал зудеть затылок,

— может оказаться далеко не таким ограниченным, как вы, пришельцы, считаете.

— То есть?

— Мы пытаемся предусмотреть все, — тупо объяснил Ракосса. — Так нам удалось выжить при дворе, полном интриг, и среди хитрых врагов, окружавших нас со всех сторон. Они тоже думали, что мы глупы и безумны, что нас ослепляют легкомысленные желания. Но одержимость — это не слепота, и мы не настолько одержимы, чтобы не видеть возможных вариантов.

Правая рука Трелла осторожно потянулась к карману скафандра, открыла внутренний тепловой замок и проскользнула в комбинезон под скафандром.

— Сначала вы сказали, что вас интересует только сегодня. Теперь вы утверждаете, что смотрите в будущее. Если вы не безумны, Ракосса, то по крайней мере вы непоследовательны.

— Но мы привыкли защищать наши сегодняшние желания, пришелец.

Внезапно Трелла оценило. Все еще двигая рукой, он изумленно посмотрел на Ре-Виджара, который отошел и встал у дальней стены.

— Колоннин, что…

Первая стрела ударила комиссара-резидента чуть повыше сдвинутых назад противоледных очков. Она скользнула по черепу и поэтому не убила его сразу. Но следующие убили.

И Ре-Виджар и Ракосса вышли из-под огня. Да и огня фактически не было: предусмотрительности Трелла хватило всего на один выстрел, но его излучатель прострелил только крышу каюты.

Выполнив свою задачу, моряки, которые прятались в стропилах наверху, за дверями и окнами, вернулись к своим обычным делам. Все, за исключением нескольких человек, которыми командовал Ракосса.

Тела троих погибших людей — мироблюстителей тоже не имело смысла оставлять в живых — стали почти неузнаваемыми под массой вонзившихся стрел.

— Разве была необходимость в таком количестве? — осведомился

Ре-Виджар, беспокойно глядя на трупы.

— Не вы ли, ландграф Арзудуна, сказали нам, что не можете с уверенностью сказать, где находятся их жизненно важные органы. Мы не рискуем. Подождите!

Процессия остановилась, и ее отвратительная ноша запятнала чистое дерево палубы. Ракосса подошел и остановился возле обмякшего тела Трелла.

Протянув руку сквозь небольшой лес стрел, он приподнял голову с опустевшими глазами за волосы, всмотрелся в нее сверкающими черно-желтыми глазами.

72
{"b":"9062","o":1}