ЛитМир - Электронная Библиотека

Алан Дин Фостер

Осколок кристалла власти

(Звездные войны)

ГЛАВА 1

Как прекрасен этот мир, подумал Люк. Постоянно меняющийся, сверкающий, великолепный, точно мантия королевы. В его пустоте и уединенности есть какая-то льдисто-черная чистота, так непохожая на непрестанную и пеструю толчею пыли, которую живые существа называют своими мирами, где они, эти зловредные мыслящие бактерии, с успехом произрастают, размножаются и убивают друг друга. Что ни говори, Люку удалось вырваться оттуда и подняться над этой схваткой. В какой-то степени.

В тяжелые минуты он чувствовал уверенность, что какой из этих миров ни возьми, счастливой жизнь в нем никак не назовешь. Чего стоит хотя бы эта зараза — ужасные войны, которые беспрерывно ведут между собой, казалось бы, разумные существа. Кажется, все их цивилизации, разъедаемые раковой опухолью бесконечных междоусобиц, пожирают собственное тело, не в состоянии ни исцелиться, ни умереть.

Особо опасная разновидность такой «заразы» убила сначала отца и мать Люка, а потом тетю Беру и дядю Оуэна. И отняла у него человека, которого он уважал больше, чем кого бы то ни было, — старого магистра Бена Кеноби.

Хотя он собственными глазами видел, как Дарт Вейдер нанес Кеноби удар лазерным мечом на борту Звезды Смерти — ныне не существующей имперской боевой станции, — никакой уверенности в том, что старый чародей мертв, у него не было. Там, куда ударил лазерный луч, осталось лишь пустое место. Ну и что? Бен Кеноби покинул этот план существования, тут никаких сомнений не оставалось. Однако никто не мо г в точности сказать, на какой именно уровень он перешел. Может быть, на тот, который означает смерть, а может быть…

А может быть, и нет.

Временами у Люка возникало ощущение, сопровождающееся приятным покалыванием по всему телу, как будто кто-то крадется у него за спиной. Иногда казалось, что это невидимое нечто движет за него руками, ногами и подсказывает, что делать, когда его собственная голова была пуста. Пуста, как Татуин, мир, где когда-то жил бывший крестьянский парень.

Невидимый дух или кто там еще, рассуждал Люк, но одно не вызывает ни малейших сомнений — неоперившийся юнец, которым я был когда-то, теперь умер и рассыпался в прах. В Альянсе, борющемся против власти Императора, никакого формального титула у него не было. Но никто больше не смеялся над ним, не обзывал Землероем — с тех пор, как он помог уничтожить боевую станцию, тайно построенную Гранд Моффом Таркином и придворным палачом Императора Дартом Вейдером.

Какую роль играют титулы? К чему они? Люк за отсутствием опыта обо всем этом понятия не имел. Когда лидеры повстанцев предложили ему любую награду в пределах своих возможностей, он попросил лишь, чтобы ему позволили по-прежнему пилотировать истребитель Альянса. Кое-кому эта просьба показалась излишне скромной, но нашелся один достаточно дальновидный генерал, который согласился с ним. Он объяснил коллегам, что Люк сможет принести немалую пользу восстанию и без титула или чина, которые между тем превратили бы молодого человека в превосходную мишень для имперских убийц. Вот так Люк и остался пилотом, о чем всегда мечтал, и теперь занимался тем, что совершенствовал свои навыки в этом качестве и продолжал неустанную борьбу с Силой, которую благодаря Бену Кеноби начал понимать.

Сейчас не время предаваться размышлениям, напомнил он себе, глядя на приборы своего «крестокрыла». Прямо по курсу сиял пульсирующий солнечный шар этой системы — Циркарпус Главный. Защитный экран из фитотропного материала позволял смотреть на него, не страдая от разрушительного воздействия излучения.

— Как ты там, Р2? — спросил Люк в микрофон.

Маленький неуклюжий дроид из своего отсека позади пилотской кабины ответил жизнерадостным «би-бип».

Местом их назначения являлась четвертая планета этой системы. Циркарпусиане были напуганы жестокостью имперских властей, но слишком парализованы страхом, чтобы открыто присоединиться к Альянсу. Годами на Циркарпусе медленно ширилось и набирало силу подпольное движение. Чтобы распрямиться в полный рост и помочь своему миру освободиться, ему требовалось совсем немного — поддержка со стороны Альянса.

Люк и принцесса стартовали с крошечной, хорошо замаскированной станции повстанцев на самой внешней планете системы. Предстояла решающе важная встреча с лидерами подполья, на которой предполагалось предложить им столь необходимую поддержку. Бросив взгляд на бортовой хронометр, Люк убедился, что времени у них с избытком. Хватит, чтобы успокоить изрядно нервничающих лидеров подполья.

Слегка наклонившись вперед, по правому борту он мог видеть обтекаемые обводы БТЛ-А4 — изящный силуэт, грубоватое название. Огоньки приборов в его кабине высвечивали силуэты двух фигур. Одна — мерцающий, отливающий золотом Ц3ПО, тоже дроид, хотя и другого типа, чем Р2. Другая…

Когда бы Люк ни глядел на нее, в душе закипали эмоции — точно вода в котелке, стоящем на раскаленной плите. При этом не имело значения, разделял ли их вакуум, вот как сейчас, или она находилась на расстоянии вытянутой руки от него где-нибудь в конференц-зале. Принцесса и сенатор Лейя Органа из ныне исчезнувшего мира Алдераан. Именно ее портрет, а потом и она сама стали причиной того, что Люк присоединился к повстанцам, а потом превратился из крестьянского паренька в пилота истребителя. Сейчас оба они были назначены официальными эмиссарами от правящего совета правительства восставших к подполью на Циркарпусе, все еще продолжавшему проявлять нерешительность.

Рискованно посылать принцессу с такой опасной миссией, сокрушался Люк. Но что поделать? В Альянс уже была готова влиться еще одна система — если бы стало известно, что Циркарпус тоже присоединяется. В то же время прояви эта вторая система открытое неповиновение Империи, и циркарпусианское подполье тут же перешло бы на сторону повстанцев. Таким образом, от успеха миссии зависела судьба не одной, а двух систем. Люк понимал, что потерпи они неудачу, и обе системы с большой степенью вероятности пали бы духом и отказались от помощи, в которой так отчаянно нуждались. Они с принцессой просто обязаны добиться успеха.

Корабль скользил в тишине, отклоняясь всего на четверть градуса от плоскости солнечной И эклиптики, а Люк, выравнивая его, ни на мгновенье не усомнился в том, каким именно будет результат их миссии. Еще не родился на свет тот, кого не сумеет уговорить принцесса Лейя. Его, во всяком случае, она могла убедить в чем угодно. Люк очень дорожил теми редкими мгновеньями, когда она забывала о своем положении и титулах. И мечтал о времени, когда она сможет забыть о них навсегда.

«Би-бип!», раздавшееся у него за спиной, заставило Люка очнуться от своих грез, стерло улыбку с лица. Р2Д2 напоминал о том, что они приближаются к Циркарпусу V. Планета выглядела как огромный затянутый облаками шар. Справочник Люка характеризовал ее как наименее изученную в системе — на ней побывала лишь одна из ранних разведывательных экспедиций циркарпусиан. В компьютерном реестре значилось также ее местное название — Мимбан, и…

Бортовой коммуникатор ожил.

— Слушаю, принцесса.

— У меня вдруг ни с того ни с сего забарахлил левый двигатель, — сердито ответила она.

Совершенно независимо от настроения принцессы, ее голос всегда звучал для Люка точно сладкая музыка.

— Сильно? — он обеспокоенно нахмурился.

— Достаточно, — в ее голосе ощущалось заметное напряжение. — Он не поддается управлению и тарахтит все сильнее. Сомневаюсь, что мне удастся компенсировать эту неисправность. Нужно сесть на первую же базу Мимбана и устранить ее.

— А до Циркарпуса IV не дотянешь? — после мгновенного колебания спросил Люк.

— Не думаю. До их внешней орбиты, может, и не так уж далеко, но тогда нам придется иметь дело с официальными властями и я не смогу сесть там, где собиралась. Эта встреча должна состояться во что бы то ни стало, на нее прибудут представители всех подпольных группировок Циркарпуса. Представляю, в какую панику они впадут, если я не появлюсь. И нам понадобится аж станг времени, чтобы собрать их в следующий раз. А миры Циркарпуса жизненно важны для восстания, Люк, — наставительно закончила она пламенную речь.

1
{"b":"9066","o":1}