ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В нескольких дюймах от него грозно сверкали желтые глаза на бесстрастном черном лице, пламенея ярче, чем раньше.

Подавившись собственным страхом, Бисграз отпрянул от обвиняющего, пугающего лица в зеркале, принадлежащего не ему, а какой-то бездушной, жестокой твари. Непослушными пальцами проктор схватил первое, что подвернулось под руку. Размахнувшись, он попытался со всей силы швырнуть переливчатый кувшин в безмолвно глумящееся зеркало.

От этого усилия он едва не упал. Посмотрев на руку, Бисграз увидел, что кувшин обвил его кулак и от него нельзя отделаться. Точнее, от демона, вылезающего из радужного стекла.

Заорав и дико закрутившись на месте, Бисграз хватил кувшином по мраморной стене. Стекло разлетелось разноцветными брызгами, и отсветы тысячи осколков мгновенно окрасили ванную во весь спектр сверкания и страха. Урод, появившийся из разбитого стеклянного сосуда, исчез, но тот, что был в зеркале, остался. Кровь струилась из десятков маленьких порезов на ладони и лице; не обращая на это внимания, проктор попятился из ванной и со всей силы захлопнул за собой дверь.

Беззвучно шевеля губами, из окон спальни вылезали еще две огромные иссиня-черные копии куклы. Перескочив через кровать к спасительной двери, Бисграз судорожно открывал один засов за другим. Прежде чем выбежать в зал, он поднял тяжелый железный дверной упор и метнул его в ближайшего из приближающихся гомункулов. Половина лица демона разбилась и отвалилась, что ничуть не замедлило неумолимого наступления черного манекена.

Бисграз бросился вниз по лестнице, его крики и завывания эхом разносились по огромному пустому дому. Это было неверным решением для того, кто решил спастись бегством. Ибо из каждого окна и зеркала, из каждого застекленного шкафа и изящной чаши вылезали неутомимые двойники обсидиановой фигурки и топали к нему, вытянув руки и скрючив черные пальцы. У каждого из них пылали безжалостные и бездушные глаза.

Проктор понял, что из особняка не выбраться. Однако может быть, только может быть, еще удастся спастись внутри. Он бы не достиг положения генерального проктора всего королевства Бондрессей, если бы был неизобретательным тугодумом. Быстро повернувшись, Бисграз бросился назад в библиотеку.

Четыре чудовищные фигуры, выползавшие из оставшихся неразбитыми окон, были такими большими и тяжелыми, что могли смять своей массой целый отряд. Однако, при всей неумолимости, они не отличались резвостью движения. Нырнув под норовящую схватить его руку, Бисграз стремглав кинулся к задней стене, где находилась полка, заставленная безобидными томами по садоводству. Стеная, словно хор плакальщиц, четыре громадные фигуры повернулись вслед за проктором. Целый зверинец их более мелких братьев протискивался через дверь.

Потянув одну книгу, которая не была книгой, Бисграз, затаив дыхание, ждал, когда полка, которая не была полкой, бесшумно повернется на скрытой оси. Скользнув в потайную комнату, он с силой нажал на рычаг, действовавший так же, как фальшивая книга снаружи. Преследовавшие проктора чудища были беспощадны, но он не заметил признаков того, что они очень уж умны.

Бисграз очутился в темноте. Однако отсутствие окон означало отсутствие стекла. Здесь также не было ни посуды, ни зеркал. В этой каменной камере он будет в безопасности, по крайней мере на какое-то время.

Нащупав край письменного стола, проктор нашел стоящий на нем большой подсвечник. Взяв огниво из коробочки на столе, пробежал пальцами по свече до фитиля. Ударив кремнем, он зажег восковый цилиндр, а потом еще один на другом конце стола. Теплый спокойный свет залил комнату. С другой стороны книжной полки приглушенно слышались жуткие стоны и причитания демонов. Тяжелые кулаки из черного стекла начали ритмично бить в преграждающую вход полку, словно далекие барабаны. Вращающаяся дверь не поддалась, но сколько времени она сможет продержаться, сказать было трудно.

Сбрасывая со стены бесценные фолианты, проктор наконец нашел тот, который искал, и перенес его на стол. Фолиант был переплетен в потертую старую кожу и весил не меньше, чем седло. Если уж нельзя связаться с магом, то он сам займется волхвованием. Он немного пробовал в прошлом и снова попробует сейчас. Страшно жаль, что, будучи дилетантом, он уделял этому искусству так мало внимания. Но зачем утруждать себя изучением тонкостей тайных наук, если всегда можно нанять профессионала, который выполнит эту работу гораздо лучше?

Стук снаружи усилился, и Бисграз порадовался тому, что дверь еще держится. Просмотрев оглавление, которое само по себе было целой книгой, он в конце концов отыскал нужный раздел. При ровном успокаивающем свете двух фитилей проктор переворачивал тяжелые листы, пока его палец не остановился на нужной главе.

Вот оно: простое заклинание, изгоняющее духов, которые могут появиться из статуй. Склонившись над раскрытой книгой и щурясь от мерцающего света, Бисграз прочитал, что этот заговор считался действенным для скульптур из любого материала — камня, металла, дерева, кости… и стекла.

Повернувшись к вздрагивающей двери, он поднял сжатый кулак и проговорил заклинание: «Изыдите, отродья чужеземных демонов! Вы сейчас же погибнете и исчезнете, улетучитесь, словно пар от горячего очага! Ничто и никто не угрожает Кавину Бисгразу в его собственном доме!»

Снова повернувшись к книге, проктор низко наклонился над нужными разделами. Хоть и мелко написанные, они, казалось, были понятными и не содержали труднопроизносимых терминов. Желая убедиться в том, что не допустил опасных неточностей, повторяя формулу, проктор машинально достал из выдвижного ящика стола очки для чтения, которые всегда там лежали.

И совершил ошибку, надев их.

XVI

— Эй, братец, что это ты дал той маленькой бедняжке?

— Да ничего особенного. — Путники начинали подниматься в предгорья, и Эхомба легко шагал вперед. — Маленькую куколку, резную фигурку, которую мне подарила одна женщина из нашей деревни. — Он посмотрел туда, где возродившийся к новой жизни Накер то и дело останавливался, разглядывая каждый цветок, мимо которого проходил, словно видел и нюхал их впервые в жизни. — Когда отправляешься в долгое путешествие, люди дают тебе занятные штуковины, надеясь, что та или иная безделушка когда-нибудь окажется полезной. Для этой статуэтки я не видел никакого особого применения и подумал, что раз уж девочка потеряла все, что у нее было, то, может, ее хоть немного утешит кукла, пусть даже маленькая.

Симна шутя ударил Алиту по кисточке на конце размахивающего хвоста. Оглянувшись, большой кот прищурился. С величайшим достоинством он прыгнул вперед, безо всякого труда намного опередив своих попутчиков.

— Возможно, у тебя и есть свои дети, братец, но растила их, должно быть, твоя жена. Ни одна девочка этого возраста не станет нянчить кусок черного камня.

— Это не камень. — Эхомба осторожно переступил через кустик крохотных ярко-синих цветов.

— Какая разница. — Северянин грустно покачал головой. — Если терять время, болтая с детьми, которым не повезло при выборе родителей, нам никогда не добраться до цели.

— Да, наверное, ты прав, Симна. Мы ничего не могли сделать для той семьи, не превращая самих себя в мишень для солдат, и девочка скорее всего выбросит статуэтку при первой же возможности.

— Не принимай близко к сердцу, братец. — Северянин сочувственно хлопнул друга по спине. — Люди думают, будто они могут что-то изменить в жизни какого-нибудь незнакомца, а кончается тем, что все оборачивается еще хуже. — Повысив голос, он окликнул их нового спутника: — Эй, Накер! Тут повсюду какие-то тропинки. Ты вроде бы собирался быть проводником. Перестань нюхать вонючие сорняки и покажи нам, по какой из них идти.

Ясноглазый и резвый человечек выпрямился и кивнул.

— Ваше животное пока движется по правильному пути. Продолжайте идти за ним. Если он повернет не туда, я вам скажу. Не беспокойтесь.

— А чего мне беспокоиться? — громко пробормотал Симна. — Нас ведет человек, который знает все. Или знал раньше. Вот интересно: если мы ему поднесем рюмку-другую — заметьте, не столько, чтобы он свалился, — останется ли он достаточно трезвым, чтобы понимать вопросы и в то же время знать ответы?

49
{"b":"9067","o":1}