ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вроде бы люди, появившиеся на складе перед тем, как он потерял сознание, что-то несли с собой. Что?.. Сильно зажмурив глаза, пастух пытался вспомнить. Змеи? Нет — веревки. Веревки и цепи. Эхомба никогда не видывал котов, подобных Алите, до того, как спас его от неистового смерча. Его четвероногий спутник, помесь льва и гепарда, был уникален. А Харамос бин Гру, как он сам говорил, торговал редкостными вещами…

Поняв, где должен находиться кот, пастух отправился на поиски своего второго товарища.

И нашел его в дальнем углу, в самом разгаре тщетных попыток физически совокупиться с пивным бочонком. Лишь наполовину проснувшийся и полупьяный, с придурковатой улыбкой на лице, Симна бормотал:

— Ах, Мелинда, милая Мелинда. Какая ты сочная, Мелинда…

Эхомба с силой пихнул бочку. Емкость откатилась, а ее человеческий партнер шлепнулся на пол. Лежа на спине, Симна ибн Синд заморгал и попытался встать. Рукой он шарил в поисках меча, висевшего на боку, но пальцы все время промахивались, хватая воздух.

— Что такое? Кто посмел?.. Ох, ради Гвасика, моя голова!

— Поднимайся. — Эхомба, нагнувшись, протянул руку.

С хмурым и сконфуженным видом северянин принял помощь.

— Полегче! Не дергай так сильно!

Эхомба, взяв товарища обеими руками под мышки, помог ему встать прямо. Коренастый воин высвободился не сразу.

— Все в порядке, Этиоль. Я в норме. — Он то и дело протирал глаза, словно пытаясь избавиться от застилавшей их пелены. — Клянусь Гхофотом, нас опоили каким-то снадобьем!

— И очень даже успешно. — Пастух смотрел на дверь. Она висела на одной петле, готовая упасть от малейшего прикосновения. Одурманили Алиту или нет, но без боя, видимо, взять зверя не удалось. — Они похитили нашего друга.

— Кого? Кота? Кто его похитил? — Симна слегка пошатнулся.

— Наш приятель Харамос бин Гру. Со своими помощниками, которые выжидали подходящего момента. Однако он нам не лгал. Он не давал слова не красть нашего спутника. — Эхомба задумчиво осмотрел дверь. — Черного кота можно продать за большие деньги коллекционерам редких животных. Странники, приходившие в деревню, рассказывали, что в больших богатых городах такие любители встречаются довольно часто. Полагаю, их немало в столь крупном и роскошном городе, как Либондай.

— Что ж, идем! — Норовя вытащить меч, Симна качнулся в направлении двери. — Догоним их!

Эхомба положил ладонь на плечо товарищу.

— С какой стати? — мягко возразил он.

Симна с удивлением уставился на своего флегматичного и непритязательного друга. Как и всегда, в его тоне и выражении лица не было ни малейшего намека на неискренность.

— Что ты имеешь в виду: «с какой стати»? Кот — наш друг, наш союзник. Он не раз спасал нам жизнь.

Пастух едва заметно кивнул:

— По собственному выбору. Таково бремя, которое он решил взять на себя. Но если бы нам троим пришлось голодать, он бы сперва съел тебя, а потом и меня.

— В подобном положении я бы его тоже съел, хотя кошки мне не очень нравятся — слишком жилистые. Но сейчас другая ситуация.

— Он мне нравится. Однако не до такой степени, чтобы рисковать своей жизнью и благополучным исходом путешествия, врываясь в разбойничий вертеп и пытаясь его спасти. Может, ты, Симна, не понимаешь этого, но он бы понял.

— Понял бы, как же! Задал бы ты этот вопрос, глядя прямо ему в мохнатую морду?.. Оставайся, если считаешь нужным, а я иду за ним. — Северянин повернулся и спотыкающимся, но тем не менее величественным шагом направился к двери.

— А как же данное мне тобою обещание?

Симна бросил через плечо:

— Оно будет выполнено — после того, как я спасу Алиту.

— У тебя ничего не выйдет.

— Где это написано? Кто ты такой, чтобы истолковывать еще не перевернутые страницы Судьбы? Думаешь, никто не способен на геройство, кроме как в твоей компании?

— Да ты погляди на себя! Едва ноги передвигаешь! — Не прозвучал ли в голосе пастуха намек на замешательство?

Симна нетвердой походкой продолжал пробираться к выходу.

— Даже в стельку пьяный я управляюсь с мечом лучше, чем трое трезвых как стеклышко воинов. — Он остановился перед качающейся дверью и нахмурился. — Здесь вроде бы была ручка.

— Не имеет значения. — Эхомба, вздохнув, подошел к товарищу. — Толкни, и она скорее всего сорвется с последней петли.

— Ага. — Симна последовал совету и был вознагражден грохотом, с которым поверженное препятствие рухнуло на пол. — Пожалуй, кое-какие страницы Судьбы ты способен расшифровать.

— Судьба тут ни при чем. — Пастух шагнул мимо него. — Просто сейчас я вижу нормально, а ты нет. Пошли.

— Точно. — Симна ибн Синд выпрямился во весь рост. — Э-э-э… Куда мы идем?

— Попытаемся освободить кота, если его действительно захватил корыстный бин Гру. Я бы не прочь бросить Алиту, не прочь оставить и тебя, да вот только, если вас убьют, это навеки станет моей виной. А у меня на душе и без того слишком много тяжестей, чтобы еще обременять ее вашей глупой смертью.

— Ох, Этиоль Эхомба, тебе меня не провести. — Лицо Северянина расплылось в широкой усмешке. — Ты попросту искал предлог, разумного объяснения, чтобы отправиться за котом.

Пастух не ответил. Он уже прошел в дверь и направлялся к порту.

Несмотря на похвальбу Харамоса бин Гру относительно своих коммерческих успехов, а возможно — и благодаря им, друзьям не удалось отыскать никого, кто слышал бы об этом негоцианте. В ответ на бесконечные расспросы маклеры, матросы и слуги, купцы и лоточники лишь ошеломленно таращились, недоуменно качали головами или безразлично ухмылялись, иногда презрительно поглядывая на вопрошавших. Простое одеяние Эхомбы и неопределенный статус Симны низводили путников ниже уровня, заслуживающего внимания добропорядочных горожан. Те, кто отвечал на вежливые вопросы, ничего не знали вследствие своего общественного положения, а те, кто мог быть осведомлен, зачастую не считали нужным отозваться.

— Так мы ничего не добьемся. — Симна по-прежнему был полон решимости, однако от уныния его голос осип, словно от простуды.

— Может быть, мы неправильно взялись за дело. — Эхомба немигающим взглядом смотрел в сторону моря и южного горизонта. В поле его зрения попал корабль, и пастух моргнул. — Вместо того чтобы расспрашивать прохожих, нам следовало бы найти того, кто способен видеть с помощью иных средств.

— Ясновидящий? — Симна неуверенно глянул на друга. — А сам-то ты разве не ясновидящий, долговязый братец? Разве ты не умеешь предвидеть?

— Неужели, если бы умел, толковал бы сейчас об этом? Когда же ты поймешь, Симна, что я самый обыкновенный человек?

— Когда в твоем присутствии перестанут происходить разные чудеса. Впрочем, готов согласиться, что ты не провидец. — Северянин повернулся, чтобы влиться в суматошный водоворот людей и других существ, заполнявших порт. — Если этот скучный народец не может ответить нам, где найти бин Гру, то пусть бы хоть сказали, где найти того, кто сумеет ответить.

Им указали на крохотную витринку в каменном здании, рядом с которой находилась узкая закрытая дверь, похожая на вертикально поставленную дощечку. Вывеска над дверью не содержала никакого имени, а лишь была испещрена множеством незнакомых Эхомбе букв. Более светский Симна распознал обрывки двух разных языков и, соединив кое-какие слова, умудрился извлечь из них некоторый смысл, словно воссоздавая сок из концентрата.

— Молешон Всеведущий, — перевел он своему спутнику, — Постигающий Миры и Подающий Мудрые Советы. — Симна хмыкнул. — Давай поглядим, что он может нам предложить.

— А чем мы отблагодарим его за услуги? — забеспокоился Эхомба.

Северянин вздохнул:

— После того как мы расплатились за переправу через Абокуа, у меня еще осталось немного золота членгуу. Во всяком случае, более чем достаточно, чтобы удовлетворить какого-то низкопробного портового мудреца.

Дверь была не заперта, и когда они вошли, звякнул маленький колокольчик. Непритязательная гостиная была завалена пыльными инкунабулами[3], на столе громоздились старые книги сомнительного происхождения и подпорченные продукты на несвежей скатерти. Все это не вселяло особых надежд.

вернуться

3

Инкунабулы — книги, относящиеся к начальной поре книгопечатания (до 1501 г.), внешне похожие на рукописные.

7
{"b":"9067","o":1}