ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я тебя не избивал. — Флинкс сощурился. — И у меня нет ни малейшего желания тебя убивать. Будь у меня дурные намерения, разве я стал бы латать твои раны?

Она вскинула голову и несколько мгновений изучающе смотрела на него.

— Так ты, выходит, не из них? — неуверенно спросила она.

— Нет, кем бы они ни были.

— Боже мой!

Она глубоко вздохнула. Ноги ее вдруг стали ватными и, чтобы не упасть, она прислонилась к стене. Было слышно, как нож, звякнув, стукнулся о деревянный пол.

Флинкс соскользнул с кровати и направился к ней. Однако, заметив, как она напряглась, остановился. Она все еще не доверяла ему. Что ж, после всего случившегося ее трудно было винить в этом.

— Я не собираюсь делать тебе больно, — медленно произнес он, — я помогу тебе, если сумею.

Она перевела взгляд на летучих змеев, затем наклонилась и подняла нож. Медленно положила его на допотопный комод, который стоял рядом. Избавившись от ножа, она нервно расхохоталась.

— Ничего не могу понять, хоть убей. Ничего из того, что случилось со мной за последние несколько недель. И вообще, если хоть половина из того, что я слышала о минидрагах, правда, то нож против минидрага — бесполезная вещь.

— Не половина, — поправил ее Флинкс, выдерживая дистанцию. — Абсолютно все. Не желаешь ли присесть? Ты провела без сознания несколько дней.

— Когда я была там, мне казалось, что я мертва. За всю свою жизнь я вообще ни в чем не была уверена, а теперь тем более, — она заморгала и попыталась улыбнуться ему. — Спасибо, я сяду.

В комнате стояло кресло, сделанное из склеенных эпоксидной смолой лиан. Под слоем смолы дерево переливалось всеми цветами радуги. Это был единственный ярко раскрашенный предмет мебели во всей комнате. Флинкс присел на край кровати, а Пип примостилась на одной из четырех ее шишек, обвившись вокруг, словно резное украшение. Поскребыш уселся Флинксу на колени, и тот рассеянно поглаживал крошечную головку змееныша.

— Кстати, сколько тебе лет? — спросила женщина, устало повалившись в кресло.

И почему это их так интересует? Нет, чтобы сказать: «Спасибо за то, что спас меня» или «Откуда ты родом?», ну, на худой конец, «Чем ты занимаешься?»… Так нет же, обязательно спросят про возраст. А ответ у него на этот вопрос был неизменный уже многие годы.

— Столько, сколько надо. По крайней мере, это не я раздетым лежал среди джунглей на съедение миллимитам. Интересно, как это тебя туда занесло?

— Я сбежала, — она сделала глубокий вдох, словно прохладный воздух гостиничного номера показался ей деликатесом. — Вырвалась от них.

— Мне тоже пришло в голову, что ты не по своей воле оказалась в джунглях. В таком виде туда не ходят. Аляспин не прощает легкомысленных.

— Те люди тоже не из тех, кто прощает. Как, ты говоришь, тебя зовут?

— Я не говорю. Вообще-то, Флинкс.

— Просто Флинкс? — он не ответил, и она слегка улыбнулась. — Что ж, это уже приятно. Ладно, можно подумать, что мне неизвестно, что здесь не принято отвечать на все вопросы.

Флинкс видел, что она пыталась бодриться. Но было ощущение, что она того и гляди начнет обвинять его или расплачется. Но тем не менее он спокойно сидел, поглаживая свернувшегося у него на коленях гада.

— Ты сказала, что сбежала. Я же подумал, что у тебя сломалась машина. А от кого тебе понадобилось сбегать? Полагаю, от тех, кто тебя избил.

Ее рука нервно скользнула по желтоватому следу от синяка под левым плечом.

— Теперь уже почти не болит.

— Я оказал тебе первую помощь, — пояснил он. — Мне уже приходилось заботиться не только о себе, но и о других. Правда, мои ресурсы были столь же ограничены, как и знания. Тебе повезло. Ни переломов, ни внутреннего кровотечения.

— Странно, а у меня было такое чувство, что из моих внутренностей сделали отбивную.

— Кто бы ни приложил к тебе руку, он явно не собирался тебя убивать. Чего они от тебя хотели?

— Информацию. Ответы на вопросы. Я старалась сказать им как можно меньше, но все же пришлось что-то выболтать… Чтобы они сделали передышку. Но я не сказала им всего, что они от меня требовали. Поэтому они продолжали меня избивать. Я сделала вид, что потеряла сознание. Это совсем не трудно. Я успела в этом поднатореть. А потом сбежала. Они держали меня где-то в джунглях. Наступила ночь, и я побежала к реке, Там я нашла обломок бревна и бросилась вниз по течению. Я понятия не имела, сколько оттуда до какого-нибудь места.

— Я обнаружил тебя на песке вдалеке от берега. Ты ползком выбралась из воды.

Она кивнула.

— Мне кажется, я помню, как выпустила бревно. Силы были на исходе, я знала, что если не выберусь на берег, то наверняка утону.

— Ты сама не поверишь, какое расстояние проползла.

Она стала разглядывать свои руки, повернув ладони вверх. Кожа на них была огрубевшая.

— Ты сказал, что я несколько дней провела без сознания.

Он кивнул.

— Должно быть, ты удачно потрудился надо мной. Не могу сказать, что у меня отличное самочувствие, но мне уже явно лучше.

— Несколько дней отдыха — прекрасное лекарство для любых ран.

— Я проснулась и увидела тебя. Я подумала, что они снова схватили меня, а ты один из них.

На этот раз она не улыбалась.

— У меня с собой был небольшой ножик. Он помещался в ботинке. Благодаря ему мне удалось бежать. С ним бесполезно идти против целой банды, но вот против одного спящего… Я собиралась перерезать тебе горло.

— Пип никогда бы этого не допустила.

— Я это уже поняла. — Женщина посмотрела на спинку кровати, где устроилась летучая драконша. — Когда она напала на меня, я хотела выскочить за дверь. Но замок заперт с обеих сторон. Вот тогда я и подняла крик. Но никто так и не пришел взглянуть, что же здесь происходит.

— Я запер дверь, потому что терпеть не могу, когда меня ни с того ни с сего будят, — потянувшись за изголовье кровати, Флинкс вытащил оттуда тонкий браслет, затем нажал кнопку на его полированной поверхности. Дверь тихонько щелкнула. — Я обычно ношу с собой собственный замок. Никогда не доверяю чужим. А что до твоего крика, так этим здесь никого не удивишь. Это не то место, где люди привыкли совать нос в дела соседей. Временами трудно бывает сказать, с какой стати кто раскричался. Тебе никогда не приходилось видеть, что из себя представляет тело, изъеденное миллимитами?

Флинкс надел на запястье браслет, а она провела пальцами по едва заметным рубцам и осмотрела свои ноги.

— Вот это? Флинкс кивнул.

— Миллимиты кормятся подкожно. Сами по себе они не слишком велики, но зато прожорливы и настырны. Они начинают с того, что прогрызают себе путь туда, где мышцы крепятся к костям. Сначала они буравят ноги. Затем, когда жертва уже не может передвигаться, они устраиваются в теле на месяц-другой и лакомятся вволю.

Женщину передернуло.

— Ой, я тут забросала тебя вопросами, спасибо же так и не сказала.

— Сказала. Только что.

— Неужели? — она замигала. — Извини. А мое имя? Я же не сказала, как меня зовут.

«Интересно, как она будет выглядеть, если на эти точеные черты нанести умелой рукой слой косметики?»

Она провела пальцами по светлым, коротко остриженным волосам.

— Меня зовут Клэрити. Клэрити Хельд.

— Рад познакомиться.

Она рассмеялась, на этот раз свободно.

— Неужели? Ведь ты ровным счетом обо мне ничего не знаешь. Может, ты бы вообще не захотел иметь со мной дело, если бы знал поближе.

— Я обнаружил израненное тело человека, брошенное на произвол судьбы посреди джунглей. При таких обстоятельствах я бы поспешил на помощь любому.

— Не сомневаюсь. А теперь, — снова поддела она его, — сколько все же тебе лет? Он вздохнул.

— Девятнадцать. Но я уже многое повидал на своем веку. А вообще, лучше расскажи мне, что там у тебя случилось. Кто избивал тебя и почему. Зачем тебя насильно держали в плену?

Внезапно она принялась оглядывать комнату, не обращая внимания на его вопросы.

— Здесь есть ванная комната?

13
{"b":"9068","o":1}