ЛитМир - Электронная Библиотека

— Последнее вполне возможно, но вот первое… — выражение ее лица стало серьезным. — Не думаю, что эти люди способны отступиться от чего бы то ни было.

Как только кораблик нырнул в бурные вихри верхних слоев атмосферы, его тотчас начало мотать из стороны в сторону. Оба пассажира благодарили судьбу, что на «шаттле» в дополнение к системе компенсаторов нашлись еще и древние пристяжные ремни. Вихри за бортом судна неслись навстречу друг другу и налетали на непрошеного гостя, словно не желая выпускать его из своих объятий. Пип с Поскребышем обвились вокруг двух свободных кресел.

Флинкса тревожил не ветер, а молнии. Постоянные вспышки сопровождались раскатами грома. Их стрелы рассекали тьму не только от туч до поверхности планеты, но и еще по горизонтали.

Молнии дважды попадали в «шаттл», но единственное, что они повредили, — это крыло, которое обуглилось.

— И что, здесь всегда так?

Даже сквозь первоклассную звуконепроницаемую обшивку корабля до них доносился постоянный грохот.

— Климатологи говорят, что да. Ни за что бы не согласилась на такую работу. Им приходится жить у поверхности и вдобавок то и дело выскакивать наружу, чтобы проверить аппаратуру.

По местному времени был уже полдень, но когда «шаттл» пробился, наконец, сквозь слой облаков, внизу было темно, как ранним вечером.

Флинкс благодарил судьбу, что им ничего не надо было делать. Сиди себе в ремнях, откинувшись на удобную спинку кресла, а корабль пусть в это время договаривается с компьютером на взлетно-посадочной полосе. Обе машины без всякого труда рассчитали угол посадки, скорость приземления, направление ветра и его силу и тысячи других параметров, которые необходимо было учесть, чтобы доставить на поверхность два хрупких двуногих существа. Но, несмотря на все их усилия и возможности, кораблик нещадно бросало из стороны в сторону. Освещение снаружи было настолько тусклым, что Флинкс едва смог рассмотреть место посадки в передний иллюминатор. Местность была не просто неприветливой, она удручала. Мрачные колонны из светлого камня, извилистая череда обломанных пиков и утесов, какая-то болезненная чахлая растительность, которая упрямо цеплялась за голые скалы, прячась в редких защищенных от ветра местах, словно в надежде спастисть под безжалостными ураганными порывами.

Тучи источали мелкий дождик. «Шаттл» шел на посадку, рискуя врезаться в коварные скалы. Напрасно Флинкс вглядывался во мглу, пытаясь отыскать огни, очертания здания или что-нибудь еще, что указывало бы на космопорт или, на худой конец, просто взлетно-посадочную площадку.

«Шаттл» неожиданно взревел моторами, Флинкса вдавило в кресло, а предохранительные ремни больно впились в тело. Все же на мгновение за иллюминатором мелькнула цепочка голубоватых огней. А больше там ничего не было — ни взлетного поля, ни ангаров, ни стартовых площадок, ни других столь привычных глазу атрибутов нормальной космической гавани.

— Заходим на посадку еще раз, — продребезжал в грохоте и реве голос компьютера «шаттла».

— Но почему? — раздраженно спросил Флинкс.

— Слишком сильный ветер. С поверхности поступила запрещающая команда. Выхожу на круговую орбиту.

— А если и в следующий раз будет сильный ветер?

— Мы будем вынуждены оставаться на круговой орбите, пока не поступит разрешение на посадку. Если кончится топливо, мы автоматически вернемся на базу для дозаправки.

Флинкс понял, что топлива у них от силы на две попытки. «Учитель» же не располагал достаточным количеством топлива для «шаттла», потому что Флинкс имел привычку дозаправлять свой корабль в местах приземления. Теперь об этом поздно было сожалеть.

Они снова пошли на посадку по столь крутой дуге, что казалось, их обтекаемый «шаттл» вот-вот останется без обоих крыльев. На этот раз снижение прошло более или менее гладко, более того, в отдельные моменты на их счастье скорость ветра падала ниже ста километров в час.

Клэрити беспрестанно болтала, не желая сознаваться, что нервничает.

— А ты хорошо разбираешься во всех своих компьютерах?

— Я пытаюсь быть в дружеских отношениях с как можно большим количеством разумных существ. Впрочем, существует целая куча не заслуживающих этого звания. Признайся, ведь этот полет беспокоит тебя?

— Конечно, беспокоит, — натянуто отозвалась она. — Но только так можно попасть на Длинный Тоннель или же улететь с него. Мне доводилось испытывать это на своей шкуре с полдюжины раз, так что не в новинку.

— Иначе говоря, ты считаешь, что у тебя и на этот раз есть шансы приземлиться?

— Знаешь, хоть ты и душка, но временами нагоняешь зеленую тоску.

— Прошу прощения.

Теперь ему хорошо была видна цепочка голубых огоньков впереди, и «шаттл» развернулся носом вдоль их линии. Теперь они летели ниже самых высоких пиков. Наружная станция и космическая гавань располагались в глубокой долине, окруженной со всех сторон высочайшими горами.

«Будь осторожен! — предостерег себя Флинкс. — Кто знает, какие там внизу у поверхности ветры?»

Когда они наконец коснулись земли, Флинкс облегченно вздохнул. «Шаттл», на мгновение приподнялся в воздухе, подхваченный не желающим сдаваться вихрем, а затем снова приземлился. На этот раз уже насовсем. Компьютер переключил моторы на задний ход. Когда их рев стих, Флинкс и Клэрити яснее услышали порывы ветра и грозовые раскаты.

Слева от них, беспрестанно мигая, возник зеленый огонек. «Шаттл» развернулся при помощи поворотного устройства, ориентируясь по второму маяку, скрытому пока от их глаз.

— Удачное приземление. — Клэрити уже отстегивала ремни.

— Удачное? — Флинкс перетрусил куда сильнее, чем хотел бы признаться. — Да это сущий ад!

— Зато здесь полно самых разных возможностей. Иначе ни ты, ни я не попали бы сюда.

— А какой здесь воздух?

— Сносный. По крайней мере, не задохнешься. Запомни одну истину — на Длинном Тоннеле нет неудачных посадок. Ведь мы бы могли вообще не приземлиться.

— И почему же?

— Из-за оползней. — Клэрити смотрела в ближайший иллюминатор.

В космосе, по крайней мере, можно видеть звезды. Здесь же сквозь пыльную мглу практически ничего не было видно, только голые скалы. Легкая дымка рассеивалась, ветер продолжал завывать с прежней силой, а внешняя температура была просто невыносимой из-за парникового эффекта, вызванного густой облачностью.

Флинксу и раньше приходилось бывать на негостеприимных мирах, но ни разу не встречал он столь удручающей картины.

— Нет, я согласен жить даже на Фрифлоу, но здесь…

— Еще бы. Но ведь здесь никто и не живет. Сюда прилетают для исследований, для работы, для производства.

Барьер, который поднялся, пропуская их в терминал, крепился на стеллакритовых стенах, обрамлявших естественное отверстие в боку отвесной скалы. И словно напоминая ему слова Клэрити насчет оползней, откуда-то сверху на них покатились несколько крупных валунов. К счастью, камни разбились вдребезги, упав на полную ухабов взлетную полосу справа от «шаттла». Затем Флинкс с Клэрити прошли внутрь, оставляя снаружи пресловутые ветры, а «шаттл» остался стоять в ослепительном блеске стерильного искусственного освещения. Позади с грохотом опустился барьер, отрезая от них ветер, пыльную дымку и духоту.

— А откуда вы здесь получаете энергию?

Щедрое освещение, проникавшее в самые дальние уголки ангара, как-то не вязалось со скромной гаванью. Впрочем, Флинксу следовало и самому догадаться.

— Ветровые турбины на вершине этой горы, — ответила Клэрити. — Мощные лопасти и хороший крепеж. У нас про запас есть также термоядерное топливо, но, насколько я знаю, еще ни разу не было повода им воспользоваться. Те, кому для работы не хватает нескольких киловатт, без лишних разговоров лезут на гору и устанавливают там дополнительную турбину. Эти турбины предназначены как раз для таких ветров. Собственно, благодаря им и удалось наладить здесь работу. Нужно только заплатить за турбину, ее установку и за привязку к системе. А после — жги дармовую энергию. При скорости здешних ветров ее хватает с избытком.

28
{"b":"9068","o":1}